Режиссер Скворцов о пандемии: "Вселенная могла предложить сценарий куда хуже"

Заболеть COVID — это уже не сенсация. Положительный тест на ПЦР воспринимается без истерики. Первая весенняя волна приучила нас не ахать-охать и, понизив голос, заговорщицки сообщать: «Слышали, этот заболел, и у этого диагностировали. А та-то, жуть, в реанимацию попала». Вторая, осенняя волна уже включает мозг и заставляет анализировать происходящее с тобой и миром. Вот и известный актер, главный режиссер театра-студии «Человек» Владимир Скворцов, тяжело переболев коронавирусом и оказавшись на больничной койке, создал свою классификацию групп людей в зависимости от их отношения к этому жуткому заболеванию. На научный подход театральный деятель ни в коем разе не претендует, тем не менее ознакомиться с ним интересно: многое расставляет по местам. — Володя, ты знаешь, где сам подхватил COVID? — У меня нет однозначного ответа. В поезде, в магазине, в метро — не знаю я, и никто толком этого не знает. Ну, если только это не кто-то заболевший из твоей семьи или коллега по работе. Я предполагаю, что это случилось со мной в поезде, когда я направлялся в командировку в Ярославль. Когда через неделю, по возвращении, я почувствовал себя нехорошо, тут же самоизолировался и, как учили в Интернете, не вступая ни с кем в контакт, вызвал «скорую». Температура 39, ни вкуса, ни запахов, кашель жуткий. Меня отвезли на КТ, оказалось довольно большое поражение легких (около 50 процентов), хотя не могу сказать, чтобы мне особенно трудно было дышать. Так я оказался в «Коммунарке» с двухсторонней вирусной пневмонией. — То есть тебя не от COVID лечили? Тесты-то сделали? — Сделали всё, но наличие вируса у меня анализы не показывали, все тесты вообще были отрицательные, и антител не было. Антитела появились лишь через пять-шесть дней после госпитализации. Это при средней тяжести болезни. — Сколько времени ты пробыл в больнице и какие впечатления у тебя от того, как при такой адской загрузке в стационарах относятся к больным, как лечат? — Пролежал я в больнице полторы недели. Это было в сентябре, и такого наплыва больных еще не было. Спасибо докторам и всему медперсоналу, они всячески поддерживают, заботятся, словно актеры, — стараются всегда находиться в прекрасном настроении, при том что они постоянно пребывают в полном медицинском облачении, которое называют скафандрами. 24 часа!!! Я вообще не понимаю, как они это выдерживают! Меня выписали через полторы недели, когда я уже начал поправляться. Затем две недели находился на домашнем карантине, вот и вся моя история. — Как изменилось твое отношение к COVID после болезни? — Ну, то, что вирус существует и что это не «как грипп» — однозначно, ощущения довольно мерзкие. Я часто просматривал социальные сети. Меня удивило, насколько мои друзья по-разному относятся к ковиду, даже мнения самых близких людей бывают полярными. И тут я просто, шутя, скорее от нечего делать, решил классифицировать пользователей соцсетей по их отношению к самому вирусу. И вот что из этого получилось. Я понял, что все мои друзья, их знакомые и знакомые знакомых разделились в своем отношении к проблеме пандемии на несколько основных групп (в каждой группе существуют еще и подгруппы, но это долго и не сейчас). — Интересно тебя послушать. — Первая группа — «НЕ ВЕРЯЩИЕ», или COVID-диссиденты. Эти люди не признают существование вируса, утверждают, что вся пандемия — бред, «это грипп» или «да от гриппа больше умирает по статистике», «все раздуто и опасности никакой нет». Они маски называют «намордниками», предпочитая ими не пользоваться, а карантин — нарушением прав человека. Они примерно знают результаты исследований всех западных и российских лабораторий, принимают во внимание только те результаты, где странным образом утверждается, что вируса не существует или «маски не спасают». Существуют версии, что «все это всемирный заговор врачей, политиков и т.д.». Также представители этой категории относятся и ко всем переболевшим как к обманщикам или фантазерам. Даже переболев, они утверждают, что «это был просто легкий грипп». Вторую группу я назвал «БЫВАЛЫЕ» — переболевшие в средней и тяжелой форме в больнице (может быть, ранее некоторые из этой группы примыкали к группе №1), но сейчас отчаянно пытаются донести информацию об опасности вируса и про страшные осложнения (хотя контраргумент «а при гриппе тоже бывают осложнения» сражает наповал, и любые объяснения, что это не грипп, принципиально не принимаются). Следующие — «ВЫЖИВШИЕ», они переболели в очень тяжелой форме, находились в реанимации, с ИВЛ и стараются в принципе не распространяться обо всем пережитом. «ВЕЗУНЧИКИ» — те, кто переболел в очень легкой форме, не заметив этого, узнали лишь сдав анализ на антитела. Представители этой группы рассказывают о своей болезни как о веселом анекдоте и благодарят Бога за то, что их пронесло. За антитела тоже благодарят. «ПЕРЕБОЛЕВШИЕ» — большая группа людей, которая переболела дома с температурой и всеми сопутствующими симптомами. Представители этой группы относятся к вирусу достаточно серьезно (неприятные недели без вкуса и запаха, а также постоянно высокая температура и длительная слабость запомнятся надолго), однако многие не афишируют, что переболели именно «короной». — Ты раньше сам к каким относился? — Да ни к каким особенно. Я был очень осторожен, в маске ходил, общественным транспортом старался часто не передвигаться, продукты после магазина обрабатывал. Я не истерил особенно, читал всякие статьи. И, конечно, как и многие, был уверен во всемирном заговоре. Следующие товарищи — «САМОДИАГНОСТИКИ» — сами ставят себе диагноз, но боятся сдать анализ на антитела (вдруг не обнаружат!!!). Также к этой группе относятся утверждающие, что «мне кажется, я скорее всего переболела СOVID зимой, после Нового года — точно переболела», «был кашель и ломало, я вернулся (вернулась) из Берлина (Рима, Парижа, Нью-Йорка), мне было очень нехорошо: насморк, кашель, температура, это точно был ковид». «ПАНИКЕРЫ» — те, кто ежеминутно читает все сводки медицинских новостей, особенно доверяя Телеграм-каналам. Знают количество всех заболевших и погибших, знакомы со всеми разработками врачей, в курсе всех исследований, русских и зарубежных. Они знают о вирусе, как им кажется, все. В их аптечках — полный арсенал противовирусных средств, которые они употребляют горстями, носят по три маски одновременно, а дома у них имеется баллон с кислородом. Они хотели бы сделать прививку от COVID и сделают ее подряд пять раз, но пока не очень доверяют русским вакцинам, и от этого тоже в панике. — Кто из названных тобой особенно опасен? Кого надо изолировать от общества? — Это «ВРЕДИТЕЛИ», или COVID-террористы, знающие, что у них положительный тест, но не придающие этому никакого значения. Они умудряются спокойно разгуливать по городу, посещают вечеринки, ходят по магазинам и барам, к друзьям, и им абсолютно на все наплевать. Есть «ОТВАЖНЫЕ» — эти сделали прививку и утверждают, что чувствуют себя прекрасно. Врут или нет — не знаю. «ИСТЕРИКИ» («у нас — масочный!») могут легко побить в метро, театре, магазинах человека, находящегося без средств защиты, не впустить его в подъезд и так далее. Когда я свои мысли написал в ФБ, сам не ожидал, что они будут иметь резонанс. Мне вдруг со всех сторон начали присылать названия новых групп, которые я упустил. — У каждого переболевшего свой опыт, люди делятся пережитым, чтобы помочь другим. Что бы ты посоветовал в первую очередь? — Советую, как бы это ни казалось странным, не паниковать. Если вы почувствовали себя нехорошо, лучше не рисковать и вызвать доктора, ибо последствия в виде осложнений могут быть не очень приятными. И после выздоровления не спешите, дайте организму окрепнуть. Главное — терпение: и больным, и здоровым, и докторам. — Ты уже вышел в театр? Зрители ходят? Какие мысли о театре — конкретные и философские? — Да, конечно, вышел сразу после карантина. Московский театр «Человек», где я работаю главным режиссером, в этом году открылся позже остальных театров — в середине октября. Зритель к нам ходит, невзирая на пандемию. У нас же особенный театр, небольшой, эксклюзивный, с полным погружением зрителя в происходящее. Сейчас репетируем два спектакля. Они должны выйти в декабре. Я говорю «должны», а непонятно, как будет. Что-то планировать сейчас нереально. Из-за вируса огромные театры периодически закрывают на карантин. Люди боятся куда-то идти, что-то планировать. У камерных театров сейчас есть преимущество — в ощущении почти домашней безопасности. Хотя все равно это как-то странно выглядит — маски, перчатки, измерение температуры на входе, шахматная рассадка. Но, видимо, так будет продолжаться до весны. Как актер я не выходил на сцену уже семь месяцев, вернусь только 31 октября с «Кроткими». Странная жизнь у нас вдруг началась, не очень хочется к ней привыкать, но Вселенная могла предложить сценарий гораздо хуже. Так что придется на время принять эти условия.