«Аннушки» спасают тайгу от сибирского шелкопряда
В номере «Красноярского рабочего» за среду, 3 июня, рассказывалось о том, что нынче тайгу в Ирбейском и Саянском районах стали буквально пожирать гусеницы сибирского шелкопряда. И только помощь авиаторов из Шушенского позволила спасти от этой беды более 131 тысячи гектаров леса.
Располагалась эскадрилья компании «Спецавиа» на аэродроме села Агинского. Когда-то здесь на бетонную полосу приземлялись пассажирские реактивные самолёты Як-40, которые за несколько десятков минут доставляли жителей Саянского района в Красноярск. Потом аэропорт закрыли, а бетонные плиты разобрали, поэтому лётчикам понадобилось три дня, чтобы привести взлётную полосу в надлежащий вид.
- По контракту мы должны были обработать 120 тысяч гектаров тайги в двух районах с 20 мая по 10 июня,- рассказывает заместитель генерального директора компании Николай Мязин.- Но по опыту прошлых лет, а в 2017-2018 годах наши лётчики спасли от сибирского шелкопряда полтора миллиона гектаров тайги в Северо-Енисейском районе, мы знали: если гусеницы сибирского шелкопряда превратятся в куколку, никакие яды им уже не страшны. Поэтому вместо 10 бортов в Агинское прилетели 12 Ан-2. Лётчики в эскадрилье подобрались один лучше другого, все с большим опытом спасения лесов. Причём не только красноярцы, шесть экипажей прилетели к нам, можно сказать, со всех уголков России – с Поволжья, Кубани, других мест. Всё, как на подбор, асы своего дела.
По словам Николая Гавриловича, в первые пять дней пребывания в Агинском погода здорово помогла пилотам. Было тепло и сухо, поэтому самолёты на защиту тайги вылетали уже в 4 утра и работали до позднего вечера. В результате за пять дней было обработано от сибирского шелкопряда 70 процентов запланированных площадей.
Здорово помогли экипажам и учёные, которые разработали очень эффективный препарат «Клонрин» – он убивает до 97 процентов гусениц, остальные 3 процента тоже уже не те едоки. А прожорливость здоровых особей просто поражает. За день гусеницы за один присест объедают хвою кедра-великана.
Но даже не это самое страшное. Беда в другом – на следующий год обглоданные деревья высыхают и при случайном ударе в них молнии при грозе вспыхивают, как спички. Потушить такой пожар в тайге очень и очень сложно. Поэтому и работали 12 экипажей от зари до зари.
На восемь дней раньше намеченного срока эскадрилья закончила опыление заражённых сибирским шелкопрядом участков тайги. Уже 2 июня 9 бортов, закончив работу, взяли курс на Шушенское. Остались три экипажа, которые в этот день добивали с воздуха оставшихся в живых гусениц.
Пользуясь случаем, я попросил Мязина о возможности слетать на задание с каким-нибудь экипажем, но Николай Гаврилович, к моему большому огорчению, отказал: дескать, инструкции категорически запрещают брать на борт постороннего человека.
На нет, как говорится, и суда нет, поэтому просто пошёл к самолёту, который ещё не улетел домой, чтобы поговорить с экипажем. Командиром «Аннушки» оказался краснотуранец Дмитрий Изюмский. А вот вторым пилотом у него – кубанец Жирайр Барсигян, или просто Жора.
О своей работе лётчики много не рассказывали, дескать, что в ней сложного – долетаешь до нужного квадрата и с высоты 10 метров при скорости 160 километров в час начинаешь обрабатывать тайгу «химией».
Ан-2 в этом отношении – самолёт очень надёжный. Его мотор был изобретён ещё в 1938 году и стоял на предвоенном истребителе И-16, только пятирядный, а на «Аннушке» он уже девятирядный, что позволяет развивать скорость в 260 километров час.
Правда, лётчики признают, что по-хорошему Ан-2 нужна замена, и она есть – Ан-3, но стоит один самолёт – как вся эскадрилья из 12 бортов. К слову, заместитель генерального директора Николая Мязин был первым лётчиком, кто испытал новый самолёт, он ему очень понравился. Но как вспомнят пилоты, что ремонт двигателя Ан-3 обходится в 32 миллиона рублей, так сразу ласково гладят крылья своим недорогим Ан-2.
Пока вели неспешный разговор, с востока, со стороны тайги, пошёл на посадку ещё один самолёт. Когда он подрулил к месту заправки химраствором и пилот выключил двигатель, подошёл к нему.
Командиром воздушного судна оказался житель города Ейска, что в Краснодарском крае, Валерий Шапко. Выяснилось, что экипаж обработал 28 квадратов леса, который находится в 50 километрах от Агинского. Ёмкость, установленная в самолёте, вмещает полторы тонны раствора, но пилоты берут на триста литров меньше, потому как летать приходится и за сотню с лишним километров от аэродрома.
Этого количества «химии» хватает на полчаса работы. Ширина захвата обработки тайги – 60 метров, и, если лететь только по прямой, можно опылить полосу длиной 80 километров. Но летать приходится методом челнока, поскольку уничтожить гусениц нужно в определённом квадрате.
Боевая эскадрилья из 12 самолётов, можно смело сказать, одержала над прожорливыми мохнатыми хищниками самую настоящую победу, уничтожив их почти поголовно на площади в 131 тысячу гектаров.
Лично мне было очень интересно узнать и другое – как кубанские лётчики оказались в Сибири. В разговоре с Валерием Шапко выяснилось, что у него это уже четвёртая вахта в Шушенское. Давным-давно, а моему собеседнику 9 января исполнилось 70 лет, он начинал летать в киргизском городе Ош на Ан-2, потом освоил Як-40, затем Ту-154 на линии Ош – Москва.
После известных событий в лихие 90-е годы уехал из Киргизии на Кубань. Работать приходится везде, где нужны неприхотливые работяги Ан-2, которым уже по 50 лет и более, но они по-прежнему летают. В воздухе лётчик провёл 13 с половиной тысяч часов, или два с половиной года. Настоящий ас!
…Моя командировка в Саянский район походила к концу, когда над берёзовой рощей показались три взлетевших один за другим самолёта Ан-2, которые взяли курс на юго-запад, на Шушенское. Когда будет нужно, они снова придут на помощь там, где их очень ждут.
Виктор Решетень,
фото автора,
с. Агинское,
Красноярский край