Одичание: почему ялтинцы злорадствуют над избитым священником из Москвы

Случившееся священник описал так: «Неожиданно подошёл человек в белом и отпихнул моего сына с лавки, сказав, что у него скоро шоу и лавка на набережной занята, — пишет Забелин. — От неожиданности я стал звать на помощь и полицию. Человек в белом ударил меня по лицу и в голову со словами: «Закрой хлебало! Я тут местный, а ты вали отсюда...» с нецензурной бранью он кинулся на моего сына». 

Мужчина подчеркнул, что как священник, он не мог ответить обидчику ударом на удар, поэтому только оттолкнул агрессивного артиста от ребенка. Так как полиция и скорая долго не ехали на вызов, мужчина попросил помощи в социальных сетях. Позже полицейские приняли заявление, а  «скорая» доставила пострадавшего с переломом челюсти в больницу.

Фото Алексея Забелина из ялтинской горбольницы, Facebook

На этом столкновения клирика с любовью и вежливостью ялтинцев не закончились.

«Участковый заставляет встать с кровати и идти в отделение, говорит, что у меня ничего нет, доктор якобы ему сказал, что все хорошо, - написал Забелин вчера у себя в Facebook. - Я доктора не видел, историю болезни и результаты рентгена мне не показывают. Участковый говорит, что на меня написали встречное заявление. Вчера по скорой диагностировали перелом верхней челюсти, я до сих пор не знаю, почему при попытке встать теряю сознание. Полиция психологически давит! Доктора нет, официальных заключений и хоть каких-то объяснений от доктора нет, как и его самого. Полицейские смеются и шутят с медсёстрами».

Фото Алексея Забелина из ялтинской горбольницы, Facebook

Но настоящим апофеозом человеколюбия стала реакция на избиение священника в ялинских пабликах соцсетей. Вместо совета и сочувствия комментаторы паблика «Ялта – любовь моя!» обрушились на пострадавшего со злорадством и издевательскими насмешками.

Приходится с сожалением признать, что подобного плана здесь - большинство комментариев. Агрессию и желчь изливают и мужчины, и женщины. И еще неизвестно, кто из них агрессивнее.

Мы приводим все эти комментарии не потому, что они нам нравятся - ровно наоборот. Но мы хотим показать, что это не преувеличение. Что называется, оцените масштаб ада.

Ради справедливости отметим, что есть и те, кто вступился за избитого.  Но они в явном меньшинстве:

К сожалению, это обыденная ситуация в виртуальном пространстве полуострова. Причем агрессию и злобу выплескивают в пабликах и рядовые граждане, и высокопоставленные местные чиновники, активно демонстрирующие в соцсетях свое превосходство над простолюдинами.

Агрессивные комментарии в киберпространстве, особенно анонимные, это «безопасное» выражение гнева, говорит клинический психолог, глава Крымской Ассоциации психологов и психотерапевтов Елена Гамова. Она советует избирательно относиться к публикуемой информации. Учитывая количество недовольных пользователей, ищущих способы выплеснуть негатив, искать сочувствие или в совет лучше в закрытых группах и среди людей, с которыми знаком в реальности. «Люди, ищущие таким образом поддержку, часто находятся в роли «жертвы». Как правило, для жертвы всегда есть не только спасатели, но и преследователи», - говорит она.

Все это, конечно, правильно. Но что делать, если в пик курортного сезона тебе, туристу из Москвы, на глазах у собственного ребенка сломали челюсть на набережной, а скорая и полиция не едут? И главное - почему мы так себя ведем? Что с нами происходит? Точнее, что с нами со всеми уже произошло?

В поисках ответа мы поговорили с несколькими знакомыми ялтинцами. Почти все они признают, что нравы в этом курортном городе никогда не были куртуазными. Нецензурные и грязные баталии между участниками публичных общественных конфликтов в городских пабликах - не редкость. Но никто из наших собеседников не припомнит, чтобы люди доходили до такого зверства и травли в сетях по отношению к ни в чем не повинному человеку.

Растущий градус всеобщего озверения отмечают многие. Среди его причин называют: разочарование итогами Крымской весны, в результате которой многие люди на Южном берегу обнищали, потеряли бизнес и привычный образ жизни; стремительную и управляемую деградацию массового образования и медицины; рост требовательности со стороны искушенных туристов с материка в сочетании с их падающей платежеспособностью; растущую пропасть между богатыми и бедными - причем к «богатым» часто и необоснованно относят любого прилично одетого приезжего человека; нелюбовь отдельных категорий граждан к священникам и Церкви как таковой – многим кажется, что она занимается только захватом земли и недвижимости.

Но, похоже, главная причина озлобления связана со все более острой конкуренцией за скудеющие ресурсы, за которые борются не только корпорации, этнические и чиновничьи кланы, но обычные люди. Мы все чаще и явственней пожираем друг друга – на работе, в коридорах поликлиник, в школах и институтах, в общественных местах. Человек человеку волк, даже дома.

А ведь все это с нами уже было. Максим Горький в рассказе «На соли» описывает, как двое рабочих незаметно рассекли рукоятки тачки, чтобы изуродовать ладони третьего и тот не смог больше работать. Вот красноречивый диалог оттуда:

«- За что вы меня обидели?! — кричал я. — Что я вам сделал?! За что?! Разве я не такой же, как вы, человек?!..

- ..Мы, брат, понимаем, что обидели тебя; но только разве это верно, коли рассудить правильно? Совсем, брат, неверно. Потому главная причина — жизнь! Какая жизнь наша? Каторжная! Тачка — шестнадцать пуд, рапа ноги рвёт, солнце палит тебя, как огнём, целый день, а день — полтина! — Али этого мало, чтобы озвереть? Работаешь, работаешь, заработок пропьёшь — опять работаешь! вот и всё. И как годов с пять проживёшь этим манером, так и того... облик человеческий и утратишь, — зверюга, да и шабаш! Мы, брат, сами себя ещё больней обижаем, чем тебя, а мы всё ж ведь друг друга знаем, ты же — чужой человек... Чего тебя жалеть-то?» 

И, раз уж сегодня литературный вечер, то вот вам еще один кусок – Олдингтон, «Смерть героя»:

«Странная штука - город: сложная система окопов и вечная война, скрытая, но столь же смертоносная, как открытое столкновение двух армий! Мы живем в окопах, гладкая облицовка домов служит бруствером и тыльным траверсом. За стенами не прекращается война - жены воюют с мужьями, дети с родителями, хозяева с рабочими, торговцы с торговцами, банкиры с юристами, и всеисцеляющая смерть подбирает все жертвы. Ожесточенная война - а из-за чего? Из-за денег - они символ власти; из-за власти - она символ и опора существования. Война всех против всех потрясает города! Столь же свирепая, тайная и беспощадная, как отчаянная война растений и скрытая от наших глаз борьба за существование в животном мире».

Русский капитализм становится все более классическим и хрестоматийно людоедским, возвращая нас в первобытные джунгли.