Кому бойцов отдает земля: поисковики из Якутии о Вахте Памяти
«У поисковиков есть такое поверье: не мы находим бойцов – земля нам их отдает, а чтобы она отдала – это надо заслужить», – говорит командир поискового отряда при Якутском отделении Российского военно-исторического общества Николай Чеботарев.
«Потянуло туда»
Еще, по словам командира, важен настрой.
– Человеческая кость – она тонкая, и вероятность попасть в нее щупом очень мала, да еще понять надо, что ты попал именно в кость, а не в какой-то другой предмет. Просчитать это невозможно. Десятилетиями поисковые отряды ходят по тем местам и каждый год поднимают все новых и новых бойцов…
Я своих специально спрашивал после обнаружений: «Что чувствовали перед этим?» Знаете, что они говорят? «Подтолкнуло что-то», «ветер подул в ту сторону», «потянуло туда». На местах таких страшных событий чувства в душе – особенные, только говорить о них сложно.
Во время первой Вахты Памяти нас, еще ничего не умеющих и не знающих, взяли в обучение опытные поисковики, и мы вместе с ними поднимали захоронение, в котором было пятеро бойцов. При этом нам объясняли, как по швам на черепе определять примерный возраст человека. Так вот, всем найденным в том раскопе было по 18-19 лет. Младше моих сыновей. А там лежат тысячи таких молодых, которые, не успев пожить, пожертвовали собой, чтобы спасти свою Родину. В такие моменты понимаешь, что такое подлинный подвиг и настоящие герои.
«Не смогли прочесть»
– В этом году наш поисковый отряд с 23 апреля по 9 мая работал в Городищенском районе Волгоградской области. Вшестером мы обнаружили и подняли 19 бойцов. Медальон оказался только у одного, но специалисты так и не смогли прочесть записку.
Дело в том, что бойцы меньше всего думали о том, как их будут идентифицировать в случае гибели, и эбонитовый тубус медальона использовали как футляр для необходимых мелочей – спичек, иголок, перьев от ручки и т.п. Вот и в этом случае вместе с запиской солдат хранил в своем медальоне иголки, которые не позволили плотно завинтить крышку, в него попала влага, иголки съела ржавчина, она же погубила записку.
Кроме медальона, был найден еще именной предмет – алюминиевая ложка с выцарапанной на ней фамилией «Бобров», которую красноармеец, по всей видимости, носил в обмотке ботинка. Была, конечно, надежда, что удастся выяснить, кто он и откуда, но Бобровых, погибших в тех местах, оказалось несколько. Зато на братской могиле эта фамилия будет указана.
Ежегодно 23 августа (день массированной бомбардировки Сталинграда, превратившей город в руины) поднятых за год бойцов хоронят в одной могиле Россошкинского воинского мемориала. Могилы эти очень большие – в 2023-м похоронили 1272 человека, но обычно еще больше – 1400-1600 человек. А мемориалу уже больше 20 лет, вот и считайте…
Сколько имен удается установить? При нас были найдены два медальона и солдатская книжка. По этой самой книжке не только установили личность бойца, но и нашли его родственников, которые решили захоронить останки бойца у себя в Татарстане. Именно родня выбирает – везти ли солдата на родину, предать ли земле в Россошках. И тех, чьи имена установлены, хоронят там в одиночных могилах.
Школа поисковика
– В первый раз на Вахту Памяти мы поехали весной 2017 года. Фонд «Победа», выиграв грант, обучил и отправил поисковиков из Якутии в Волгоградскую, Тверскую, Новгородскую, Ленинградскую области и Севастополь. Мне, как имеющему навыки археологических работ (я по образованию историк), доверили возглавить группу поисковиков, направленную в Волгоград. Так все и началось.
Позже уже ездили сами. В 2021 году сформировали при РВИО свой отряд.
Костяк – три-четыре человека. Уже два года плотно сотрудничаем с Алданским политехническим техникумом, где очень хорошо поставлена военно-патриотическая работа. В сентябре этого года пятеро ребят оттуда были на Вахте Памяти в районе Ржева. Подняли двух бойцов.
Начинается все с обучения. В каждом отряде – своя школа поисковика. Это важно: поисковая работа – занятие рискованное, опасных предметов много, по- этому техника безопасности ставится во главу угла.
Также предельно осторожным нужно быть, чтобы не повредить останки.
И потом, там ведь нужно не просто копать, а документировать и протоколировать каждый шаг – этому тоже нужно учиться.
Студенты на Вахту Памяти едут обычно на средства грантов, которые выделяются, чтобы привлечь молодежь к такой работе. Очень хорошо в этом направлении работает республиканская Ассоциация содействия защиты прав ветеранов войны и труда «Ветеран», которая ежегодно финансирует выезд нескольких групп поисковиков.
Взрослые чаще всего отправляются за свой счет. Основная статья расходов – дорога туда-обратно, ну и питание. Снаряжение, конечно, тоже по большей части свое.
«Только если помним своих»
– Распорядок дня поискового отряда такой: в восемь утра – построение и распределение задач на день. Обед в поле. Работа до шести-семи вечера, возвращение в лагерь, ужин и отбой.
Работа тяжелая: переваливать приходится кубометры земли, причем с соблюдением мер безопасности, а потом все нужно вернуть в исходное состояние, так что по возвращении в лагерь спим без снов, но допускаю, что особо впечатлительным, может, что и снится после хорошего «подъема»…
Следующей весной снова планируем ехать в Волгоградскую область.
Хотя есть у меня мечта… Один из моих дедов погиб на Калининском фронте в 1942-м, и в извещении указано, что захоронен он на поле боя в 200 метрах от околицы деревни, которой уже нет. Там, скорее всего, сейчас чистое поле, но вероятнее всего – заросшее лесом. Давно думаю добраться до этих мест, поработать там, но пока не дошел.
Нынешней весной на посвящении в поисковики ребят-новичков из разных отрядов, различных регионов страны, спрашивали: знаете ли вы о своих дедах-прадедах, воевавших в Великую Отечественную – кто, где, как? Не все смогли ответить… Им старшие товарищи указали – вспомните, найдите. Только если мы помним своих, сможем поднять других.