Адский Союз
Предлагаю прочесть рассказ Романа Ударцева. В яркой, гротескной форме автор создает карикатуру на антисоветские мифы, распространяемые либеральными пропагандистами всех мастей.
Небольшое предисловие, чтобы читатели не подумали, что я рехнулся. Эта работа гротескна и безумна, но я ее не придумал, тут я занимаюсь прямым и наглым плагиатом. Впрочем, тот кто начал этот вой, давно лежит в могиле и вряд ли предъявит мне иск с авторскими правами. Но вслед за Йозефом Геббельсом тысячи антисоветчиков рассказывали и рассказывают сейчас про демоническую страну, сосредоточение сил ада и край очень несимпатичных людей – СССР. Некоторые искренне верят в тот бред, который несут. Даже если прожили в Союзе половину жизни. И тут нет обмана, товарищи. Ни в коем случае! Просто мы жили в СССР, а они — в АДСКОМ СОЮЗЕ…
…Утро не наступало никогда. Просто небо из угольно-черного становилось кроваво-красным, как кровища и знамя ужаса. Мрачные тени в ватниках, с боевыми бронебойными балалайками уже приготовились конвоировать детей в детский ад. Разумеется, большинство посетителей этого кошмарного заведения были такие же сталинские упыри, разве что поменьше размером. Только один белокурый мальчик, непрерывно плачущий о судьбах мира, затесался в эту компанию.
Проходя мимо идола Ленина, он не упал на четвереньки, как остальные, за что его тут же расстреляли. Потом накормили отвратительной, диетической манной кашей и расстреляли еще раз. После чего объявили врагом народа и вместо кока-колы заставили пить омерзительный компот.
Молчаливое большинство, серые и безропотные, даже не шелохнулись. Никто не встал в одиночный пикет, не взялся за руки и не провел двухчасовую голодовку. Ужас сковал их. Они уже две недели стояли в очереди за талонами на талоны на мыло. Веревки оставались еще с царских времен.
Злые коммунисты переплавили все колокола на пионерские значки и ломы для НКВД и с их помощью устраивали массовые репрессии. А вот веревки глупые коммуняки просто срезали с богоугодных музыкальных инструментов. На них молчаливое большинство собиралось вешаться, аккурат между добровольной (под дулами автоматов) поездкой «на картошку» и отправкой в GULAG.
Вдоль очереди за единственной в городе буханкой хлеба шел комиссар Шариков и собирал ежечасные доносы на соседей. Если среди серого и унылого большинства попадался представитель тончайшей, можно сказать микроскопической, свободомыслящей прослойки, то он доносил с тяжелым сердцем. Остальные доносили радостно и подпрыгивая.Периодически по улице проезжала машина. Кузов был открыт, и там партком обжирался конфетами и колбасой. Особо наглые и гнусные партийные работники показывали тоскливым массам невероятные дефициты: туалетную бумагу, джинсы и кассетный магнитофон.
Редких туристов еще на границе опрыскивали галлюциногенным газом «Старичок». От чего тем казалось, что в АДСКОМ СОЮЗЕ есть что-то кроме лагерей, кривых заборов, колючей проволоки и кильки в томатном соусе. Именно их наркотические рассказы убеждали Святые Штаты Америки не начинать войну с Союзом, а вовсе не боязнь получить в ответ. В США коммунистов не боялись, знали, что советские бомбы не могут летать, а если могут, то не сумеют взорваться, а если… Год за годом самопровозглашенная совесть нации умоляла демократизировать Союз, как американцы ранее демократизировали Хиросиму и Нагасаки.Совести нации оставалось прозябать в социализме. За попытку продать однокласснику яблоко могли побить даже дети. А уж что творили за увиденную жвачку, и говорить страшно. Над окровавленными останками потом завывали родители с воплем «за что?!». Ответ был один – ни за что! Ни за что сажали колоритных бандеровцев и белокурых лесных братьев. За веру в бога и нательный крестик расстреливали власовцев. Нельзя было даже украсть вагон тушенки, чтобы заняться бизнесом. Нет! Ужас вился над адским царством. Интеллигенции, какая мерзость, приходилось работать. Да еще и на благо молчаливого большинства.
Как можно быть творческой личностью, если приходится ездить на трамвае с пролетариями? Откуда появиться фекальным перфомансам, если творца тут же запрут в дурдоме? А главное, как можно мыслить о благе России, если вокруг нет лакеев и холопов? Трудно. Невероятно трудно жилось тонкой мыслящей прослойке. Соберешься пошить костюм с отливом и махнуть в Ялту, а тебя тут же в Воркуту или на «родину нашего страха».
Меж тем, красное небо налилось тьмой, и ночь вступила в свои права. Только тогда, выключив свет на кухне, можно было шепотом рассказать анекдот. Смеяться тоже было нельзя. Но раньше, еще до изобретения КГБ и видеокамер, можно было тонко и умно улыбнуться. Сейчас и это у них отобрали.
Кое-кто запирался в шкафу и читал распечатки книг равноапостольного Солженицына в Самиздате. Стоило только перелистнуть десяток страниц «Архипелага ГУЛаг», как в квартиру врывались чекисты и волокли воющего интеллигента на лесоповал. Суда, разумеется, не было. Дела фабриковали. Показания выбивали. Но все это бессудно. И пытали, пытали, пытали… И пытки, и многотомные дела, и миражи судов, МГБ проводили только из жажды садизма, чтобы еще больше унизить интеллигентного «цеховика» или задумчивого фарцовщика.
Соседи в ужасе тряслись, забившись всей семьей в духовку газовой печки, боясь даже подумать что-нибудь антисоветское. Только шуршали карандаши по листкам с новыми доносами друг на друга. Ужас стал постоянным спутником всех несчастных, кто жил в АДСКОМ Союзе.
К счастью, я так никогда и не видел этого кошмарного царства мрака. Я родился в самом человечном и реально социальном государстве. Где мою мать, без мужа и с ребенком на руках, обеспечили всем, чтобы она не только могла жить, но и учиться, развиваться сама и растить меня. Я родился в СССР!
Роман Ударцев