«Чёрную кошку» вражды между японцами и русскими вбросили американцы
Посол-провокатор обещает бывшим японским жителям Курил помочь «вернуться домой»
Посол США в Токио Рам Эммануэль уже не первый раз вмешивается в японо-российские отношения, своими заявлениями о «поддержке» Вашингтоном незаконных территориальных притязаний на российские земли подзуживая Токио на продолжение и активизацию реваншистских устремлений к пересмотру итогов Второй мировой войны. По случаю антироссийского «дня северных территорий» с требованиями «вернуть» Курилы Японии 7 февраля он специально совершил поездку на северный остров Хоккайдо, где приободрил бывших жителей Курильских островов на дальнейшую борьбу с русскими. «Мы должны помнить, что есть люди, которые не могут вернуться к себе домой. Я им передал, что США вместе с ними и будут их поддерживать», – приводит его слова информационное агентство «Киодо цусин».
Тем самым американец в очередной раз солидаризировался с придуманной в Токио антисоветской, ныне антироссийской интерпретацией истории о том, что-де Иосиф Сталин, мстя за унизительный проигрыш России в Японо-русской войне, воспользовался поражением Японии во Второй мировой войне и «незаконно захватил» якобы «исконные японские территории». А современная Россия-де упорно удерживает Курильские острова, считая их законно принадлежащими ей как по историческим основаниям, так и по международному оформлению прав на их владение. При этом Эммануэль кощунственно спекулирует на чувствах престарелых японцев, используя их ностальгию по родным местам, которых они лишились по вине японских милитаристов и нацистов, развязавших кровопролитную мировую войну.
После встречи с мэром хоккайдского города Саппоро Кацухиро Акимото посол-провокатор просил передать бывшим жителям Курил, что в США «верят в то, что они смогут вернуться на северные территории». Интересно, как бы отреагировали в Государственном департаменте США на заявление российского посла о том, что «русские верят, что вернутся на Аляску и в Калифорнию»? Думается, в МИД РФ заметили провокационную деятельность Эммануэля и дадут ей соответствующую оценку.
Мы же в очередной раз напомним читателю, что так называемую «проблему северных территорий» умышленно создали не столько японцы, сколько американцы, стремившиеся внесением психологически чувствительного раздора не допустить японо-советского добрососедства и взаимовыгодного экономического сотрудничества.
В первые послевоенные годы администрация США еще придерживалась Ялтинских соглашений лидеров «трех великих держав» о возвращении Советскому Союзу по итогам войны ранее принадлежавших России территорий Южного Сахалина и Курильских островов. Президент США Франклин Рузвельт считал справедливым такое решение. Известно его высказывание о том, что «русские хотят вернуть то, что у них было отторгнуто». Соглашался с восполнением СССР территориальных потерь России и премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль.
А потому возглавлявший оккупационную администрацию в Японии генерал армии Дуглас Макартур 29 января 1946 г. по согласованию с правительством США издал меморандум о выводе из состава Японии ряда территорий. В том числе из государственной и административной юрисдикции японского правительства исключались: «Курильские (Тисима) острова, группа островов Хабомаи (Хапомадзё), включая острова Сусио, Юри, Акиюри, Сибоцу и Тараку, а также о-в Сикотан (Шикотан)». Так как это соответствовало положениям Потсдамской декларации, на основе которой Япония капитулировала, японское правительство приняло изъятие указанных островов из территории своей страны как должное. После чего 2 февраля 1946 г. был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР об объявлении собственностью СССР южной части острова Сахалин и всех Курильских островов и образовании Южно-Сахалинской области Хабаровского края РСФСР, в которую входили и все Курильские острова.
Однако по мере нагнетания в США и Великобритании конфронтации с Советским Союзом, а затем и объявления нашей стране холодной войны Вашингтон и Лондон стали отходить от решений Рузвельта и Черчилля о правах СССР на Южный Сахалин и Курильские острова. Японцам было дано понять, что вопрос о переходе указанных территорий к СССР окончательно не решен, и Токио может выдвинуть претензии для начала на часть утраченных островов.
Впервые на официальном уровне японское правительство попыталось оспорить территориальные итоги Второй мировой войны при подписании в сентябре 1951 г. Сан-Францисского мирного договора. В значительной мере его подтолкнула к этому администрация США.
Отклонив предложенные советским правительством поправки о признании Японией полного суверенитета СССР и КНР над перешедшими к ним в соответствии с договоренностями членов антигитлеровской коалиции территориями, тем не менее вовсе не учитывать ялтинские и потсдамские соглашения американские и британские составители договора не могли. В текст договора было включено положение о том, что «Япония отказывается от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и на ту часть острова Сахалин и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 года». При этом США отнюдь не стремились «безусловно удовлетворить претензии Советского Союза», как об этом говорилось в Ялтинском соглашении.
Выступая на Сан-Францисской конференции, глава советской делегации Андрей Громыко заявил, что «при решении территориальных вопросов в связи с подготовкой мирного договора не должно быть никаких неясностей». США же, заинтересованные в недопущении окончательного и всеобъемлющего урегулирования советско-японских отношений, добивались именно таких «неясностей». Поэтому Вашингтон и взял курс на то, чтобы, включив в текст договора отказ Японии от Южного Сахалина и Курильских островов, не допустить признания Японией суверенитета СССР над ними. Усилиями США создавалась абсурдная ситуация, когда Япония отказывалась от указанных территорий как бы вообще, без чёткого определения, в чью пользу совершается отказ.
Занятая США и их союзниками позиция не позволила советскому правительству подписать Сан-Францисский мирный договор. Москве было также известно, что в день подписания сепаратного мирного договора 8 сентября 1951 г. в клубе сержантского состава американской армии был заключен японо-американский «договор безопасности», обеспечивший военно-политический контроль США над Японией. Согласно статье I этого договора, японское правительство предоставляло Соединённым Штатам «право размещать наземные, воздушные и морские силы в Японии и вблизи неё». Созданный японо-американский военный союз открыто был направлен против Советского Союза и Китайской Народной Республики.
Ради закрепления Японии на проамериканских и антисоветских позициях Вашингтон был готов предать забвению основополагающие документы военного и послевоенного периодов. Это нашло подтверждение при ратификации Сан-Францисского договора. 20 марта 1952 г. Сенат США заявил: «Предусматривается, что условия договора не будут означать признания за Россией каких бы то ни было прав или претензий на территории, принадлежавшие Японии на 7 декабря 1941 года, которые наносили бы ущерб правам и правооснованиям Японии на эти территории, равно как не будут признаваться какие бы то ни были положения в пользу России в отношении Японии, содержащиеся в Ялтинском соглашении». То есть американские сенаторы перечеркнули соглашение глав великих держав о переходе Южного Сахалина и Курильских островов к Советскому Союзу. За этим стояла попытка, «вернув» данные территории Японии, использовать их для нужд военной машины США в Корейской войне и других авантюрах на Дальнем Востоке.
Жестко контролируя японское правительство, американцы не позволили ему подписать в середине 50-х годов практически уже согласованный японо-советский мирный договор на основе выгодного Токио «компромисса Хрущева», предусматривающего возможность передачи Японии Малой Курильской гряды – острова Шикотан и группы островов Плоские, Хабомаи по-японски.
То, что было выгодно японцам, не устраивало американцев. США открыто воспротивились заключению между Японией и СССР мирного договора на предложенных советской стороной условиях. Оказывая сильное давление на кабинет Итиро Хатоямы, американское правительство не останавливалось перед прямыми угрозами. Госсекретарь США Джон Даллес в октябре 1955 г. в ноте правительству Японии предупреждал, что расширение экономических связей и нормализация отношений с СССР «может стать препятствием для осуществления программы помощи Японии, разрабатываемой правительством США». При этом он «строго-настрого наказал послу США в Японии Аллисону и его помощникам не допустить успешного завершения японо-советских переговоров».
Американцы выступили против заключения японо-советского мирного договора на основе предложенного Хрущевым «компромисса». Госдепартамент требовал от Токио добиваться удовлетворения японских территориальных претензий в полном объеме, то есть упорно требовать «возвращения» и наиболее крупных и освоенных островов Большой Курильской гряды – Кунашира и Итурупа, с чем Москва согласиться не могла.
Так как эскалация напряженности на переговорах могла привести к отказу советского правительства от ранее данного обещания по поводу Шикотана и Хабомаи, глава японской делегации на переговорах в Москве министр иностранных дел Японии Мамору Сигэмицу стал склоняться к прекращению бесплодной дискуссии и подписанию мирного договора на предложенных Хрущевым условиях. 12 августа 1956 г. он сообщил в Токио: «Переговоры уже пришли к концу. Дискуссии исчерпаны. Все, что можно было сделать, - сделано. Необходимо определить нашу линию поведения. Дальнейшая оттяжка способна лишь больно ударить по нашему престижу и поставить нас в неудобное положение. Не исключено, что вопрос о передаче нам Хабомаи и Шикотана будет поставлен под сомнение».
И вновь грубо вмешались американцы. В конце августа, не скрывая своего намерения сорвать советско-японские переговоры, госсекретарь США Джон Даллес пригрозил японскому правительству, что в случае, если по мирному договору с СССР Япония согласится признать советскими Кунашир и Итуруп, США навечно сохранят за собой оккупированные остров Окинаву и весь архипелаг Рюкю. Для того чтобы поощрить японское правительство продолжать выдвижение неприемлемых для Советского Союза требований, США пошли на прямое нарушение Ялтинского соглашения. 7 сентября 1956 г. Госдепартамент направил правительству Японии меморандум, в котором заявил, что США не признают никакого решения, подтверждающего суверенитет СССР над территориями, от которых Япония отказалась по мирному договору. Играя на националистических чувствах японцев и пытаясь представить себя чуть ли не защитниками государственных интересов Японии, чиновники Госдепартамента США изобрели следующую формулировку: «Правительство США пришло к заключению, что острова Итуруп и Кунашир (наряду с островами Хабомаи и Шикотан, которые являются частью Хоккайдо), всегда были частью Японии и должны по справедливости рассматриваться как принадлежащие Японии». Далее в ноте говорилось: «США рассматривали Ялтинское соглашение просто как декларацию об общих целях стран-участниц Ялтинского совещания, а не как имеющее законную силу окончательное решение этих держав по территориальным вопросам». Смысл этой «новой» позиции США состоял и в том, что Сан-Францисский договор якобы оставил открытым территориальный вопрос, «не определив принадлежность территорий, от которых Япония отказалась». Тем самым под сомнение ставились права СССР не только на южные Курилы, но и на Южный Сахалин и все Курильские острова. Это было прямое нарушение Ялтинского соглашения. Столь беспринципное поведение Госдепартамента США было продиктовано стремлением во что бы то ни стало не допустить нормализации и последующего развития японо-советских отношений, сохранить Японию в качестве «бастиона антикоммунизма на Дальнем Востоке».
Жесткое давление со стороны США и их ставленников в Японии не позволило добиться поставленной цели – заключить полномасштабный советско-японский мирный договор. К удовлетворению Госдепартамента США правительство Японии ради прекращения состояния войны и восстановления дипломатических отношений согласилось подписать 19 октября 1956 г. не договор, а Советско-японскую совместную декларацию. Это решение было для обеих сторон вынужденным, ибо японские политики, оглядываясь на США, до последнего настаивали на передаче Японии, кроме Хабомаи и Шикотана, еще и Кунашира и Итурупа, а советское правительство решительно отвергало эти притязания.
Впоследствии США заставили японское правительство отказаться от достигнутого в Совместной декларации «хрущевского компромисса» и организовать в стране шумную кампанию борьбы за «возвращение северных территорий», в которые в расширительном смысле включаются все Курильские острова до Камчатки и южная половина русского острова Сахалин. Заключение же в 1960 г. обновленного японо-американского военного союза, именуемого «договором безопасности», заставило Москву уведомить Токио о том, что обещание передать Японии острова Шикотан и Хабомаи после заключения мирного договора не может быть реализовано до тех пор, пока иностранные войска полностью не покинут территорию Японских островов.
Для японцев это было новым трудновыполнимым условием, но американцы были удовлетворены. Их политика увенчалась успехом – территориальные противоречия между Японией и СССР становились серьезным «камнем преткновения» на пути подлинного добрососедства и сотрудничества двух государств. Это во многом облегчало США дальнейшее превращение Страны восходящего солнца в свой «непотопляемый авианосец», нацеленный на главных противников – Россию и Китай.
Это признает профессор Калифорнийского университета этнический японец Цуёси Хасэгава, который отмечал: «Изменения, которые наступили в годы холодной войны, произошли не в советско-японских отношениях, они произошли в отношениях США и СССР, когда союзники в годы войны стали врагами, а США и Япония, которые были врагами во время войны, стали союзниками… Цель США состояла в том, чтобы вовлечь Японию в свою глобальную стратегию… США стремились избежать антиамериканизма и национализма… Проблема северных территорий позволила встроить Японию в глобальную стратегию США и, отводя японский национализм от себя, направить его против Советского Союза… Фактически после восстановления дипломатических отношений с Москвой можно сказать, что у Токио не было внешней политики на советском направлении – только «политика северных территорий»… Проблема северных территорий выполняла роль клапана для стравливания пара в международных отношениях на Дальнем Востоке. С этой точки зрения было важно, чтобы территориальный спор оставался нерешённым. Отсюда жесткая позиция Японии с требованиями немедленного возвращения всех островов и отказ обсуждать предложения о передаче части территорий.
Политический курс на нагнетание недружественных настроений в отношении СССР путем эксплуатации искусственно созданной «проблемы северных территорий» во многом определил последующие политические отношения двух государств. В наши дни этот курс перенесен на отношения Японии с современной Россией. Ну а послу Эммануэлю и госдеповцам остается только периодически провокационно подливать масла в незатухающий огонь вражды двух географически близких стран и народов…
Анатолий Кошкин