Смертельное задание: В ответ на удар по Москве лучшие асы впервые атаковали логово фашизма в начале войны
В августе 1941 года балтийские летчики впервые в истории Великой Отечественной войны нанесли бомбовой удар по столице нацистской Германии.
9 мая 1945 года первый комендант Берлина генерал-полковник Николай Берзарин прислал летчикам Балтики телеграмму:
«Вы первыми начали штурм логова фашизма с воздуха. Мы его закончили на земле и водрузили Знамя Победы над рейхстагом…».
В бытность моей службы на Северном флоте на атомном ракетном крейсере «Киров» последовательно служили братья Чарины. Отслужив без замечаний три года, главный старшина Виталий Чарин сдал боевой пост младшему брату Андрею. На флоте в свое время служил и их отец.
Будучи у него в гостях в Москве, я узнал, что обоих внуков на честное служение Отчизне напутствовал дед — Герой Советского Союза Андрей Яковлевич Ефремов. От дочери прославленного балтийского летчика и его зятя я и узнал тогда впервые подробности о налете балтийских летчиков в августе сорок первого на Берлин.
Уже живя в Калининграде, фотографию Андрея Ефремова увидел у майора в отставке Ивана Трофимовича Шевченко.
В альбоме, посвященном генерал-полковнику авиации Евгению Преображенскому, собраны поистине уникальные фотографии, рассказывающие о боевом пути летчика, копия навигационного журнала самолета полковника Преображенского с записями, сделанными штурманом экипажа П. Хохловым в ходе первого налета на Берлин.
У Ивана Трофимовича хранились и другие уникальные документы, относящиеся к тому периоду войны.
Майор в отставке Шевченко (ныне, к сожалению, покойный) был инициатором проведения встреч ветеранов 1-го минно-торпедного авиационного полка ВВС БФ, восстанавливал добрые имена погибших летчиков, благодаря его инициативе на здании, где жил в сорок первом году летный состав, появилась памятная доска, а на эстонском острове Эзель памятная стела в честь тех, кто бомбил Берлин.
Сегодня новые эстонские власти взорвали памятный знак, демонтировали памятную мемориальную доску. На кладбище в селении Кагул, где покоятся останки погибших летчиков, осквернили памятник. Но разве возможно осквернить память?
«В начале августа сорок первого года наш полк базировался в местечке Беззаботном под Ленинградом, — рассказывал мне Иван Трофимович Шевченко. — 4 августа мы на 20 самолетах перелетели на остров Эзель, сели на аэродром селения Кагул. Аэродром очень неудобный для взлета и посадки».
Но именно отсюда балтийские летчики должны были выполнить решение Верховного Командования: в ответ на разрушение наших городов и бомбардировку Москвы бомбить военные объекты в столице фашистской Германии Берлине…
Для выполнения этого задания были выделены лучшие экипажи — 16 самолетов ДБ-3. В августе на Балтике ночи короткие. Настолько короткие, что совершить удар по Берлину в пределах ночи не представлялось возможным.
Расстояние Эзель-Берлин-Эзель составляет почти 1800 километров, из них 1300 над морем. Семь часов требовалось, чтобы долететь до гитлеровской столицы, отбомбиться и вернуться на базу.
Это было почти пределом для изношенных ДБ. Любая задержка, любой бой с истребителями, попытка обойти грозовой фронт — и падай в море: ближе Эзеля в те дни не было ни одного нашего аэродрома.
Оперативная сводка Главного Морского штаба ВМФ, которую удалось обнаружить в Центральном военно-морском архиве, сухо гласит:
«1-й налет на Берлин был совершен в ночь с 7 на 8 августа, 5 самолетов ДБ-3 бомбили Берлин. Над центром города было сброшено 30 бомб типа “ФАБ- 100”».
А вот как описывает этот полет участник тех событий генерал-лейтенант авиации Петр Хохлов:
— Погода совсем улучшилась. На небе ни облачка. И Берлин мы увидели издалека. Сначала на горизонте появилось светлое пятно. Оно с каждой минутой увеличивалось, разрасталось. Наконец превратилось в зарево на полнеба. От неожиданности я оторопел — фашистская столица освещена. А мы у себя на Родине уже столько времени не видели огней города.
Передаю командиру полка:
— Перед нами — Берлин.
— Вижу, — взволнованно отвечает он.
Аэронавигационными огнями Преображенский подает идущим за флагманом экипажам команду: рассредоточиться, выходить на цели самостоятельно.
Я вывожу флагманский самолет к Штеттинскому железнодорожному вокзалу. Конфигурация освещенных улиц, площадей четко различима с воздуха. Видно даже, как искрят дуги трамваев, скользящие по электрическим проводам. Отсвечивает в огнях гладь реки Шпрее. Тут не заблудишься, не перепутаешь выбранный объект.
Освещенный город молчит. Ни одного выстрела, ни одного прожекторного луча, устремленного в небо. Значит, противовоздушная оборона и здесь принимает наши самолеты за свои.
Цель! Теперь только цель. И вот она перед нами. Вот вокзал, опоясанный паутиной рельсовых путей, забитых железнодорожными составами.
— Так держать! — передаю я в микрофон командиру корабля. Открываю бомболюки. Снимаю бомбы с предохранителей. Берусь рукой за бомбосбрасыватель. И когда самолет подошел к цели на угол бомбосброса, я нажимаю кнопку…
Мы уходим от Берлина, целиком погруженные во мрак ночи. И я невольно подумал: «Где же твоя надменная самоуверенность, Берлин — цитадель кровавого фашизма? Где твои ярко освещенные штрассе, блеск их витрин? Мы, балтийские летчики, вмиг погрузили тебя во мрак ночи, оставив вместо сияющих огней костры пожарищ. Получай же то, что принес нашим советским городам».
Еще несколько раз бомбили Берлин балтийские летчики.
Вот сухая хроника оперативной сводки: 2-й вылет — 9 августа, 12 самолетов ДБ-3 сбросили на Берлин 72 бомбы типа «ФАБ-100» и 2500 листовок. 3-й вылет — 12 августа, 8 самолетов ДБ-3 бомбили Берлин. Сброшено 80 бомб различных типов и 100000 листовок. 4-й вылет — 15 августа. Берлин бомбили 17 самолетов, сбросили на город 123 бомбы различных типов. 5-й вылет — 19 августа, 5 самолетов сбросили на Берлин 24 бомбы различных типов. 6-й вылет — 21 августа. 3 самолета бомбили Берлин. 7-й вылет — 31 августа.
На бомбардировку Берлина вылетели 6 самолетов. До цели дошли два самолета ДБ-3 и сбросили 14 фугасных и зажигательных бомб и 2000 листовок. 8-й вылет — 4 сентября. Четыре самолета ДБ-3 сбросили на Берлин 14 фугасных и 18 зажигательных бомб.
Уже 13 августа 1941 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования при полетах на Берлин звание Героя Советского Союза было присвоено капитанам Василию Гречишникову, Андрею Ефремову, Михаилу Плоткину, Петру Хохлову, половнику Евгению Преображенскому.
Каждый из этой золотой пятерки заслуживает особого рассказа о себе. Остановлюсь лишь коротко на основных датах биографии тех, кто первым бомбил Берлин.
Петр Хохлов родился в 1910 году в селе Есипово Серебряно-Прудского района Московской области. Работал токарем. А по комсомольскому набору пришел в авиацию.
После окончания военного авиационного училища в Ейске был назначен в 1-й минно-торпедный авиационный полк на БФ. Участвовал в войне с белофиннами, был награжден орденом Ленина. Как один из наиболее опытных штурманов был назначен флаг-штурманом авиагруппы, которая совершала налеты на Берлин.
В годы войны служил на Черном море, на Северном флоте. Крайняя должность — начальник штаба авиации ВМФ, генерал-лейтенант авиации.
Командир авиационной эскадрильи капитан Василий Гречишников родился 5 декабря 1912 года в Николаеве, в семье потомственных корабелов. После окончания военно-морского авиационного училища служил в авиации Киевского военного округа. В марте 1938 года переведен в 1-й минно-торпедный полк БФ. Во время войны с белофиннами совершил 44 боевых вылета, награжден был орденом Боевого Красного Знамени.
Погиб 24 октября 1941 года, совершив огненный таран по танкам и боевой технике противника в районе местечка Грузино Чудовского района Новгородской области.
Михаил Плоткин родился 2 мая 1912 года в деревне Ардонь Клинцовского района Брянской области. Работал на заводе, в 1931 году поступил в военно-теоретическую школу летчиков. После ее окончания служил на Балтийском флоте. В годы войны с белофиннами совершил 38 боевых вылетов, награжден орденом Ленина. 7 марта 1942 года, возвращаясь с боевого задания, Плоткин погиб.
Капитан Андрей Ефремов родился 26 августа 1910 года в семье железнодорожника Скопинского района Рязанской области. Работал токарем на заводе, а после окончания Оренбургской школы военлетов служил в бомбардировочной авиации Балтийского флота.
С 1937 по 1942 год был командиром звена и командиром эскадрильи в 1-м гвардейском минно-торпедном полку. За войну с белофиннами был награжден орденом Боевого Красного Знамени.
В годы Великой Отечественной, кроме Балтики, воевал на Черном море, на Севере, участвовал в разгроме милитаристской Японии. С 1959 по 1964 год командовал учебным отрядом ВВС Балтийского флота. В звании полковника уволился в запас.
Евгений Николаевич Преображенский родился 22 июня 1909 года в селе Благовещенье Кирилловского района Вологодской области. В 1927 году был направлен в Ленинградскую военно-теоретическую школу летчиков, затем обучался в Севастопольской морской школе летчиков.
С 1930 -го по апрель 1943 служил в частях авиации Балтийского флота- от рядового летчика до командира минно-торпедной дивизии.
С апреля 1943 года был начальником штаба ВВС Северного флота, затем зам. командующего и командующим ВВС Тихоокеанского флота. С апреля 1950 и по день своей смерти, 29 октября 1963 года, генерал-полковник авиации Преображенский командовал авиацией ВМФ СССР.
…Тем же указом 12 авиаторов Балтийского флота награждены орденом Ленина, 21 человек — орденом Красного Знамени, 20 — орденом Красной Звезды, 14 — медалью «За боевые заслуги». В этом списке награжденных, я, к сожалению, не нашел членов экипажей самолетов, не вернувшихся на базу.
Согласно официальному документу, полученному в Центральном военно-морском музее, с боевого задания не возвратились 9 августа 1941 года командир звена старший лейтенант Иван Финягин, штурман лейтенант Александр Дикий, стрелки-радисты старшина Василий Марокин, краснофлотец Николай Шуев.
В последний день лета, 31 августа, не возвратились с боевого задания командир звена лейтенант Михаил Русаков, штурман лейтенант Василий Шилов, стрелок-радист краснофлотец Василий Саранча. А 3 сентября — летчик лейтенант Константин Мильчунов, штурман звена лейтенант Петр Чубатенко, стрелок младший сержант Георгий Кулешов. Еще два экипажа погибли при посадке на аэродром Кагул. Один — 15 августа и один 24 августа — всего десять человек.
— Самолеты бились уже на аэродроме, и это было очень обидно, — рассказывал мне Шевченко, — за семь часов полета летчики очень уставали. Ведь летали на большой высоте, температура минусовая за бортом, воздуха не хватало. И при посадке было и такое, что дотягивали на одном моторе, а тут и второй отказывал.
А по поводу наград погибших, так и тут есть объяснение. Время тогда было страшное. Ведь никто не знал, как погиб экипаж. Не вернулся с задания — и все. Думали наверху: а вдруг летчики в плену. Вот и не представляли не вернувшихся…
В начале Великой Отечественной войны балтийские авиаторы развеяли миф фашистских главарей о том, что якобы советской авиации не существует, что она никогда не появится в небе над Берлином.
Читайте также: ВАЖНО: На Москву надвигается страшный ураган, будьте внимательны! (ФОТО, ВИДЕО)
Валерий Громак, специально для «Русской Весны»