«Ветви одного древа»: Мария Сыромятникова – делегат первого Всеякутского съезда женщин
Книга о четырех братьях Ивановых наконец увидела свет. На днях состоялась презентация в историческом зале национальной библиотеки имени А.С. Пушкина, и это не случайно. Младший из братьев, Кузьмин В.Е. в далеком 80-м году был назначен директором тогда еще республиканской научной библиотеки.
Пришли поздравить и артисты оркестра национальных инструментов под управлением главного дирижера, заслуженного деятеля искусств РС (Я) Николая Павловича Петрова. Именно Виктор Егорович является отцом-основателем и организатором оркестра. По его инициативе были направлены на учебу будущие музыканты в Восточно-Сибирский государственный институт культуры. Это была его идея - открыть там Якутскую оркестровую студию.
Виктор Егорович мечтал создать Государственный оркестр национальных инструментов, и мечта его сбылась. В знак благодарности своему «крестному отцу» музыканты и подарили всем гостям волшебные звуки кырыымпа, хомуса, тангсыыра и все это прозвучало в честь славных сыновей таттинской земли – четырех единокровных братьев Ивановых.
В процессе написания своей книги, в которой соавтором выступил очень уважаемый человек, красноярский писатель, литературный редактор Николай Алексеевич Юрлов, я стала пытливо изучать не только генеалогическое древо, кто и кем приходится нам по отцовской и материнской линии, но также и то, какими путями-дорогами наши родичи ходили, как выживали в те далёкие и очень непростые времена, что беспокоило и занимало их умы.
Забегая вперед скажу, что побудительным мотивом для издания книги послужило воспоминание моего отца, которое он написал еще 38 лет назад. И к этому я шла, зрела все эти годы. А сейчас, находясь на заслуженном отдыхе, я и взялась основательно за его мемуары. Благодаря огромной работе литературного редактора книга вышла не просто семейным альбомом, а с описанием исторического фона, стала историко-краеведческим изданием, интересным широкому кругу читателей. Еще я очень благодарна отцу, который всегда и во всем меня «натаскивал».
У людей той, советско-партийной эпохи, не было времени особо детьми заниматься, но мы жили единой семьей, все знания черпали из самой жизни, постоянно общаясь с многочисленными родственниками, коллегами отца, активно участвуя в жизни школы и села. Где только мы не побывали! В далеком детстве я гостила в Ары Толоне у родственников Сыромятниковых, также родители считали своим долгом знакомить нас с родиной своих предков, поэтому мы лето ездили в Таатту, к Виктору Кузьмину в Ытык-Кюель, однажды каникулы провели в Победе (Ворошилове) у Тистяховых, были и в с.Майа Мегино-Кангаласского, откуда родом мама. И все эти детские воспоминания, знание своих корней, своего рода, очень пригодились в написании книги.
Эсинский наслег древний, люди его облюбовали и начали обживать с XVII века, в тайге полно дичи и пушных зверей в изобилии, а в реках и озёрах полным-полно рыбы. Название наслега, понятно, происходит от «хозяин тайги» — медведя. И жили там зажиточные купцы, которые отправлялись в дальние походы в неизведанные края. Тому способствовало и удачное расположение территории — на перепутье всех дорог: именно через эту историческую местность пролегал исстари путь на север, а сами местные торговцы смело хаживали и в западную часть, откуда можно было привезти невиданных в якутской глубинке диковин.
Наш дедушка Фёдор Илларионович, который был старшиной, князем Таттинского наслега, в одной из таких поездок познакомился с зажиточным купцом Илларионом Дмитриевичем Сыромятниковым. Они подружились, да так, что спустя многие годы он даже стал зятем Сыромятникова. Они отличались от типичного русского купечества. Как писали исследователи Сибири в газетах того времени – это были странствующие, находящиеся вечно в пути существа. И они были самыми отважными, сильными смельчаками, не боящиеся трудностей.
Настоящая фамилия дедушки Тистяхов, но в период нэпа, во время бракосочетания с Марией, они стали Ивановыми. Когда он женился, ему было уже за 40 лет, это был его второй брак, первый брак был бездетным, и как-то в пути он и рассказал своему другу о своей печали. Мол, мне уже за 40, а наследников у меня нет. Сыромятников и предложил ему жениться на их дочери.
Она была образованная, по всем параметрам ему подходила. Тистяхов хоть и был неграмотным, но зато хорошо знал арифметический счет, все прикидывал только в уме, отлично играл в карты, в этом ему не было равных. Да и разговорным русским владел, научился, выезжая за пределы Якутской области, вплоть до золотоносных приисков в Бодайбо, хаживали они вместе рискованными дорогами и в Оймякон, и в Охотск. Жена ему нужна была под стать: молодая, хозяйственная, образованная.
А в это время Мария Илларионовна имела за плечами 4 класса образования в церковно-приходской школе с. Крест-Хальджай, и ее избрали делегатом на первый Всеякутский съезд трудящихся женщин в марте 1925 года, после которого она стала одной из активисток движения за равноправие.
Так вот, дочь Мария родилась у Сыромятникова в браке от Прасковьи Слепцовой, уроженки из села Баяга Таттинского улуса: Прасковья Слепцова оказалась хорошей хозяйкой, в ней Сыромятников нашёл заботливую мать всем своим детям: Ивану и Екатерине, а также нажитым вместе: Константину, Надежде, Александру и Марии. Говорили, что молодая жена зачарованно играла на хомусе.
Старший брат Иван их встречал, провожал в Крест-Хальджай, можно сказать, он был не только правая рука отца, но и ещё и хороший наставник братьев и сестёр. К сожалению, выучив братьев и сестер, сам не получил образование, но зато умел трудиться на земле.
С началом коллективизации круто изменилась жизнь Сыромятниковых, Иллариона Дмитриевича зачислили в кулаки как собственника, имеющего не только излишки пашни и сенокосов, но и больше тридцати голов скота. В 1931 году Дарыбыаску органы всё-таки арестовали. Судьба его печальна. Во время ликвидации кулаков как класса, глава семьи не выдержал свалившихся испытаний, умер прямо в Якутской тюрьме.
Остался в Ары-Толоне только Иван. Екатерина вышла замуж и переехала в Мегино-Алдан, Мария была замужем за Тистяховым и жила в Таттинском улусе, в Нимидэ. Младшие вынуждены были обратиться в бегство. Помог им брат Олоксоон, который в те времена работал в «Дальстрое» организатором гужевого транспорта. Директор Дальстроя Эдуард Берзин - ярый большевик и чекист, высоко ценил и уважал Олоксоона. Он и помог ему устроить выезд Надежды и Константина в Москву. К сожалению, и Берзин, и Олоксоон, причисленные к троцкистам, в 1937 году были арестованы, по всем имеющимся предположениям, Олоксоон погиб в Магаданской тюрьме.
Илларион Дмитриевич и широко известный в народе Утары Уйбаан (Иван Федорович Сыромятников), - двоюродные братья. Утары Уйбаан и натаскивал в поездках Михаила Тарабукина, ставшего впоследствии первооткрывателем золотого Алдана. Утары Уйбаан был находчивым, острословным, отважным человеком. В царское время поймал опасного преступника, за что, говорят, был награжден медалью. Был другом и спутником Алексея Елисеевича Кулаковского – Оксокулээхэ, сопровождал его в рискованных путешествиях по Якутии, где будущий основоположник якутской литературы, философ-гуманист изучал историю, экономическое и правовое положение якутов.
У Марии Илларионовны родилось 6 сыновей, но выжили только четверо. Ее не стало в 1938 году. В декабре она родила, по обыкновению выходила в хотоне, присматривала за скотом, а в январе слегла и больше не встала. Самому младшему Виктору не было и двух недель. И, умирая, Мария Илларионовна завещала мужу, Федору Илларионовичу Иванову (Тистяхову), чтобы он сделал все, чтобы все сыновья стали образованными людьми, чтобы двоих старших сыновей он оставил себе, а младших отдал на воспитание в другие семьи. Наш дедушка к тому времени был незрячим в результате несчастного случая (из 12 лет совместной жизни дедушка 4 года был незрячим) и братья Федор и Иван стали ему поводырями, а ушел он из жизни в 1950 году в возрасте 65 лет.
Когда умерла Мария Илларионовна, Федору не было 11, Ивану – 8, Константину – 2х лет, Виктору всего-то было 2 недели от роду.
Пережив все суровые испытания, они рано приучились к самостоятельности, и непременно помнили завет матери - самого родного и любимого человека, стать высокообразованными людьми.
Мой отец Федор Федорович Иванов стал ученым-зоотехником. Новатор, рационализатор, первопроходец, пионер в выведении высокопродуктивной породы оленей путем скрещивания тофаларских с эвенскими, был депутатом Верховного Совета ЯАССР 6 созыва, работал в родном Таттинском улусе, позже в Томпонском районе.
Иван Фёдорович Иванов (Уйбаан Баанньа) посвятил себя журналистике, при жизни он написал четыре документальные книги и сотни публицистических статей о якутянах, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны. Работая в архивах Минобороны СССР еще в 1973 года, он выявил 27 неврученных наград участников войны.
Третий сын Константин Никитич Гурьев - заслуженный геолог Якутской АССР, первооткрыватель месторождения серебро-полиметаллических руд, почётный гражданин Кобяйского района, известен в республике как журналист, документалист и публицист, автор более десятка книг, в том числе научно-популярного издания «Исполины Ледникового периода». Константин Никитич продолжил благородное дело родного брата Ивана, подготовив к изданию и выпустив поимённый список ратных подвигов 817 офицеров-якутян.
Виктор Егорович Кузьмин, самый младший из братьев, был просветитель, пропагандист. Начав трудовую деятельность учителем математики, директором Ытык-Кюельской средней школы, он одиннадцать лет проработал в аппарате Алексеевского райкома партии, и вершиной его деятельности на родине предков стало создание историко-культурного комплекса «Якутская политическая ссылка». Во всем поддерживая идею народного писателя Суоруна Омоллоона - Дмитрия Кононовича Сивцева Виктор Егорович терпеливо и системно вел большую просветительскую работу с коллективами и организациями, чтобы начать строительство музея собственными силами. Он одним из первых ратовал за возвращение к истокам, к родной культуре. Суорун Омоллоон очень ценил его и они работали вместе в тесном контакте.
Каждый из четырёх сыновей Фёдора Илларионовича и Марии Илларионовны — чрезвычайно яркая личность, достойная как отдельной строки в истории республики, так и более детального жизнеописания.
Отдавая дань уважения родному якутском языку, на котором было написано воспоминание отца, я все же посчитала нужным выпустить книгу именно на русском языке. Чтоб как можно больше читателей могли познакомиться с историей нашего уникального народа, выстоявшего в борьбе с холодом, голодом, разрухой, пережившего кардинальные изменения жизни, прочувствовать несгибаемую силу духа наших земляков.
Для нас, потомков, очень ценно, что бабушка была делегатом первого Всеякутского съезда трудящихся женщин. В 1986 году, когда мой отец написал и разослал братьям свои мемуары, Гурьев, узнав о своей родной матери, сразу поехал в Уолбу, успел побеседовать с Агафьей Феоктистовной Сысолятиной, с которой посланницы на съезд из Баягантайского улуса два дня и две ночи добирались на санной повозке на лошадях до Якутска. Именно из ее рассказов мы узнали, как делегаты поднимали насущные вопросы, которые касались защиты здоровья матери и ребёнка, затрагивали проблемы народного образования, участия в общественной жизни.
Впервые они увидели город, дома, улицы, освещённые электричеством, горожан, одетых по моде, а также побывали не только в магазинах, среди них было много частных, но, в первую очередь, их поразил синематограф Приютова – увидели немое кино. А встреча с земляком, пламенным революционером, будущим основоположником якутской советской литературы П.А. Ойунским совсем уж было преобразовала взгляды нашей бабушки на дальнейшую жизнь. Перед ней открывались небывалые перспективы карьерного роста.
Могла ли она, 20-летняя девушка из Ары-Толона продвинуться в политику и общественные организации республики? Конечно, да. Но она сделала жизненный выбор в пользу семьи, не ослушалась своего отца, обещавшего ее выдать за своего друга Тистяхова, не сразу, но всё же согласилась на брак с почти незнакомым ей мужчиной, в пользу будущих детей, отчётливо понимая, что якутская женщина — это мудрая женщина: оставаясь в тени мужа-добытчика, она и есть именно тот духовно-нравственно стержень, на котором и должна держаться семья как основа крепкого государства.
Я хочу поблагодарить всех, кто принял участие в нашем проекте и пожелать всем интересоваться родом, записывать воспоминания своих близких, старшего поколения, пока они еще помнят, еще могут поведать свою историю, ведь без корней нет и плодов. Корни – это то, что держит нас на Земле!
1 съезд женщин состоялся 8 марта 1925 года, в следующем году вся республика отметит 100-летний юбилей этого исторического события, на котором делегатом была наша бабушка Мария Илларионовна Сыромятникова (Иванова). К сожалению, судьба отвела ей всего лишь тридцать с не большим лет. Но ее жизнь продолжается в нас, ее потомках. Для нас она всегда останется олицетворением светочи, мудрости, пробуждения самосознания якутской женщины.
Светлана Андреева, автор-составитель книги «Ветви одного древа»