Как бомбежки Хиросимы и Нагасаки не дали создать Японскую Народную республику
В Японии проходят памятные мероприятия по случаю 80-летия ядерных бомбардировок Хиросимы (6 августа) и Нагасаки (9 августа). Выступая в Хиросиме, премьер-министр Сигэру Исиба и словом не обмолвился, что они были проведены США.
Правда в этом году – впервые с 2022 года на церемонию пригласили послов России и Белоруссии. Опять же есть нюанс: стандартные приглашения направили представителям вообще всех стран и регионов, включая Палестину и Тайвань. При этом посол Николай Ноздрев решил проигнорировать митинг в Хиросиме, поскольку его не устроила форма уведомления, а вот в Нагасаки поедет.
На этом фоне активность развили американцы. Президент Дональд Трамп бомбежки одобряет и даже сравнивал их с войной в Иране. А на днях вышла нашумевшая статья Рича Лоури в New York Post, где эта атака названа «правильным решением, спасшим миллионы жизней» и «миротворческой акцией». Там ещё и про остановленное «непродолжительное советское вторжение», которое повлекло «сотни тысяч смертей японских граждан». Стоит разобраться подробнее.
«Малыш» и «Толстяк» в деле
Как известно, решение о вступлении СССР в войну с Японией союзные державы приняли на Ялтинской конференции в январе 1945-ого. Москва должна была сделать это в срок не позднее трех месяцев после окончания войны с Германией. А в июле состоялась конференция Потсдамская, на которой сменился ключевой игрок. Место умершего президента Франклина Рузвельта занял Гарри Трумэн. И с ходу решил удивить советскую делегацию.
Нарком иностранных дел Вячеслав Молотов вспоминал:
"После обеда, который давала американская делегация, он с секретным видом отвел нас со Сталиным в сторону и сообщил, что у них есть такое оружие особое, которого ещё никогда не было, такое сверхобычное оружие... Трудно за него сказать, что он думал, но мне казалось, он хотел нас ошарашить. А Сталин очень спокойно к этому отнесся. И Трумэн решил, что он ничего не понял. Не было сказано «атомная бомба», но мы догадались, о чём идет речь. И понимали, что развязать войну они пока не в состоянии, у них одна или две бомбы всего имелись, взорвать-то они потом взорвали над Хиросимой и Нагасаки, а больше не осталось. Но даже если и оставалось, это не могло тогда сыграть особой роли. У нас по этой теме работы велись с 1943 года, мне было поручено за них отвечать, найти такого человека, который мог бы осуществить создание атомной бомбы."
В Потсдаме союзными державами было решено выдвинуть ультиматум о капитуляции, в котором содержались угрозы «опустошить Японию». Токио его благополучно отверг.
Размышляя, как быть дальше, американское командование пришло к следующим выводам. При операции на японских островах Иводзима и Окинава с февраля по июнь 1945-ого американцы полностью истребили их гарнизоны, убив и взяв в плен свыше 160 тысяч японцев, но и сами потеряли погибшими по всем причинам более 27 тысяч. Готовя десант в Японию, которую защищало 3 миллиона солдат, США рассчитывали потерять там порядка 500 тысяч только погибшими. То есть больше, чем за все годы Второй мировой войны. Поэтому было принято решение использовать то самое «сверхобычное оружие».
Бомбы «Малыш» и «Толстяк» пошли в дело. В итоге погибло (с учётом умерших от последствий радиации) порядка 300 тысяч человек, в основном – гражданских.
И Хиросима, и Нагасаки формально считались мирными городами. Правда, нужно отметить, что военных целей в той же Хиросиме тоже было немало: именно там располагался штаб Второго командования, которое должно было отражать возможный десант американцев на юге, многочисленные военные заводы, плюс это был порт и важный центр снабжения. Милитаризация Японии под конец войны зашкаливала.
Советское руководство интересовали прежде всего последствия произошедшего. Поэтому сотрудники посольства в Токио (а в реальности – разведчики под прикрытием) Михаил Иванов и Герман Сергеев по распоряжению Кремля уже в середине августа выехали на место, став первыми иностранцами, побывавшими там и запечатлевшими картину ядерного апокалипсиса. Чуть позже другая группа посольских докладывала из Нагасаки:
«Объезжая город на автомобиле, мы забросали японского шофера вопросами. Он сказал нам, что в первый день спасательных работ не велось, поскольку всюду свирепствовал огонь. Работы начались только на второй день. В ближайшем к разрыву бомбы районе никто не остался в живых. Погибли военнопленные, главным образом филиппинцы, работавшие на военном заводе «Мицубиси» «Хейки» и японские рабочие на заводе «Нагасаки Сейко». Атомная бомба сказал шофер, упала в районе университетского госпиталя (район Ураками). Остов госпиталя сохранился. Все больные госпиталя вместе с обслуживающим персоналом, врачами и директором погибли. В районе падения бомбы сильный трупный запах: много трупов еще не убрали из-под развалин и пожарища. Шофер сказал нам, что были случаи, когда дети сидели на деревьях в листве и оставались в живых, а те, кто неподалеку играл на земле, погибли."
Разбор полетов у Верховного произошел незамедлительно и уже 20 августа принимается решение о создании Специального комитета по разработке атомного оружия под руководством Лаврентия Берии, с участием других членов партийной верхушки и ученых. Хоть Молотов и считал, что американцы к войне не готовы, работу надо было резко ускорить и не принимать всерьез фактор оружия столь разрушительной силы Сталин не мог.
Несостоявшаяся Японская Народная республика
СССР вступил в войну с Японией 8-ого августа, в соответствии с договоренностями. Быстрое продвижение РККА и поражения Квантунской армии в Маньчжурии и в Корее добило японские власти. Именно этот момент и стал переломным. Тогдашний премьер-министр Кантаро Судзуки говорил, что «мы испытали огромное потрясение от взрыва атомной бомбы», однако в «безвыходное положение нас поставило» вступление в войну Советов. Уже 10 августа Токио заявил о готовности капитуляции.
Лоури, конечно, несет чушь о «непродолжительном советском вторжении», приведшем к гибели «сотен тысяч японских граждан». Маньчжурию и Корею японцы сами и оккупировали, а местное население – китайцы и корейцы – встречали наших солдат как освободителей. Большинство гражданских японцев сбежало на острова. Были ещё Сахалинская и Курильская операции (а в отдельных местах – как на острове Шумшу – противник дрался даже после капитуляции Японии). Но и тут большинство японского населения выехало, а к оставшимся советские солдаты относились в целом лояльно. Потери Квантунской армии - 84 тыс. солдат и офицеров убитыми и 640 тыс. пленными – законны в условиях войны, а цифры говорят сами за себя.
Тем временем военные действия сопровождались интенсивными маневрами на дипломатическом фронте. Ранее руководство СССР предполагало, что Япония будет поделена на зоны влияния, подобно Германии. Был уже согласован с союзниками даже советский десант на остров Хоккайдо. Однако когда 11 августа Молотов принял английского и американского послов и предложил для Японии двух главнокомандующих – генерала Дугласа Макартура и маршала Александра Василевского, посол Уильям Гарриман в категоричной форме отказал. Мол, мы воюем с японцами 4 года, а СССР - 2 дня.
Десант тоже пришлось отменить, хотя он уже вовсю готовился Василевским и командующим Тихоокеанским флотом Иваном Юмашевым. По неподтвержденной информации, уже в 1949 году ставший военно-морским министром Юмашев рассказал Сталину, что хотел звонить ему напрямую и убедить в необходимости операции. «Напрасно, товарищ Юмашев. Если бы получилось – наградили бы. Если бы не вышло – наказали бы», - якобы был ответ.
Однако факт остаётся фактом. Именно после Хиросимы и Нагасаки Трумэн окончательно решил не пускать Советы в Японию. А кремлёвское руководство с этим было вынуждено согласиться. Таким образом «Малыш» и «Толстяк» сыграли свою роль и США остались полноправными хозяевами на островах, каковыми остаются и по сей день. Самим японцам потом стали промывать мозги и продолжают сейчас, что бомба для них была благом, а в случае десанта счёт убитым шёл бы на миллионы. Пропаганда работает, тем более что предыдущие бомбёжки были не менее разрушительными. В одном Токио 10 марта 1945 года погибло 100 тысяч человек.
Для СССР в целом результаты войны были вполне достойными. Вернулись в родную гавань Южный Сахалин и Курилы. В Северной Корее был установлен дружественный режим во главе с Ким Ир Сеном. (Получилось бы с Хоккайдо - могли и там иметь Японскую Народно-Демократическую республику). Наконец, многочисленные преференции в Китае: управление Чанчуньской железной дорогой, право на 30 лет иметь военно-морскую базу в Люйшуне (Порт-Артуре) и использовать порт города Далянь (Дальний). Последние два пункта были особенно важны для Сталина, ведь он рассматривал данную войну как реванш за проигрыш в Русско-Японской при Николае Втором.
... Но всё равно жаль, что не было у нас атомной бомбы в 1945-ом.
Андрей Дмитриев
Источник - wargonzo