"Мы просто смотрим, как сгорает наше достояние". Горящая Якутия просит Кремль помочь ей потушить лесные пожары
"Якутия горит заживо! Якутии нужна твоя помощь!" – так начинается одна из двух онлайн-петиций, созданных жителями Якутии, где уже больше месяца продолжаются сильные лесные пожары. Петиции обращены к президенту Владимиру Путину, правительству и МЧС. Местные жители просят у федеральных властей помощи и подчеркивают, что в регионе не хватает ни людей, ни техники, чтобы бороться со стихией такого масштаба. По их словам, сил "хватает, чтобы только сдержать мало-мальски огонь", рассказали они корреспондентам Сибирь.Реалий. Непрекращающиеся пожары уже привели к сильному задымлению, из-за которого во многих районах республики, а также в самом Якутске трудно дышать.
На прошлой неделе в республике ввели режим чрезвычайной ситуации, но местные жители говорят, что принимать меры нужно было примерно на месяц раньше. На снимках со спутников экологи из российского отделения Всемирного фонда дикой природы (WWF Russia) насчитали на территории Якутии 387 очагов пожаров. Всего с начала сезона огонь уничтожил не менее 8 млн гектаров леса – это больше территории таких стран, как Латвия и Грузия.
"Огонь шел кольцом на поселок, а руководство проводило время на охоте"
В середине июня огонь подошел очень близко к поселку Хандыга Томпонского района. Он расположен в 450 км от Якутска на берегу реки Алдан.
"Руководство поселка в это время проводило время на охоте, вместо того чтобы уже тогда начинать бороться за лес и не создавать ЧС в поселке, – рассказывает жительница Хандыги Ирина Носик. – Они надеялись сначала, что огонь уйдет в другую сторону, думали, что через речку не пройдет. А он прошел поверху".
"Затем по прогнозу погоды стоял дождь, все ждали дождь, но его почему-то не было. В итоге до первого дома оставалось 200 метров: огонь шел кольцом на поселок. А ни главы района, ни главы поселка не было! И их не волновало даже, что с одной стороны нефтебаза с огромными баками под нефть, и, если бы взорвалось, поселка бы не было, – подчеркивает Носик. – По сути, нас спасло только чудо: в последний момент ветер переменился, и огонь ушел обратно в лес. Только на следующий день прилетел (пожарный) вертолет".
Аналогичная ситуация, по словам Ирины, произошла в соседнем поселке Мегино-Алдан: там огонь тоже подошел к населенному пункту вплотную, но в последний момент ветер, к счастью, изменил направление. Из-за сильного задымления в районе поселка власти перекрыли федеральную трассу "Колыма". "Многие люди тогда не попали в больницы на операции, на самолеты не смогли попасть", – говорит Ирина Носик.
"С техникой ситуация такая: директор лесхоза обращался к главе лично, без письма, за помощью в тушении, когда огонь пошел в сторону поселка. Угадайте, куда его глава отправил? Ну, отказал, мягко говоря, – говорит Ирина. – А теперь получается, что директор лесхоза вроде как виноват, что мер никаких не было принято".
Жители Хандыги и других поселков в округе говорят, что привыкли к пожарам, но со стихией такого масштаба столкнулись впервые.
"У нас в Горном улусе пока сложнее всего, – рассказывает Виктор, житель села Кюерелях. – Если бы сами не вышли тушить, думаю, уже бы села не было. Конечно, и сам выходил, часов восемь я в лесу был: огонь по низу шел. Думаю, повезло нам. Сейчас отбиваемся как можем: полосу прорыли рядом, МЧС подключились. Думаю, справимся, дома не сгорят. Но вообще сил явно не хватает. Хватает, чтобы только сдержать мало-мальски огонь. А леса-то горят, которыми славится Якутия, да и Россия. Получается, мы просто смотрим, как сгорает наше достояние. Остается только погоды ждать".
"Дышать было очень тяжело, – говорит Евгения Тюменцева, которая живет в том же районе. – Дым густой, очень плотный. Плюс было очень страшно, люди реально готовились к эвакуации. Поселок был отрезан от мира. Так как пожар был вдоль дорог, проехать было невозможно. Добровольцы ходили, тушили сами: рыли полосы, встречали огонь. На несколько километров уходили в лес. Вертолет тоже летал, но толку мало. Ветер подул, и снова все разгорелось: техники же не хватает".
"Всех сил, которые есть в стране, не хватает, чтобы держать ситуацию под контролем"
По данным МЧС Якутии на конец прошлой недели, сложная обстановка с пожарами сохранялась в 15 районах республики: тушили эти очаги 2,7 тысячи человек и более 300 единиц техники. Всего в регионе было порядка 300 масштабных возгораний – это тоже рекордный показатель. Эксперты говорят, что задымление в городах и селах Якутии сохранятся еще надолго. На прошлой неделе из-за сильного задымления власти действительно решили перекрыть федеральную трассу "Вилюй" в районе поселка Магарас Горного улуса (района) в 100 км от Якутска. Сейчас она открыта для легковых автомобилей, но тем же бензовозам ездить по ней по-прежнему нельзя.
Руководитель противопожарного отдела Greenpeace России Григорий Куксин в составе отряда добровольцев находится в национальном парке "Ленские столбы" в Якутии. Там тоже пытаются локализовать крупный лесной пожар. Сначала пламя тушили инспектор национального парка вместе односельчанами и родственниками. Следом подключились сотрудники авиалесоохраны и добровольцы. Сейчас в отряде около 30 человек. По словам Григория, тушить пожар приходится полностью вручную, поскольку технику в столь труднодоступные места невозможно доставить.
"Людей сюда доставляют вертолетом, они располагаются в палаточном лагере на берегу реки. А дальше только ручной труд: бензопилами прокладывают просеку, затем прокапывают полосы мотыгами, вгрызаются в землю, – объясняет он. – Сегодня вот великолепно отработала читинская авиабаза – 20 человек, которых отправили в помощь. Примерно 13 часов они очень сложный грунт долбили лопатами, проложили больше километра минерализованной полосы. На полосе огонь встречают и начинают тушить".
Местные жители говорят, что пожарной техники в Якутии просто нет: "В данное время противостоят огненному аду местные жители, пара сотня мужчин с ведрами и лопатами, на старых тракторах и УАЗах, – говорится в одной из петиций на change.org. – Волонтеры ездят на личных транспортах, большинство пешком. Бюджеты у сел и деревень маленький, не могут купить дроны для наблюдений, рации, GPS-навигаторы, пожарную амуницию и противогазы".
Куксин со своей стороны подчеркивает, что Якутии не помогает даже экстренная переброска техники из других регионов: масштабы пожаров слишком велики.
"Практически все резервы, которые сейчас есть в стране, собраны здесь, Это не только федеральные подразделения авиалесохраны, но и региональные службы. То есть сюда стянули примерно все, что есть в стране, но оказалось, что этих ресурсов не хватает, чтобы потушить такое количество пожаров. Это главный вывод, который мы сегодня можем сделать", – говорит он. И резюмирует: "При нынешнем подходе к охране лесов от пожаров и при высокой горимости в сложных регионах всех сил, которые есть в стране, не хватает для того, чтобы держать ситуацию под контролем".
"Надо что-то менять, в том числе с количеством ресурсов и техники в регионах, чтобы тушить пожары на ранних стадиях, – настаивает представитель Greenpeace. – В Якутии сил не хватило, чтобы удержаться на ранних стадиях в таких условиях. Это было просто невозможно, учитывая, сколько сил есть в регионах. Сейчас это полноценная лесопожарная катастрофа с сильным задымлением населенных пунктов, в том числе Якутска".
Куксин замечает, что эту проблему лишь отчасти можно решить деньгами. Сегодня государство выделяет на содержание лесной отрасли 33 млрд в год, а, по его расчетам, на эти цели необходимо примерно 100 млрд. Но лесную охрану требуется обеспечить не только техникой, но самое главное – кадрами, что гораздо сложнее.
"Главное – не хватает людей. Деньги можно выделить. Например, в этом году правительство выделило 2,7 млрд из резервного фонда. Это прекрасно, но это не позволяет вовремя набрать и подготовить людей, а также гарантировать, что они будут долго получать стабильную зарплату, – объясняет он. – Это позволяет лишь закрыть какие-то дефицитные вещи: аренда самолета, топливо. А людей взять неоткуда, хотя пожары тушат люди. Они должны получать зарплату, иметь страховку".
"Срочное выделение денег на покупку чего-то – в какой-то степени популизм, оно не приводит к системным изменениям. Нужно системное финансирование, которое должно быть в раз больше", – подводит итог Куксин.
"Экономически нецелесообразно тушить: ждут, пока сам прогорит"
В последние годы леса в России стали гореть гораздо чаще. В 2020 году пожары аналогичных масштабов были в Забайкалье. И, как и в Якутии, местным жителям в основном приходилось тушить их самостоятельно, так как волонтеры не смогли добраться на места из-за эпидемии коронавируса:
Годом ранее масштабные пожары были в Красноярском крае и Иркутской области, а также в Хакасии. Эксперты отмечают, что к нынешней ситуации привело сочетание нескольких факторов. Во-первых, изменение климата и увеличение количества засушливых дней и гроз. Во-вторых – реформа ведомств, которые отвечают за тушение лесных пожаров, в-третьих – Лесной кодекс, по которому уже 15 лет живет Россия.
"Это был крайне неудачный Лесной кодекс, который уже на 80% переписали, но он все равно остается крайне неудачным. Огромная проблема была в том, что в нем фактически ликвидировали всю систему ликвидации лесных пожаров, – подчеркивает Григорий Куксин. – Авиационная охрана на федеральном уровне была разрушена. Ее остатки достались регионам, но регионы не смогли удержать ни парк воздушных судов, ни штат людей".
"А еще была разрушена вся система охраны лесов: самого понятия "охрана лесов" нет в кодексе 2006 года, – замечает представитель Greenpeace. – После пожаров 2010 года она снова появилась, но восстановить систему так и не удалось. Наконец, одна из главных проблем – в том, что распалось профессиональное сообщество. Квалифицированных людей очень мало в сфере охраны лесов, их очень сложно туда затащить, а уж тем более – в охрану лесов от пожаров. Это очень нужная профессия, но зарплата ничтожная (зарплата в сфере лесной охраны в среднем не превышает 30 тысяч рублей – СР). Боюсь, даже если сейчас будут приняты какие-то правильные шаги, на восстановление системы охраны лесов уйдут годы. Настолько тяжелая ситуация".
"Раньше был штат пожарных, который следил и тушил пожары, но их давно всех сократили, – подчеркивает Евгения Тюменцева из Якутии. – Почему каждый год проблема с пожарами? Наверное, экономически нецелесообразно тушить такие масштабы в труднодоступных местах. Поэтому ждут, пока само прогорит. А потом остановить сложнее".
Изначально текст опубликован на сайте Сибирь.Реалий
На прошлой неделе в республике ввели режим чрезвычайной ситуации, но местные жители говорят, что принимать меры нужно было примерно на месяц раньше. На снимках со спутников экологи из российского отделения Всемирного фонда дикой природы (WWF Russia) насчитали на территории Якутии 387 очагов пожаров. Всего с начала сезона огонь уничтожил не менее 8 млн гектаров леса – это больше территории таких стран, как Латвия и Грузия.
"Огонь шел кольцом на поселок, а руководство проводило время на охоте"
В середине июня огонь подошел очень близко к поселку Хандыга Томпонского района. Он расположен в 450 км от Якутска на берегу реки Алдан.
"Руководство поселка в это время проводило время на охоте, вместо того чтобы уже тогда начинать бороться за лес и не создавать ЧС в поселке, – рассказывает жительница Хандыги Ирина Носик. – Они надеялись сначала, что огонь уйдет в другую сторону, думали, что через речку не пройдет. А он прошел поверху".
"Затем по прогнозу погоды стоял дождь, все ждали дождь, но его почему-то не было. В итоге до первого дома оставалось 200 метров: огонь шел кольцом на поселок. А ни главы района, ни главы поселка не было! И их не волновало даже, что с одной стороны нефтебаза с огромными баками под нефть, и, если бы взорвалось, поселка бы не было, – подчеркивает Носик. – По сути, нас спасло только чудо: в последний момент ветер переменился, и огонь ушел обратно в лес. Только на следующий день прилетел (пожарный) вертолет".
Аналогичная ситуация, по словам Ирины, произошла в соседнем поселке Мегино-Алдан: там огонь тоже подошел к населенному пункту вплотную, но в последний момент ветер, к счастью, изменил направление. Из-за сильного задымления в районе поселка власти перекрыли федеральную трассу "Колыма". "Многие люди тогда не попали в больницы на операции, на самолеты не смогли попасть", – говорит Ирина Носик.
"С техникой ситуация такая: директор лесхоза обращался к главе лично, без письма, за помощью в тушении, когда огонь пошел в сторону поселка. Угадайте, куда его глава отправил? Ну, отказал, мягко говоря, – говорит Ирина. – А теперь получается, что директор лесхоза вроде как виноват, что мер никаких не было принято".
Жители Хандыги и других поселков в округе говорят, что привыкли к пожарам, но со стихией такого масштаба столкнулись впервые.
"У нас в Горном улусе пока сложнее всего, – рассказывает Виктор, житель села Кюерелях. – Если бы сами не вышли тушить, думаю, уже бы села не было. Конечно, и сам выходил, часов восемь я в лесу был: огонь по низу шел. Думаю, повезло нам. Сейчас отбиваемся как можем: полосу прорыли рядом, МЧС подключились. Думаю, справимся, дома не сгорят. Но вообще сил явно не хватает. Хватает, чтобы только сдержать мало-мальски огонь. А леса-то горят, которыми славится Якутия, да и Россия. Получается, мы просто смотрим, как сгорает наше достояние. Остается только погоды ждать".
"Дышать было очень тяжело, – говорит Евгения Тюменцева, которая живет в том же районе. – Дым густой, очень плотный. Плюс было очень страшно, люди реально готовились к эвакуации. Поселок был отрезан от мира. Так как пожар был вдоль дорог, проехать было невозможно. Добровольцы ходили, тушили сами: рыли полосы, встречали огонь. На несколько километров уходили в лес. Вертолет тоже летал, но толку мало. Ветер подул, и снова все разгорелось: техники же не хватает".
"Всех сил, которые есть в стране, не хватает, чтобы держать ситуацию под контролем"
По данным МЧС Якутии на конец прошлой недели, сложная обстановка с пожарами сохранялась в 15 районах республики: тушили эти очаги 2,7 тысячи человек и более 300 единиц техники. Всего в регионе было порядка 300 масштабных возгораний – это тоже рекордный показатель. Эксперты говорят, что задымление в городах и селах Якутии сохранятся еще надолго. На прошлой неделе из-за сильного задымления власти действительно решили перекрыть федеральную трассу "Вилюй" в районе поселка Магарас Горного улуса (района) в 100 км от Якутска. Сейчас она открыта для легковых автомобилей, но тем же бензовозам ездить по ней по-прежнему нельзя.
Руководитель противопожарного отдела Greenpeace России Григорий Куксин в составе отряда добровольцев находится в национальном парке "Ленские столбы" в Якутии. Там тоже пытаются локализовать крупный лесной пожар. Сначала пламя тушили инспектор национального парка вместе односельчанами и родственниками. Следом подключились сотрудники авиалесоохраны и добровольцы. Сейчас в отряде около 30 человек. По словам Григория, тушить пожар приходится полностью вручную, поскольку технику в столь труднодоступные места невозможно доставить.
"Людей сюда доставляют вертолетом, они располагаются в палаточном лагере на берегу реки. А дальше только ручной труд: бензопилами прокладывают просеку, затем прокапывают полосы мотыгами, вгрызаются в землю, – объясняет он. – Сегодня вот великолепно отработала читинская авиабаза – 20 человек, которых отправили в помощь. Примерно 13 часов они очень сложный грунт долбили лопатами, проложили больше километра минерализованной полосы. На полосе огонь встречают и начинают тушить".
Местные жители говорят, что пожарной техники в Якутии просто нет: "В данное время противостоят огненному аду местные жители, пара сотня мужчин с ведрами и лопатами, на старых тракторах и УАЗах, – говорится в одной из петиций на change.org. – Волонтеры ездят на личных транспортах, большинство пешком. Бюджеты у сел и деревень маленький, не могут купить дроны для наблюдений, рации, GPS-навигаторы, пожарную амуницию и противогазы".
Куксин со своей стороны подчеркивает, что Якутии не помогает даже экстренная переброска техники из других регионов: масштабы пожаров слишком велики.
"Практически все резервы, которые сейчас есть в стране, собраны здесь, Это не только федеральные подразделения авиалесохраны, но и региональные службы. То есть сюда стянули примерно все, что есть в стране, но оказалось, что этих ресурсов не хватает, чтобы потушить такое количество пожаров. Это главный вывод, который мы сегодня можем сделать", – говорит он. И резюмирует: "При нынешнем подходе к охране лесов от пожаров и при высокой горимости в сложных регионах всех сил, которые есть в стране, не хватает для того, чтобы держать ситуацию под контролем".
"Надо что-то менять, в том числе с количеством ресурсов и техники в регионах, чтобы тушить пожары на ранних стадиях, – настаивает представитель Greenpeace. – В Якутии сил не хватило, чтобы удержаться на ранних стадиях в таких условиях. Это было просто невозможно, учитывая, сколько сил есть в регионах. Сейчас это полноценная лесопожарная катастрофа с сильным задымлением населенных пунктов, в том числе Якутска".
Куксин замечает, что эту проблему лишь отчасти можно решить деньгами. Сегодня государство выделяет на содержание лесной отрасли 33 млрд в год, а, по его расчетам, на эти цели необходимо примерно 100 млрд. Но лесную охрану требуется обеспечить не только техникой, но самое главное – кадрами, что гораздо сложнее.
"Главное – не хватает людей. Деньги можно выделить. Например, в этом году правительство выделило 2,7 млрд из резервного фонда. Это прекрасно, но это не позволяет вовремя набрать и подготовить людей, а также гарантировать, что они будут долго получать стабильную зарплату, – объясняет он. – Это позволяет лишь закрыть какие-то дефицитные вещи: аренда самолета, топливо. А людей взять неоткуда, хотя пожары тушат люди. Они должны получать зарплату, иметь страховку".
"Срочное выделение денег на покупку чего-то – в какой-то степени популизм, оно не приводит к системным изменениям. Нужно системное финансирование, которое должно быть в раз больше", – подводит итог Куксин.
"Экономически нецелесообразно тушить: ждут, пока сам прогорит"
В последние годы леса в России стали гореть гораздо чаще. В 2020 году пожары аналогичных масштабов были в Забайкалье. И, как и в Якутии, местным жителям в основном приходилось тушить их самостоятельно, так как волонтеры не смогли добраться на места из-за эпидемии коронавируса:
Годом ранее масштабные пожары были в Красноярском крае и Иркутской области, а также в Хакасии. Эксперты отмечают, что к нынешней ситуации привело сочетание нескольких факторов. Во-первых, изменение климата и увеличение количества засушливых дней и гроз. Во-вторых – реформа ведомств, которые отвечают за тушение лесных пожаров, в-третьих – Лесной кодекс, по которому уже 15 лет живет Россия.
"Это был крайне неудачный Лесной кодекс, который уже на 80% переписали, но он все равно остается крайне неудачным. Огромная проблема была в том, что в нем фактически ликвидировали всю систему ликвидации лесных пожаров, – подчеркивает Григорий Куксин. – Авиационная охрана на федеральном уровне была разрушена. Ее остатки достались регионам, но регионы не смогли удержать ни парк воздушных судов, ни штат людей".
"А еще была разрушена вся система охраны лесов: самого понятия "охрана лесов" нет в кодексе 2006 года, – замечает представитель Greenpeace. – После пожаров 2010 года она снова появилась, но восстановить систему так и не удалось. Наконец, одна из главных проблем – в том, что распалось профессиональное сообщество. Квалифицированных людей очень мало в сфере охраны лесов, их очень сложно туда затащить, а уж тем более – в охрану лесов от пожаров. Это очень нужная профессия, но зарплата ничтожная (зарплата в сфере лесной охраны в среднем не превышает 30 тысяч рублей – СР). Боюсь, даже если сейчас будут приняты какие-то правильные шаги, на восстановление системы охраны лесов уйдут годы. Настолько тяжелая ситуация".
"Раньше был штат пожарных, который следил и тушил пожары, но их давно всех сократили, – подчеркивает Евгения Тюменцева из Якутии. – Почему каждый год проблема с пожарами? Наверное, экономически нецелесообразно тушить такие масштабы в труднодоступных местах. Поэтому ждут, пока само прогорит. А потом остановить сложнее".
Изначально текст опубликован на сайте Сибирь.Реалий