Накануне очередной годовщины американской атомной бомбардировки Хиросимы 6 августа 1945 года западные СМИ пытаются использовать эту трагическую дату спланированного геноцида японцев для возбуждения международной общественности лживыми утверждениями о якобы готовности России применить ядерное оружие в ходе специальной военной операции на территории бывшей УССР. Так, ведущее информационное агентство Японии «Киодо цусин» в статье, посвященной борьбе против опасности ядерной войны, пишет об «острой необходимости глобального осознания и политических действий против ядерного оружия, ссылаясь на угрозу жизни президента России Владимира Путина применить такое оружие и призывы израильского министра нанести удар ядерной бомбой по сектору Газа…».
Хотя Президент РФ неоднократно разоблачал ложь о якобы существующих в Москве планах применить ядерное оружие в ходе СВО, в западных странах бессовестно муссируют этот чисто пропагандистский миф в том числе для попыток дискредитации российского руководства.
С другой стороны, совершается подлог в области исторического воспитания народов мира, когда фактически введено вето на упоминание США как виновника сознательного уничтожения атомными бомбами японских городов с сотнями тысяч мирных жителей. И вновь в дни траурных поминаний жертв американской атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки выступающие на церемониях, начиная с премьер-министра Японии, будут тщательно избегать не только обличения, но и названия страны-виновника трагедии, тем самым вводя в заблуждение японцев, особенно молодое поколение, которое путается при ответе на вопрос, какая же держава убила атомными бомбами сотни тысяч их соотечественников. Подчас называя ответственными за это злодеяние… СССР или Китай.
Кощунственным является и то, что накануне траурных дней поминовения сожжённых американцами в атомном пожаре невинных женщин, детей и стариков США провели на своей базе в Южной Корее учения, как сообщает северокорейское агентство ЦТАК, «с имитацией всеобщей ядерной войны "Iron Mace"». «Это показывает, что план ядерной войны США и Южной Кореи, которые, создав «консультативную группу по ядерным вопросам», регулярно корректируют и изучают проект нанесения ядерного удара по КНДР, вступил в практическую стадию реализации», – указывает агентство. И никто в странах коллективного Запада не осуждает США за зримую подготовку ядерной войны, не называет американского президента «злодеем и мясником». Как и не осуждают США за то, что Вашингтон никогда не признавал ответственности за преступное уничтожение Хиросимы и Нагасаки, не приносил японцам хотя бы формальных извинений, а высшие американские и английские политики и генералы сегодня открыто допускают применение своими странами ядерного арсенала.
В связи с тем, что и через почти 80 лет после трагедий Хиросимы и Нагасаки в мире все еще существуют неоднозначные оценки применения Соединёнными Штатами против населения японских городов атомных бомб, представляется важным вновь рассмотреть наиболее важные аспекты истории этого подпадающего под понятие военного преступления злодеяния.
Х Х Х
В мире до сих пор нет единого мнения по поводу того, было ли атомное испепеление жителей Хиросимы и Нагасаки актом геноцида японцев в отместку за позор Перл-Харбора или необходимой военной операцией во спасение сотен тысяч солдат, а то и миллионов с обеих сторон в битве на островах собственно Японии.
В США мало кто признает, что цель Вашингтона и лично президента США Гарри Трумэна была в демонстрации американского военного превосходства, способности, шантажируя применением атомных бомб, диктовать свою волю всему миру, в первую очередь Советскому Союзу. Не принимается во внимание и то, что атомной бомбардировкой американская администрация стремилась предотвратить согласованное в Ялте и Потсдаме вступление СССР в войну против Японии, дабы лишить его права голоса в определении послевоенного мироустройства в обширном Азиатско-Тихоокеанском регионе и в первую очередь в Китае.
«Я могу лично засвидетельствовать, - писал в 1950 году один из участников работ по созданию атомной бомбы, - что дата, близкая к 9 августа, была дана нам как таинственный крайний срок, когда мы, решавшие технические задачи создания бомбы, обязаны были закончить работу во что бы то ни стало, не считаясь ни с риском, ни с расходами, ни с логикой». В Вашингтоне имели точную информацию о том, что Москва объявит Японии войну именно в этот срок, как было согласованно в Ялтинском соглашении Ф. Рузвельта, И.В. Сталина и У. Черчилля, и стремились завершить войну до вступления в нее СССР.
Государственный секретарь США Джеймс Бирнс объяснил трем ведущим ученым-атомщикам: бомба нужна не столько для нанесения поражения Японии, сколько чтобы «сделать Россию более сговорчивой в Европе». Президент Трумэн говорил своим ближайшим помощникам: «Пусть она только взорвется, а я надеюсь на это, тогда у меня будет дубина для этих русских парней». После успешного испытания атомной бомбы в Аламагордо он немедленно поделился радостной вестью с британским премьером Черчиллем, который также пришел в восторг. Англичанин заклинал Трумэна: «Вы больше не имеете права колебаться. Только таким образом мы можем избавить человечество от войны. Мы можем добиться капитуляции Японии прежде, чем Россия вступит в войну на Дальнем Востоке». Поразительно, но об «избавлении человечества от войны» говорил политик, который в это время тайно разрабатывал со своими генералами военный план «Немыслимое» – план разгрома Советского Союза сразу после победы над гитлеровской Германией.
Для демонстрации неодолимой силы атомных бомб нужна была наглядная картина одномоментного уничтожения одной бомбой целого города с сотнями тысяч его обитателей. Именно поэтому Трумэн и его окружение отказались от предложения продемонстрировать мощь нового оружия на одном из необитаемых островов Тихого океана с приглашением японских журналистов, которые своими репортажами убедили бы Токио капитулировать.
В последнем томе своих военных мемуаров Черчилль писал: «…принципиальное согласие англичан использовать это (атомное) оружие было дано 4 июля (1945 года), до того как состоялось его испытание. Окончательное решение теперь должен был принять президент Трумэн, в руках которого находилось это оружие. Но я ни на минуту не сомневался, каким будет это решение, и с тех пор я никогда не сомневался, что он был прав… Между нами было единодушие, автоматическое, безусловное согласие, и я также никогда не слышал ни малейшего возражения, что нам следовало бы поступить иначе». Из этого признания следует, что ответственность за уничтожение жителей японских городов должны нести не только американцы, но и англичане.
Однако у западных союзников не было уверенности в том, что, применив атомные бомбы против Японии, удастся без помощи Советского Союза принудить Токио к немедленной капитуляции. Известны слова Трумэна о том, что «именно вступление СССР в войну окончательно убедит Японию в неизбежности ее полного разгрома». На Потсдамской конференции глав трех великих держав в июле 1945 года президент США прямо заявил советскому лидеру, что «США ожидают помощи от СССР». В ответ Сталин сказал, что «Советский Союз будет готов вступить в действие к середине августа и что он сдержит свое слово».
И опасения западных союзников о том, что японцы продолжат сопротивление и подготовку к решающему сражению на своей территории оправдались. Хотя в Японии и США об этом предпочитают не говорить, в действительности японское правительство и военное командование не собирались капитулировать после разрушения атомной бомбой Хиросимы. Японские руководители скрыли от народа факт применения американцами обладающего огромной разрушающей силой атомного оружия и продолжали готовить население к войне «до победного конца», даже ценой жизни миллионов японцев. В народ был брошен лозунг "Итиоку гёкусай! " – «Сто миллионов погибнут славной смертью героев!»
Создатель отрядов смертников-камикадзе, заместитель начальника Главного морского штаба вице-адмирал Такидзиро Ониси, категорически выступая против капитуляции, заявлял на заседании правительства и императорской ставки: «Пожертвовав жизнями 20 миллионов японцев в специальных атаках, мы добьемся безусловной победы». Расчет был на то, что, нанеся американцам в ходе сражения за метрополию неприемлемый ущерб убитыми и ранеными, Токио вынудит командование США, отказавшись от требования капитуляции, согласиться на переговоры о перемирии.
Для японцев важным условием осуществления такого плана являлось недопущение вступления в войну Советского Союза, ибо существовала надежда на использование в сражении за метрополию сохранившей свою боеспособность Квантунской армии (группы армий), расположенной в оккупированном японцами Северо-Восточном Китае. Рассматривался и вариант в случае высадки американских войск на Японские острова переправить императора и его семью в марионеточное государство Маньчжоу-Го и продолжать войну на китайской территории. При этом считалось, что американцы не будут подвергать атомной бомбардировке территорию союзного Китая.
Существовал и вариант на время сражения разместить императорскую семью, Генеральный штаб армии, службы связи в выдолбленном в скальной породе трудом подневольных корейцев огромном убежище в окрестностях города Мацусиро в префектуре Нагано (Центральная Япония).
Не понимая сложности создания атомного оружия, высшие чины армии и флота требовали от ученых незамедлительного изготовления «оружия возмездия» – японской атомной бомбы. Работы над её созданием были зашифрованы как «проект Ни», по чтению первого иероглифа фамилии руководителя проекта, ученика Нильса Бора профессора Ёсио Нисина.
Предусматривалось и массовое применение в ответ на атомные удары накопленного в огромных количествах в Квантунской армии запрещенного бактериологического и химического оружия. По признанию служащих японского центра по разработке бактериологического оружия «отряда № 731», в конце войны готовых к употреблению болезнетворных бактерий хранилось столько, что, «если бы они при идеальных условиях были рассеяны по земному шару, этого хватило бы для уничтожения всего человечества».
Подобные расчёты были перечеркнуты блицкригом советских войск в Маньчжурии. Официально объявив 8 августа 1945 года войну Японии, Советский Союз приступил к проведению широких наступательных операций в Северо-Восточном Китае, Корее, а затем на Сахалине и Курильских островах. Это лишило японское военно-политическое руководство шансов упорным сопротивлением избежать безоговорочной капитуляции. 9 августа на экстренном заседании Высшего совета по руководству войной премьер-министр Японии Кантаро Судзуки заявил: «Вступление сегодня утром в войну Советского Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным продолжение войны».
(Окончание следует)