«Закрыла глаза и год прошел». История чудесного спасения девушки после комы

Эта история похожа на сюжет голливудского фильма и заставит многих поверить в чудо. 10-классница Эллина Захарова из Алтайского края заболела, как сначала казалось, обычной простудой, а затем неожиданно впала в кому на полгода. Медики долго не могли установить точную причину ухудшения состояния, но вскоре поставили редчайший диагноз, летальность при котором - 70%. Несмотря на пугающую статистику, девушка не просто пришла в сознание, а полностью восстановилась, окончила школу, а затем поступила в университет.

«Все это похоже на сон. Я закрыла глаза, потом открыла, и выяснилось, что прошел год и я была в коме несколько месяцев. Сначала думала, что это какая-то шутка. Если честно, случившееся до сих пор не укладывается у меня в голове», - признается Эля.

Рассказываем, как медики боролись за жизнь юной пациентки, почему найти проблему удалось не сразу, и что помогло Эллине научиться жить заново.

В сентябре 2020 года Эллина пошла в десятый класс в Яровом, но вскоре у нее появились признаки вирусной инфекции - температура и слабость. Врач назначил нужные препараты, девушка лечилась дома. Вскоре стало немного лучше, школьница пошла гулять с подругой, а когда вернулась, начались странности в поведении. Она задавала необычные вопросы, постоянно переспрашивала и быстро все забывала.

«Температура поднялась еще выше, появились галлюцинации. Сделали компьютерную томографию легких и головного мозга, но все было в порядке. В итоге ребенка привезли к нам в Центр охраны материнства и детства в Барнаул», – говорит Анна Голенко, заведующая психоневрологическим отделением медучреждения.

Осмотрев пациентку и сделав исследования, врачи заподозрили менингоэнцефалит и предложили госпитализацию.

«По словам мамы, девочка была сама не похожа на себя, бурно выражала протест против нашего вмешательства, – вспоминает доктор. – Мы попросили коллег из психиатрической больницы её посмотреть».

Консилиум специалистов поставил диагноз острый психоз, ребенка госпитализировали в психиатрическую больницу. Эллине сделали тест на коронавирус, который оказался положительным, девушку доставили в ковидный госпиталь. По дороге в машине скорой помощи произошел эпилептический припадок и в итоге скорая доставила пациентку в реанимацию.

«Медики выявили изменения в спинномозговой жидкости воспалительного характера и пришли к выводу, что у ребенка, действительно, энцефалит, который начали активно лечить, – рассказывает Анна Анатольевна. – Несмотря на это, продолжались судороги, один за другим шли приступы, которые купировались только введением наркоза. Девочка находилась в тяжелейшем состоянии, наступила кома. Эллину перевели на искусственную вентиляцию легких».

Когда ковид вылечили, ситуация не улучшилась. В начале октября ребенка перевели в отделение реанимации центра охраны материнства и детства.

«Эллина поступила к нам в крайне тяжелом состоянии. Кома с ярко выраженным неврологическим дефицитом, нарушением функции внешнего дыхания, сопутствующей пневмонией, – рассказывает Алексей Завьялов, заведующий отделением реанимации-анестезиологии. – Были и другие проблемы, которые мы благополучно решили. Стабилизировали состояние, использовали практически все противосудорожные препараты и не опускали руки. Задача реанимации – раздуть угасающий уголек жизни».

Через некоторое время произошли изменения к лучшему - девушка стала дышать сама, также прекратились эпилептические припадки.

«При этом она продолжала находиться в коме, здесь никаких проблесков не было. Никто точно не знал, как именно протекают ковидные энцефалиты, не было опыта. Мы избирали одну тактику лечения, другую, а все было безуспешно, – делится невролог. – Ребенок был в коме, периоды возбуждения сменялись длительным угнетением. Были приступы галлюцинаторного характера. Смотрела пациентке в глаза и понимала, что он видит не тебя, а что-то другое. Жутко».

Каждый день к девочке приходила мама Марина Васильевна, она разговаривала с дочерью и верила, что та пойдет на поправку.

«Мама Эллины говорила: "Анна Анатольевна, делайте что-нибудь, мой ребенок должен жить”. В какой-то момент она пришла с иконой и спокойно, без истерик, положила ее на мой стол, а потом и сказала: "Это святой Пантелеимон, пусть он помогает вам принимать правильные решения”. Теперь икона хранится у меня».

Препараты сменяли друг друга, но значительных улучшений не происходило.

«Это была кропотливая, ежесекундная работа. В частности, нужно было санировать трахею (удалять слизь из трубки, – прим. ред.). Мы кормили пациентку, рассчитывали ежедневный калораж, чтобы ребенок не похудел, и этого, правда, не произошло. Провели массу консилиумов, но сначала прогноз здесь был неизвестен, тем более, мы не понимали, что будет с когнитивными функциями девочки, – поделился Алексей Егорович. – Играли свою роль стопроцентное внимание, интенсивное наблюдение и постоянный уход. В каждом случае 30% успеха - работа врачей, а 70% – медсестёр, это совместный труд».

В ноябре алтайские врачи обратились за помощью в крупнейшие российские клиники. Ответ пришел только от специалистов института имени Сербского, которые сказали, что согласны с тактикой лечения. Они посоветовали провести исследования на аутоиммунные энцефалит.

«Это достаточно сложный анализ, который не делают в Сибири. Пробирку отправили в Санкт-Петербург, а через две недели пришел положительный результат. Оказалось, что это не ковидный энцефалит, а NMDA-рецепторный, редкое иммунное заболевание. При этом диагнозе происходит сбой, клетки иммунитета вырабатывают антитела против клеток головного мозга. Такой замкнутый круг, – объясняет доктор. – Когда наконец-то поставили диагноз, сами не поняли, то ли нам радоваться, то ли огорчаться. В тот момент в мире было описано всего 500 случаев и в основном болели женщины. Чаще всего причиной была опухоль яичников, которая и вырабатывала антитела».

Мама Эллины Марина Васильевна связалась с испанскими и немецкими врачами, поделилась наработками местных специалистов и получила консультацию. Все доктора советовали искать опухоль, однако от нее не было и следа. Проведя различные исследования, медики обнаружили лишь небольшое образование, удалили его, но положительного эффекта это не дало.

Алтайские врачи продолжали лечение и выяснили, какие федеральные учреждения могут помочь. Все отказывались принимать сложную пациентку, согласился только научно-практический центр специализированной медицинской помощи детям имени В.Ф. Войно-Ясенецкого в Москве, куда и направили ребенка.

Транспортировка пациентки была непростой – девочку доставили в столицу обычным рейсом, реанимобиль подали к трапу. Медики продолжали лечение, которое проводили врачи Алтайского края. Через несколько месяцев терапию закончили. Впереди ждали долгие месяцы тяжелейшей реабилитации.

Девушку привезли в подмосковный реабилитационный центр в начале марта. Сутки там стоили 27 тысяч рублей, собрать деньги помогли фонды и неравнодушные люди.

Школьница поступила с зондом и трахиуостомой, дышала сама, но ее кормили через трубку. Это учреждение одно из немногих согласились принять пациентку. Врачи признавались, что здесь любят сложные случаи и готовы помочь.

«Когда мы приехали в центр, то были "нулевыми”, со всеми стомами и катетерами. Сознание было загружено медикаментозными препаратами. У меня спросили, что мы ждем от реабилитации, и я ответила, что полное восстановление. На меня посмотрели с недоумением, но вскоре увидели, как все меняется», - вспоминает мама Эллины.

С девушкой работали целыми днями. Среди медиков – эрготерапевт (специалист по медицинской реабилитации), невролог, нейропсихолог, логопед и другие. Сначала школьница почти не открывала глаза, но могла поднять руки или ноги. Постепенно все улучшилось, и вскоре Эля окончательно пришла в сознание.

«Я открыла глаза и не понимала, где нахожусь и что происходит. Мама рассказала, что прошел уже целый год, а я подумала, что это просто розыгрыш. Я не верила в то, что происходит, находилась в шоке», - говорит девушка.

Любопытно, что первым словом, которое написала пациентка, было название одного из интернет-магазинов, куда она должна была зайти перед тем, как заболела.

Со временем занятия усложнялись, врачи сменяли друг друга по расписанию. В программе было немало физических упражнений.

«Сначала мне не хотелось заниматься, сложнее всего было заставить меня идти туда. Я постоянно пыталась торговаться, чтобы делать меньше, но в итоге выполняла, что требовалась, физические нагрузки были самым тяжелым, - вспоминает девушка. - Когда мне стало лучше, даже каталась на самокате по территории».

Мама Эллины признается, что всегда верила в чудо и не сомневалась, что дочь поправится:

«Когда кто-то из врачей сказал, что дочь будет овощем, я ответила, что нет, она будет жить, ведь еще есть Бог, который поможет. Кончено, все было тяжело и мучительно. Я уехала из дома с одной сумочкой, думала, что дочь быстро выздоровеет и мы вернемся. Все это время не была дома, потому что сказала себе, что назад приеду только с Эллиной».

В конце августа семья вернулась в Алтайский край, а уже в сентябре Эллина пошла в 11 класс, потому что хотела скорее вернуться к обычной жизни.

«Я была рада вернуться в школу. Хотела окончить ее именно с этим классом. Для меня это была большая дружная семья», - говорит девушка.

В начале года учеба давалась трудно из-за проблем с краткосрочной памятью.

«Первые месяцы я ничего не запоминала. Послушаю на уроке, пройдусь еще раз дома, а просыпаюсь и ничего не могу вспомнить, - делится Эля. - Приходилось всякий раз начинать заново, повторять, повторять, повторять. Первый полгода это были слезы и постоянные истерики. К счастью, все очень поддерживали и помогали. Друзья говорили, что я стала более восприимчивой, многим было сложно со мной, но постепенно все наладилось».

Когда после реабилитации Эллина с мамой приехали к алтайским врачам, все были приятно удивлены тем, как быстро девушка смогла восстановиться.

«У Эллины было редкое заболевание, которое впервые диагностировали у ребенка в Алтайском крае, но это история со счастливым концом. Думаю, здесь сыграли роль множество факторов и совместная работа. Если говорить про нашу больницу, то здесь думающие врачи. В случае непонятных диагнозов мы не пытаемся передать больного кому-то другому, а стараемся сами решить проблему», - подчеркнула Анна Голенко.

Девушка продолжала посещать уроки и тренировала память. В январе в Барнауле у пациентки обнаружили и удалили опухоль – тераторму.

«После этой операции все стало заметно лучше. Я уже не забывала события, которые происходили за день, делала меньше заметок в телефоне. Кроме того, уже не так переживала из-за школы», - отмечает Эля.

После занятий школьница отдыхала дома, а потом активно готовилась к ЕГЭ, в том числе, занималась с репетитором. В итоге она хорошо сдала экзамены и поступила в Алтайский государственный университет на экономическое направление. Сейчас Эля учится на первом курсе и привыкает к новой жизни. О пережитом она старается не вспоминать и считает кому просто частью своей жизни, которая, осталась в прошлом.

«Во многом я изменилась. Например, раньше очень переживала из-за оценок. Думала, что если получу тройку, будет конец света, а сейчас понимаю, что ничего страшного в этом нет, - рассуждает девушка. - Считала, что если у меня не будет золотой медали, то это плохо, а потом осознала, что хорошо просто закончить школу. Теперь на учебе не сошелся свет клином. После случившегося у меня произошла переоценка ценностей», - резюмировала Эллина.