Польше не следует забывать, кому она обязана своими нынешними границами
Одной из излюбленнейших тем польских политиков, политологов и журналистов является «советский экспансионизм». Если их послушать, так СССР во главе со Сталиным только спал и видел, как присоединить к себе побольше земель. А поскольку, по мнению поляков, это несправедливо, то они уже предъявляют России, как правопреемнице Советского Союза, территориальные претензии, требуя «поделиться».
Так, они нацелились (к слову, наряду с Литвой и Германией) на Калининградскую область. «…Поляки уже проводили военные учения вблизи российского региона. Учитывая то, какие ресурсы они вкладывают в развитие своей армии, хочется задать вопрос: для чего? На их националистических ресурсах можно легко найти карты Польши с включённой Калининградской областью. Да и дорожные указатели они как-то демонстративно меняли с Калининграда на Крулевец», – отмечает директор Института исследования проблем современной политики Антон Орлов.
Часть Восточной Пруссии по решению Потсдамской конференции, действительно, отошла к СССР, но другая часть стала как раз польской территорией, о чем в Варшаве предпочитают не вспоминать. А еще полякам отошли все немецкие земли, находящиеся к востоку от Одера и Нейсе – Восточная Померания, Силезия, Восточный Бранденбург, а также бывший «вольный город» Данциг. Но ведь все это и есть результаты пресловутого «советского экспансионизма», а если говорить корректно – настойчивости и последовательности СССР на переговорах с союзниками по антигитлеровской коалиции.
Уже на Тегеранской конференции в ноябре–декабре 1943 г. И.В. Сталин, заявив о желании СССР иметь сильного и дружественного соседа в лице Польши, настоял на внесении в секретный протокол решения о перенесении на запад польско-германской границы и признании в качестве советско-польской границы «линии Керзона». Под «линией Керзона» понималась линия, рекомендованная по предложению министра иностранных дел Великобритании Дж. Керзона в декабре 1919 г. Верховным советом Антанты в качестве восточной границы Польши и проходившая через Гродно, Яловку, Немиров, Брест, Дорогуск, Устилуг, восточнее Гребешува, Крылов, западнее Равы-Русской, восточнее Перемышля до Карпат.
Согласованная формула гласила: «...очаг Польского государства должен быть расположен между так называемой линией Керзона и линией реки Одер...» К Польше отходили также Оппельнская провинция и территория Восточной Пруссии, за исключением областей Кенигсберга и Мемеля, которые решено было передать Советскому Союзу.
Когда в июле 1944 г. в ходе операции «Багратион» советские войска вступили на территорию Польши, между Советским Союзом и новой польской администрацией в лице Польского комитета национального освобождения (ПКНО) был подписан протокол о польских границах. Предусматривалось передать Польше южную часть Восточной Пруссии и город Данциг с прилегающей областью, поддержать идею перенесения польской границы на линию Одер – Нейсе с включением Штеттина в состав Польши. В качестве акта доброй воли Польше передавалась также западная часть Белостокской области Белоруссии.
Во время визита в Москву в октябре 1944 г. премьер-министра Великобритании У. Черчилля последний не без увещеваний со стороны Сталина высказался в пользу предоставления Польше районов «на Севере и на Западе, в Восточной Пруссии и Силезии, включая морское побережье, отличный порт в Данциге и ценное сырье в Силезии».
Советский Союз продолжал отстаивать указанную линию на создание сильной, независимой, территориально не обделенной Польши на Крымской (Ялтинской) конференции в феврале 1945 г. Характерно, что в Ялте наиболее длительная дискуссия развернулась именно вокруг польского вопроса. Здесь было согласовано начертание восточной границы Польши, которая, по решению конференции, должна была идти «вдоль линии Керзона с отступлением от нее в некоторых районах от пяти до восьми километров в пользу Польши». Что касается западной границы, то советская делегация выступила за максимальные территориальные приращения к Польше за счет Третьего рейха. В советский проект решения было внесено следующее предложение: «Считать, что западная граница Польши должна идти от города Штеттин (для поляков), далее на юг по р. Одер, а дальше по реке Нейсе (Западной)».
Предложения СССР были холодно встречены как Ф. Рузвельтом, так и У. Черчиллем: американцы выступали за предоставление Польше лишь незначительных приращений на западе, англичане были против того, чтобы польская граница прошла по Западной Нейсе. В конце концов, был принят компромиссный вариант: главы трех правительств согласились с тем, что Польша должна получить существенные приращения территории на западе, но окончательное определение ее западной границы решили отложить до мирной конференции.
На следующей (и последней) конференции лидеров стран антигитлеровской коалиции, проходившей в июле–августе 1945 г. в Потсдаме, делегаты от США и Великобритании попытались уклониться от подтверждения ранее согласованного решения. Упорство западных лидеров подпитывал только что полученный Трумэном подробный отчет об успешном испытании атомной бомбы. Американский президент заявил, что не может дать согласия на предлагаемую западную польскую границу, «так как для этого будет другое место, а именно – мирная конференция».
Вопрос явно повисал в воздухе, ибо атмосфера в Потсдаме начинала пропитываться будущей конфронтацией, и ссылка на некую специальную конференцию по пограничным проблемам была обычной дипломатической отговоркой (что подтвердило уже ближайшее будущее).
Но советская сторона сумела настоять на своем. Сталин воспользовался заинтересованностью Трумэна в скорейшем вступлении СССР в войну против Японии, и это заставило американского президента отказаться от углубления конфронтации по польскому вопросу. После длительных дебатов американская и английская делегации вынуждены были согласиться на установление западной границы Польши в соответствии с предложением советской стороны, то есть по линии рек Одер и Западная Нейсе.
Но что-то за Варшавой не числится желания расстаться с этим результатом «советского экспансионизма». А любую попытку напомнить им об этом встречают крайне болезненно. Когда пару лет назад Владимир Путин заявил, что западные территории нынешней Польши являются «подарком» советского лидера, российский посол был вызван в польский МИД.
Как говорится, правда глаза колет…