«Послевоенный Сталин» как прозападный демократ
В 1946-47 годах Сталин принял решение постепенно изменять СССР в сторону демократического государства, дружественного Западу. Планировалось ввести в Союзе свободные выборы и референдумы. В 1948-м в связи с провалом надежд на план Маршалла, вспыхнувшей в США холодной войной и «охотой на красных», СССР расстался с идеями демократизации.
В первые послевоенные годы руководство Советского Союза и лично Сталин рассчитывали на продолжение экономического сотрудничества с западными союзниками по антигитлеровской коалиции.
Поскольку разорённая войной Европа была не в состоянии помочь экономическому возрождению СССР, и сама нуждалась в помощи, основную ставку советское руководство делало на развитие экономических отношений с США. Договорённости о послевоенном сотрудничестве между СССР и США были достигнуты ещё до окончания второй мировой войны. В частности во время Московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Великобритании (19-30 октября 1943 года) американская сторона заявила, что «народ Соединенных Штатов будет готов в полной мере сотрудничать в деле возмещения военного ущерба, нанесённого СССР». Наряду с этим принимались и конкретные соглашения. В частности, есть сведения о том, что Сталин и Рузвельт договорились в Тегеране и Ялте о предоставлении Советскому Союзу после войны долгосрочного американского кредита в размере 6 млрд. долларов для экономического развития и ещё 4 млрд. долларов для закупок продовольствия.
Поскольку разорённая войной экономика СССР мало что могла предложить западным союзникам, непременным условием такого сотрудничества было получение кредитов от западных стран. Ради этого сотрудничества СССР был готов пойти на серьезные политические и идеологические уступки. Принимались меры по созданию нового политического имиджа СССР. Он должен был предстать не как «авангард мировой революции», а как мирное и цивилизованное государство, надёжный партнёр и участник мирового сообщества. В этих целях пересматривалась революционная символика и атрибутика. 15 марта 1946 года был принят закон, по которому совнаркомы переименовывались в советы министров, а наркоматы - в министерства. Сталин так обосновывал эти изменения: «Народный комиссар или вообще комиссар отражает период неустоявшегося строя, период революционной ломки. Этот период прошёл. Война показала, что наш общественный строй очень крепко сидит и нечего выдумывать названия такого, которое соответствует периоду неустоявшемуся и общественному строю, который ещё не устоялся».
В том же направлении велась подготовка проектов Программы ВКП(б), над которыми работали четыре комиссии:
1) П.Н. Поспелова, Д.Т. Шепилова и М.Т. Иовчука;
2) Г.Ф. Александрова, П.Н. Федосеева и К.В. Островитянова;
3) О.В. Кууссинена и Л.А. Леонтьева;
4) М.Б. Митина и П.Ф. Юдина.
На проекте, представленном комиссией Митина и Юдина, есть правка и пометки Сталина. Рассчитывая на включение СССР в состав мирового сообщества и продолжение сотрудничества с Западом, Сталин выделял и вносил правку в те места проекта, в которых говорилось о демократизме советского общественного строя, выборности всех органов власти на основе всеобщего, прямого и тайного избирательного права, об ответственности органов советской власти перед народом.
Митинский проект отличался подчёркнутым вниманием к вопросам дальнейшего развития демократического устройства общества. Им, в частности, предусматривалось широкое развитие законодательной инициативы снизу, представление общественным организациям права вносить в Верховный Совет СССР и Верховные Советы союзных республик проекты новых законов, а также постепенный переход к принятию всех важных вопросов государственной жизни (как в области внешней и внутренней политики и управления экономикой, порядка, так и в сфере жилищного и культурного строительства, бытового обслуживания) путём всенародного голосования.
В трёх других проектах проблема демократизации советского строя также находилась в центре внимания. В частности, в проекте Поспелова, Иовчука и Шепилова была сформулирована теория перерастания диктатуры пролетариата в общенародное государство. Во всех четырёх проектах центральными задачами партии выставлялись повышение жизненного уровня трудящихся, решение жилищной проблемы, ускорение развития лёгкой и пищевой промышленности. Предполагалось обеспечить каждую семью отдельной квартирой, увеличить производство и сделать общедоступным личное пользование легковыми автомобилями и т.п.
По заданию ЦК ВКП(б) Институт мирового хозяйства и мировой политики работал над проектами развития торговых связей с Европой и США, а его директор Е.С. Варга опубликовал в 1946 году монографию «Изменения в экономике капитализма в итоге второй мировой войны», содержавшую теоретическое обоснование тесного экономического сотрудничества с Западом. В ней утверждалось, что за годы войны западные государства перестали быть органом подавления «угнетённых масс» классом капиталистов и стали действовать в интересах всего общества. Они ввели элементы планирования и ограничивают прибыли монополий для перераспределения народного дохода в пользу малоимущих слоев общества.
Таким образом, современное «буржуазное государство противостоит частным интересам монополий, действует во имя интересов всего общества». Оно охотно идёт на расширение взаимовыгодных экономических отношений с социалистическим государством.
В статье «Социализм и капитализм за тридцать лет», опубликованной в октябре 1947 года, Е.С. Варга пошел ещё дальше. Он заявил: «Западное общество признаёт, что существование человечества в рамках капиталистического общества возможно только при проведении социалистических мероприятий. Многие западные учёные и политики заявляют теперь, что переход от капитализма к социализму исторически неизбежен и уже осуществляется».
Концепция Варги шла в разрез и с теорией «диктатуры пролетариата», ранее яростно отстаивавшейся Лениным и Сталиным в борьбе с «оппортунистами разных мастей». Он предложил модель послевоенного устройства мира, исключавшую противоборство двух социально-экономических систем (в 1960-70-е её стали называть «конвергенция»). Смысл её состоял в том, что государства не разделялись больше на «социалистические» и «капиталистические», что с неизбежностью вело к созданию системы двух враждебных лагерей. Государства различались лишь разным количественным соотношением «буржуазных» и «пролетарских» элементов. Вмешательство в эту внутриполитическую борьбу извне, навязывание своего типа политического и социально-экономического устройства другим странам военными или экономическими методами полностью исключались.
Сталин сознательно поручал своим проверенным кадрам озвучивать те идеи и концепции, которые ему, как гаранту «чистоты марксистско-ленинского учения», высказывать было неудобно. Поэтому можно утверждать, что именно Сталин, желая вписать СССР в состав цивилизованных стран, дал команду партийным идеологам перейти с позиций большевизма на «платформу буржуазного реформизма» западной социал-демократии.
Подтверждение этому можно найти в многочисленных записях устных высказываний Сталина во время встреч с зарубежными делегациями.
В мае 1946 года во время беседы с польской правительственной делегацией Сталин заявил: «В Польше нет диктатуры пролетариата и она не нужна. Строй, установленный в Польше, - это демократия, это новый тип демократии». В сентябре 1946 года Сталин вновь возвращается к этой теме на встрече с лидерами Польской Партии Социалистичной: «Должна ли Польша пойти по пути установления диктатуры пролетариата? Нет, не должна. Такой необходимости нет. Более того, это было бы вредно. Перед Польшей, как и перед другими странами Восточной Европы, в результате этой войны открылся другой путь развития - путь социально-экономических реформ».
Сталин и его окружение критиковали те компартии Восточной Европы, которые, пользуясь присутствием советских войск и растерянностью других политических партий, стремились захватить возможно больше руководящих постов, не сообразуясь ни с опытом своих назначенцев, ни с социально-экономическими потребностями страны. В беседе с Г. Георгиу-Деж 10 февраля 1947 года Сталин говорил: «В Румынии коммунисты взяли на себя самые ответственные и трудные посты в румынской экономике. Им казалось, что они эти посты отвоевали у буржуазии, а фактически румынская буржуазия сознательно передала им эти министерства, ибо знала трудности и желала скомпрометировать коммунистов».
Первоначально все восточноевропейские правительства (кроме Югославии и Албании) формировались на коалиционной основе. Велась острая межпартийная борьба, которая не ограничивалась вопросами о характере и масштабах обобществления частной собственности в промышленности, об аграрных преобразованиях, но и о характере политической организации общества, принципах внешней политики.
В 1948 году, в связи с провалом надежд на план Маршалла и другую западную помощь (об этом отдельный разговор, к которому вернётся Блог Толкователя), вспыхнувшей в США холодной войной и «охотой на красных», а также растущей военной угрозой, СССР расстался с идеями демократизации своего общественного устройства. Либеральные проекты новой программы ВКП(б) были отброшены.
Советский Союз вновь вернулся к своим довоенным представлениям о мире капитала. Книга и статьи Варги 1946-1947 годов были подвергнуты критике. Его обвинили в «надклассовом» представлении о государстве и непонимании капиталистической действительности. Однако никаких организационных выводов не последовало. Варга сохранил свой пост и продолжал активно выступать и публиковаться.
Идея создания «буферной зоны» из стран, оказавшихся в зоне советской оккупации, также была забыта. Вместо этого СССР стал поспешно создавать из них «санитарную зону», заслоняющую страну от «агрессивной западной военщины».
Начавшееся в годы войны экономическое сотрудничество между СССР и США было прервано. Это имело самые серьезные последствия для послевоенной мировой системы. Западные страны вплоть до середины 1960-х годов лишились экономических рычагов воздействия на советскую внутреннюю и внешнюю политику. СССР, замыкаясь в автаркической экономике, был вынужден изменить свои планы и получил большую свободу в конфронтации с западным миром.
(Цитаты: Юрий Бокарев «Экономические отношения между СССР и США в первые послевоенные годы, 1945-1948», «Экономический журнал», №9, 2005)