Опубликована переписка Сталина и Рузвельта о сепаратных переговорах

Фрагменты секретной переписки между Верховным Главнокомандующим СССР Иосифом Сталиным и президентом США Франклином Рузвельтом о сепаратных переговорах союзников с Германией были опубликованы на сайте Президентской библиотеки.

<strong>Вскоре после завершения Ялтинской конференции, определившей диспозицию сил в мире после Второй мировой войны, Верховный Главнокомандующий СССР Иосиф Сталин получил информацию о переговорах между нацистской Германией, США и Великобританией о капитуляции войск, расположенных в Италии. Фрагменты секретной переписки, завершившейся 80 лет назад вместе со смертью президента США Франклина Рузвельта 12 апреля 1945 года, были <a href="https://www.prlib.ru/item/2033262">опубликованы</a> на сайте Президентской библиотеки.</strong>

В секретном сообщении для Сталина от Рузвельта от 25 марта 1945 года американский лидер упоминает о требовании советской стороны прекратить проверку сообщения о возможности капитуляции немецких солдат, находящихся в Италии из-за неучастия в этом процессе советских представителей.

«Я уверен, что в результате недоразумения, факты, относящиеся к этому делу, не были изложены Вам правильно», — пишет Рузвельт.

В ответном письме от 29 марта Сталин выразил уверенность в том, что правительство СССР не могло иначе отреагировать на отказ в участии своих представителей на переговорах, открывающих фронт для англо-американских войск в северной Италии. <blockquote>«Я не только не против, а, наоборот, целиком стою за то, чтобы использовать случаи развала в немецких армиях и ускорить их капитуляцию на том или ином участке фронта, поощрить их в деле открытия фронта союзным войскам. Но я согласен на переговоры с врагом по такому делу только в том случае, если будет исключена для немцев возможность маневрировать и использовать эти переговоры для переброски своих войск на другие участки фронта и, прежде всего, на советский фронт», — написал он.</blockquote> В начале апреля Рузвельт передал через посла Гарримана письмо, в котором заявил, что вокруг переговоров в Берне сложилась «атмосфера достойных сожаления опасений и недоверия», а стороны еще не приступали непосредственно к переговорам о капитуляции германских войн. Президент США также заверил Сталина, что в случае начала этого процесса к нему будут привлечены представители СССР.

Советский лидер, в свою очередь, согласился с Рузвельтом в оценке атмосферы вокруг этой ситуации, однако предположил, что тот не был полностью информирован о состоянии переговоров.

«Что касается моих военных коллег, то они, на основании имеющихся у них данных, не сомневаются в том, что переговоры были и они закончились соглашением с немцами, в силу которого немецкий командующий на Западном фронте маршал Кессельринг согласился открыть фронт и пропустить на восток англо-американские войска, а англо-американцы обещались за это облегчить для немцев условия перемирия», — говорится в тексте шифрованной телеграммы.

Сталин выразил уверенность в том, что эти данные были близки к истине, так как «в противном случае был бы непонятен тот факт, что англо-американцы отказались допустить в Берн представителей Советского командования». <blockquote>«Мне непонятно также молчание англичан, которые предоставили Вам вести переписку со мной по этому неприятному вопросу, а сами продолжают молчать, хотя известно, что инициатива во всей этой истории с переговорами в Берне принадлежит англичанам», — добавил он.</blockquote> По его словам, подобные сепаратные переговоры могли бы дать англо-американским войскам возможность для продвижения вглубь Германии «почти безо всякого сопротивления со стороны немцев».

«И вот получается, что в данную минуту немцы на Западном фронте на деле прекратили войну против Англии и Америки. Немцы продолжают войну с Россией, с союзницей Англии и США», — добавляет он.

Сталин также отметил, что сам «ни в коем случае не пошел бы на такой шаг», поскольку «минутная выгода, какая бы она ни была, бледнеет перед принципиальной выгодой по сохранению и укреплению доверия между союзниками».

Позднее, в письме от 7 апреля, советский главнокомандующий написал, что «никогда не сомневался» в частности и надежности Рузвельта и премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля, а суть его послания заключалась в «разнице во взглядах на то, что может позволить себе союзник в отношении другого союзника». <blockquote>«Мы, русские, думаем, что в нынешней обстановке на фронтах, когда враг стоит перед неизбежностью капитуляции, при любой встрече с немцами по вопросам капитуляции представителей одного из союзников, должно быть обеспечено участие в этой встрече представителей другого союзника», — поясняет Сталин.</blockquote> Говоря о надежности своих информаторов, он приводит в пример ситуацию вокруг немецкого контрудара на Восточном фронте в марте. По словам советского лидера, в феврале он получил сообщение от американского генерала Маршалла о подготовке двух ударов — на Торн и Лодзь, в то время как основное наступление пришлось на «совершенно другой район» юго-западнее Будапешта.

«Маршалу Толбухину удалось избегнуть катастрофы и потом разбить немцев на голову, между прочим, потому, что мои информаторы раскрыли, правда, с некоторым опозданием, этот план главного удара немцев и немедленно предупредили о нем маршала Толбухина. Таким образом я имел случай еще раз убедиться в аккуратности и осведомленности советских информаторов», — отмечает Сталин.

По словам научного руководителя архива Российского государственного архива социально-политической истории Андрея Сорокина, Черчилль позднее признавал, что хоть союзники и были «чисты» перед СССР, у советского лидера были основания подозревать их в заговоре ввиду легкого продвижения войск на Западном фронте на фоне тяжелых боев за Восточный фронт. <blockquote>«Черчиллю, в отличие от Рузвельта, Сталин, завершая трехнедельные дебаты, напишет коротко: принесет извинения за резкость тона, скажет, что в его намерения не входило никого оскорбить, но при этом напомнит, премьер-министру, что они на троих ведут строго секретную переписку, что позволяет, как скажет Сталин, "мне рассчитывать на возможность ясных, отчетливых объяснений без излишних экивоков вежливости в обсуждении самых острых вопросов"», — <a href="https://rg.ru/2025/03/25/sgovor-za-spinoj-pobeditelej.html">приводит</a> его слова «Российская газета».</blockquote> Рузвельт, в свою очередь, направит Сталину последнее письмо о Бернском инциденте 12 апреля — за час до своей смерти:

"Благодарю Вас за Ваше искреннее пояснение советской точки зрения в отношении Бернского инцидента, который, как сейчас представляется, поблек и отошел в прошлое, не принеся какой-либо пользы. Во всяком случае не должно быть взаимного недоверия, и незначительные недоразумения такого характера не должны возникать в будущем. Я уверен, что, когда наши армии установят контакт в Германии и объединятся в полностью координированном наступлении, нацистские армии будут уничтожены".