Как собирают лаванду на горных плантациях Крыма
0
3567
На высоте полтысячи метров над уровнем моря в Крыму растёт необычная для России сельскохозяйственная культура — горная лаванда. Из-за сложного рельефа здесь не может работать техника, поэтому работники Алуштинского эфиромасличного совхоза-завода собирают урожай ручными сельскохозяйственными орудиями. ForPost присоединился к труженикам.
Утомлённые солнцем
Благоухающая плантация площадью около четырёх гектаров расположена на юго-восточном склоне горы Чатыр-Даг. Густой лиственный лес обрамляет залитые палящим июльским солнцем ряды лаванды. Где-то поблизости находится место легендарного Шумского сражения 1774 года, в котором полководец Михаил Кутузов лишился глаза, — отсюда вся долина Алушты от Демерджи до Кастеля как на ладони.
Впрочем, сборщикам душистого урожая нет времени ни на историю, ни на природу. Солнце уже высоко, а до края плантации ещё несколько десятков метров.
«Мы начинаем около восьми утра. Кто своим ходом приезжает, кого на автобусе привозят. Чем раньше начать, тем больше по прохладе поработаешь», — объясняет работник по имени Адель.
Мужчина серпом нарезал уже четыре брезентовых тюка, весом около 20 кг каждый. По словам собеседника ForPost, за один собранный килограмм он выручит 18 рублей.
Ароматный нектар.
Пока Адель трудится в одиночку, по соседству с ним действует целый семейный подряд. Наталья Гордиенко приехала на плантацию с сыном Александром и дочерью Людмилой Некрасовой. Два года назад они переехали в Крым из Краснодарского края и обосновались в Ялте. Краснодарцы в несезон берутся за разные варианты работы, а на лето устраиваются «на лаванду». Труд они между собой разделили следующим образом: Александр срезает стебли кусторезом, Наталья вилами сгребает их в кучи, а Людмила собирает в брезентовый тюк.
«Работать несложно, только жара мешает, — признаётся девушка. — Кроме этого, кусты в этом году выросли низкие и не объёмные».
На короткие стебли жалуется ещё одна работница Оксана Естехина. Женщина работает в одиночку и по старинке — серпом.
«Собираю пучок в одну руку, сгибаю в сторону, от себя, и срезаю», — объясняет технику собеседница издания и предлагает попробовать.
Журналист меняет профессию: ForPost под руководством Оксаны Естехиной орудует серпом.
Следуя наставлениям Оксаны, пробую поработать серпом. Выгнутое острое лезвие немного пугает, но на удивление идёт гладко: срезанные стебли остаются в кулаке, а лавандовый куст становится похожим на ощетинившегося колючками большого ежа.
Сезон хороший
В этом году владелец плантации — Алуштинский эфиромасличный совхоз-завод — провёл так называемое омоложение кустов, заложенных более полувека назад на склонах гор. Поэтому не везде лаванда успела вырасти до удобной для среза высоты, ответила на жалобы сотрудников главный агроном предприятия Елизавета Епифанова.
«Сезон хороший, не уступает предыдущему. Погода была весной дождливой, благоприятной для роста и развития наших растений. Но из-за недостатка солнца в июне приступили к уборке немного позже. Однако урожайность и количество масла эквивалентны прошлому году. На некоторых площадях мы провели омоложение посадок, и в связи с этим кусты не слишком отросли. Сейчас мы находимся на плантации, заложенной в 1960-70-е годы. Такие старые посадки мы постепенно раскорчёвываем, закладывая параллельно новые», — уточнила собеседница ForPost.
Наталья Гордиенко вилами собирает срезанную сыном лаванду.
Несмотря на то, что сюда не заберётся комбайн, а значит сбор урожая обходится дороже, завод продолжает развивать территории: эти склоны идеально подходят для эфиромасличной культуры.
Благодаря юго-восточной экспозиции плантации и градусу уклона холма солнечные лучи здесь больше, чем на равнине, попадают на растения, объяснила агроном.
«Естественное тепло лучше способствует насыщению растений эфирными маслами. Кроме этого, лаванда не любит влажной почвы, а на таком крутом склоне влага просто не задерживается. Местная каменистая почва способствует лучшей аэрации корневой системы», — добавила Епифанова.
Между тем уборка подходит к концу. Рабочие стаскивают последние тюки к грузовику, который припаркован у подножья холма. Прежде чем закинуть лаванду в кузов, её взвешивают. После этого собранную партию отправляют на завод в селе Розовое (Большая Алушта), где сразу пускают на переработку — ведь главное не растерять ценных ароматных свойств растений.
С плантации — во флаконы и баночки
Приехавшее с плантации сырьё сгружают прямо на землю, а потом вручную вилами закидывают на линию непрерывно действующего транспортёра, где дробилка измельчает собранные стебли и цветы до 2-3 см.
«Эфирное масло есть и в стеблях растений, но в меньше количестве, поэтому ничего страшного, если в производство попадают и они», — поясняет главный инженер-технолог Наталья Тихонова.
Тюки с собранной лавандой привезли на завод в Розовом.
Дальше по ленте транспортёра измельчённая лаванда поступает в паровой дистиллятор, который за час может переработать полторы тонны сырья. За это время растения, пройдя сложный путь по шнекам и различным ёмкостям, превращаются в гидролат и эфирное масло: на финальной стадии внутри аппарата под названием флорентина полученная масса масла отделяется от воды и поднимается наверх.
Паровой дистиллятор размещён прямо на улице.
«У нас получается 800 литров в час гидролата из полутора тонн сырья, — уточняет собеседница ForPost. — В этом году из-за дождливой погоды выход масла в собранной лаванде меньше, чем в прошлом году. Незначительно, но меньше».
Полученный гидролат затем разливают по упаковкам и фасуют в коробки.
В цеху розлива и фасовки.
Читайте по теме: Лаванда в снимках, блюдах, ароматах: какой он, Крымский Прованс?
Часть гидролата служит основой для бытовой косметики и химии, которую изготавливают в соседнем цеху. Для создания крема или скраба ароматную жидкость разогревают и добавляют к ней загуститель. Параллельно растапливают масло ши, кокоса или миндаля, которые завод сам не производит, а закупает у отечественных поставщиков, рассказывает инженер-технолог цеха производства мыла и пеномоющих средств Евгений Виноградов.
«Затем все компоненты нагреваем до 80 градусов и соединяем их гомогенизатором — простыми словами, это хороший миксер, работающий на трёх тысячах оборотов в минуту. После этого включаем охлаждение. Снизив температуру до 40 градусов, ещё раз хорошенько гомогенизируем, после чего остужаем до 30 градусов. На финальной стадии даём туда эфирное масло. Если это сделать при больших температурах, то масло начнёт испаряться и не даст нужного эффекта», — делится секретом собеседник ForPost.
По словам инженера, консерванты в продукции алуштинских парфюмеров есть, но в минимальном количестве. Их вводят в состав, чтобы увеличить срок хранения кремов и скрабов до года.
Евгений Виноградов наблюдает за процессом производства кремов и скрабов.
В цехе созревания мыла занимаются варкой и резкой.
«При изготовлении используем только натуральные растительные, а не животные жиры: масло ши, кокоса, миндаля, рапса и тмина. Масло сначала разогреваем, потом заливаем туда раствор щёлочи, немного остужаем и разливаем по формам. В таком виде будущее мыло находится трое суток, после чего мы его режем на куски и ставим вызревать на 28 дней. Срок годности такого мыла два года: если держать дольше, то товар потеряет аромат, — добавил молодой человек. — Если мыло изготовлено из ненатуральных компонентов, то в него добавляют отдушки, придающие сильный запах. У натурального продукта аромат лёгкий и слабый, но при использовании он усиливается».
Продукцию алуштинского завода можно встретить на полках магазинов Крыма, Москвы и Санкт-Петербурга.
Читайте по теме: Чего не хватает для процветания эфиромасличной отрасли Крыма
Всего в этом сезоне в Крыму планируют собрать более пятисот тонн лаванды с площади около 400 гектаров. По данным пресс-службы министерства сельского хозяйства республики, в этом душистом бизнесе работает десяток агропредприятий. Среди них: ООО «А/Ф «Тургеневская», КФХ «Полякова Н.К.», ООО «Фитосовхоз «Радуга», ООО «Лаванда», КФХ «Флореаль» и Алуштинский эфиромасличный совхоз-завод.
Эта «аборигенная» отрасль Крыма с каждым годом набирает обороты, в том числе благодаря поддержке государства.
«Например, в этом году на закладку эфироносов выделена сумма в 12,5 миллиона рублей. Подчеркну, что в связи с такой помощью площадь посадки многолетних [культур] в республике ежегодно увеличивается, также увеличивается объём собранного сырья. На закладку 1 гектара эфиромасличной розы выделяется около 450 тысяч рублей, лаванды — больше 300 тысяч рублей. Субсидированию подлежит и закладка маточников этих культур», — цитирует пресс-служба главу крымского Минсельхоза Андрея Савчука.
Растут эфиромасличные культуры в Бахчисарайском, Белогорском, Симферопольском и Черноморском районах, а также в Алуште. Сейчас под лаванду, розу и шалфей занято более 1,3 тысячи гектаров.
Пелагея Попова
Фото автора
Утомлённые солнцем
Благоухающая плантация площадью около четырёх гектаров расположена на юго-восточном склоне горы Чатыр-Даг. Густой лиственный лес обрамляет залитые палящим июльским солнцем ряды лаванды. Где-то поблизости находится место легендарного Шумского сражения 1774 года, в котором полководец Михаил Кутузов лишился глаза, — отсюда вся долина Алушты от Демерджи до Кастеля как на ладони.
Впрочем, сборщикам душистого урожая нет времени ни на историю, ни на природу. Солнце уже высоко, а до края плантации ещё несколько десятков метров.
«Мы начинаем около восьми утра. Кто своим ходом приезжает, кого на автобусе привозят. Чем раньше начать, тем больше по прохладе поработаешь», — объясняет работник по имени Адель.
Мужчина серпом нарезал уже четыре брезентовых тюка, весом около 20 кг каждый. По словам собеседника ForPost, за один собранный килограмм он выручит 18 рублей.
Ароматный нектар.
Пока Адель трудится в одиночку, по соседству с ним действует целый семейный подряд. Наталья Гордиенко приехала на плантацию с сыном Александром и дочерью Людмилой Некрасовой. Два года назад они переехали в Крым из Краснодарского края и обосновались в Ялте. Краснодарцы в несезон берутся за разные варианты работы, а на лето устраиваются «на лаванду». Труд они между собой разделили следующим образом: Александр срезает стебли кусторезом, Наталья вилами сгребает их в кучи, а Людмила собирает в брезентовый тюк.
«Работать несложно, только жара мешает, — признаётся девушка. — Кроме этого, кусты в этом году выросли низкие и не объёмные».
На короткие стебли жалуется ещё одна работница Оксана Естехина. Женщина работает в одиночку и по старинке — серпом.
«Собираю пучок в одну руку, сгибаю в сторону, от себя, и срезаю», — объясняет технику собеседница издания и предлагает попробовать.
Журналист меняет профессию: ForPost под руководством Оксаны Естехиной орудует серпом.
Следуя наставлениям Оксаны, пробую поработать серпом. Выгнутое острое лезвие немного пугает, но на удивление идёт гладко: срезанные стебли остаются в кулаке, а лавандовый куст становится похожим на ощетинившегося колючками большого ежа.
Сезон хороший
В этом году владелец плантации — Алуштинский эфиромасличный совхоз-завод — провёл так называемое омоложение кустов, заложенных более полувека назад на склонах гор. Поэтому не везде лаванда успела вырасти до удобной для среза высоты, ответила на жалобы сотрудников главный агроном предприятия Елизавета Епифанова.
«Сезон хороший, не уступает предыдущему. Погода была весной дождливой, благоприятной для роста и развития наших растений. Но из-за недостатка солнца в июне приступили к уборке немного позже. Однако урожайность и количество масла эквивалентны прошлому году. На некоторых площадях мы провели омоложение посадок, и в связи с этим кусты не слишком отросли. Сейчас мы находимся на плантации, заложенной в 1960-70-е годы. Такие старые посадки мы постепенно раскорчёвываем, закладывая параллельно новые», — уточнила собеседница ForPost.
Наталья Гордиенко вилами собирает срезанную сыном лаванду.
Несмотря на то, что сюда не заберётся комбайн, а значит сбор урожая обходится дороже, завод продолжает развивать территории: эти склоны идеально подходят для эфиромасличной культуры.
Благодаря юго-восточной экспозиции плантации и градусу уклона холма солнечные лучи здесь больше, чем на равнине, попадают на растения, объяснила агроном.
«Естественное тепло лучше способствует насыщению растений эфирными маслами. Кроме этого, лаванда не любит влажной почвы, а на таком крутом склоне влага просто не задерживается. Местная каменистая почва способствует лучшей аэрации корневой системы», — добавила Епифанова.
Между тем уборка подходит к концу. Рабочие стаскивают последние тюки к грузовику, который припаркован у подножья холма. Прежде чем закинуть лаванду в кузов, её взвешивают. После этого собранную партию отправляют на завод в селе Розовое (Большая Алушта), где сразу пускают на переработку — ведь главное не растерять ценных ароматных свойств растений.
С плантации — во флаконы и баночки
Приехавшее с плантации сырьё сгружают прямо на землю, а потом вручную вилами закидывают на линию непрерывно действующего транспортёра, где дробилка измельчает собранные стебли и цветы до 2-3 см.
«Эфирное масло есть и в стеблях растений, но в меньше количестве, поэтому ничего страшного, если в производство попадают и они», — поясняет главный инженер-технолог Наталья Тихонова.
Тюки с собранной лавандой привезли на завод в Розовом.
Дальше по ленте транспортёра измельчённая лаванда поступает в паровой дистиллятор, который за час может переработать полторы тонны сырья. За это время растения, пройдя сложный путь по шнекам и различным ёмкостям, превращаются в гидролат и эфирное масло: на финальной стадии внутри аппарата под названием флорентина полученная масса масла отделяется от воды и поднимается наверх.
Паровой дистиллятор размещён прямо на улице.
«У нас получается 800 литров в час гидролата из полутора тонн сырья, — уточняет собеседница ForPost. — В этом году из-за дождливой погоды выход масла в собранной лаванде меньше, чем в прошлом году. Незначительно, но меньше».
Полученный гидролат затем разливают по упаковкам и фасуют в коробки.
В цеху розлива и фасовки.
Читайте по теме: Лаванда в снимках, блюдах, ароматах: какой он, Крымский Прованс?
Часть гидролата служит основой для бытовой косметики и химии, которую изготавливают в соседнем цеху. Для создания крема или скраба ароматную жидкость разогревают и добавляют к ней загуститель. Параллельно растапливают масло ши, кокоса или миндаля, которые завод сам не производит, а закупает у отечественных поставщиков, рассказывает инженер-технолог цеха производства мыла и пеномоющих средств Евгений Виноградов.
«Затем все компоненты нагреваем до 80 градусов и соединяем их гомогенизатором — простыми словами, это хороший миксер, работающий на трёх тысячах оборотов в минуту. После этого включаем охлаждение. Снизив температуру до 40 градусов, ещё раз хорошенько гомогенизируем, после чего остужаем до 30 градусов. На финальной стадии даём туда эфирное масло. Если это сделать при больших температурах, то масло начнёт испаряться и не даст нужного эффекта», — делится секретом собеседник ForPost.
По словам инженера, консерванты в продукции алуштинских парфюмеров есть, но в минимальном количестве. Их вводят в состав, чтобы увеличить срок хранения кремов и скрабов до года.
Евгений Виноградов наблюдает за процессом производства кремов и скрабов.
В цехе созревания мыла занимаются варкой и резкой.
«При изготовлении используем только натуральные растительные, а не животные жиры: масло ши, кокоса, миндаля, рапса и тмина. Масло сначала разогреваем, потом заливаем туда раствор щёлочи, немного остужаем и разливаем по формам. В таком виде будущее мыло находится трое суток, после чего мы его режем на куски и ставим вызревать на 28 дней. Срок годности такого мыла два года: если держать дольше, то товар потеряет аромат, — добавил молодой человек. — Если мыло изготовлено из ненатуральных компонентов, то в него добавляют отдушки, придающие сильный запах. У натурального продукта аромат лёгкий и слабый, но при использовании он усиливается».
Продукцию алуштинского завода можно встретить на полках магазинов Крыма, Москвы и Санкт-Петербурга.
Читайте по теме: Чего не хватает для процветания эфиромасличной отрасли Крыма
Всего в этом сезоне в Крыму планируют собрать более пятисот тонн лаванды с площади около 400 гектаров. По данным пресс-службы министерства сельского хозяйства республики, в этом душистом бизнесе работает десяток агропредприятий. Среди них: ООО «А/Ф «Тургеневская», КФХ «Полякова Н.К.», ООО «Фитосовхоз «Радуга», ООО «Лаванда», КФХ «Флореаль» и Алуштинский эфиромасличный совхоз-завод.
Эта «аборигенная» отрасль Крыма с каждым годом набирает обороты, в том числе благодаря поддержке государства.
«Например, в этом году на закладку эфироносов выделена сумма в 12,5 миллиона рублей. Подчеркну, что в связи с такой помощью площадь посадки многолетних [культур] в республике ежегодно увеличивается, также увеличивается объём собранного сырья. На закладку 1 гектара эфиромасличной розы выделяется около 450 тысяч рублей, лаванды — больше 300 тысяч рублей. Субсидированию подлежит и закладка маточников этих культур», — цитирует пресс-служба главу крымского Минсельхоза Андрея Савчука.
Растут эфиромасличные культуры в Бахчисарайском, Белогорском, Симферопольском и Черноморском районах, а также в Алуште. Сейчас под лаванду, розу и шалфей занято более 1,3 тысячи гектаров.
Пелагея Попова
Фото автора