«Гитлер сошел с ума». Почему немцы проиграли под Москвой
Более миллиона солдат, тысячи орудий, сотни танков и самолетов — 80 лет назад началось судьбоносное для страны контрнаступление под Москвой. В декабре 1941-го немцы потерпели первое крупное поражение во Второй мировой. Время блицкригов прошло: вермахт отбросили от советской столицы, освободили несколько соседних областей.
Момент для удара
В конце ноября и начале декабря 1941-го войска группы армий «Центр» вплотную приблизились к Москве. Враг занял Солнечногорск, Яхрому, Красную Поляну, форсировал реку Нара севернее и южнее Наро-Фоминска, стоял у Каширы и восточнее Тулы. Советская столица была самым желанным трофеем для Гитлера: на штурм он бросил больше танковых и моторизованных дивизий, чем в мае 1940-го против Франции, Бельгии и Нидерландов, вместе взятых.
На Москву шли 1,8 миллиона солдат, 1170 танков, 13,5 тысячи орудий и минометов, не менее 600 самолетов. Немцев было больше, чем обороняющихся, но они слишком растянулись, солдат измотали длительные наступление и упорное сопротивление красноармейцев. Кроме того, гитлеровцам не хватало зимнего обмундирования. Руководство СССР понимало: самое время для ответной атаки.
Главный удар наметили к северу от столицы — на правом крыле фронта, где держали оборону 30-я и 16-я армии и куда из резерва Верховного Главнокомандования перебросили 1-ю ударную и 20-ю армии. Всего для операции подготовили 1,1 миллиона военнослужащих, 774 танка и около тысячи самолетов.
Все вперед!
Контрнаступление началось 5 декабря — с атаки левого крыла Калининского фронта. К 7 января советские войска с напряженными боями вышли к Волге северо-западнее и восточнее Ржева и продвинулись на 60-120 километров в южном и юго-западном направлениях. Армии правого крыла Западного фронта выступили 6 декабря и освободили Истру, Клин и Волоколамск. Отбросив врага на запад на 90-110 километров, они ликвидировали угрозу обхода Москвы с севера.
На левом крыле Западного фронта нанесли несколько мощных ударов по глубоко вклинившейся в оборону 2-й танковой армии вермахта. Опасаясь ее окружения восточнее Тулы, гитлеровцы отступили. К 16 декабря угрозу Москве с юга также устранили. Именно в тот день Гитлер запретил отход крупных соединений войск на больших пространствах. Группе армий «Центр» приказали ликвидировать прорывы и удерживать оборону.
Приказ возмутил германских военачальников, понявших, что Гитлер слабо представляет реальное положение на фронте. Распоряжение фюрера посчитали главной причиной высоких потерь в Московской битве.
«Вчера, после временами очень тяжелых боев, мы смогли сдержать давившего на нас противника, — писал в конце декабря генерал Готхард Хейнрици. — Хотя это и не меняет общей ситуации, которая все еще более чем серьезна. Теперь даже Верховное командование осознало, что на кону стоит судьба всей кампании. До этого никто не слышал наши предостерегающие окрики. И на верхнем, и на нижнем уровнях было написано достаточно рапортов о состоянии и слабости наших войск. Игнорируя недостаток зимнего обмундирования, неполноценное питание, неудовлетворительное снабжение и недостаточное количество людских сил, Верховное командование желало наступать на Москву, а Гудериан — на Тулу. Все предосторожности были отринуты. Теперь они заявляют: пожертвуйте собой, чтобы ситуация вновь выправилась».
Свежие соединения Красной армии напирали. Под Новый год противника отбросили на 250 километров, нанеся тяжелый урон 38 немецким дивизиям. Освободили больше 11 тысяч населенных пунктов. В январе 1942-го Ставка ВГК приказала начать общее наступление под Ленинградом — на юго-западном и западном направлениях, чтобы окружить и разгромить главные силы группы армий «Центр».
Наступление остановилось лишь 20 апреля 1942-го. Немцы отошли на запад на 150-400 километров. Московскую и Тульскую области, многие районы Калининской и Смоленской областей очистили от врага. И хотя группу армий «Центр» уничтожить не удалось, она понесла серьезные потери: более 500 тысяч убитых, раненых и пропавших без вести, 1,3 тысячи уничтоженных танков, 2,5 тысячи орудий и другой техники. Германия потерпела первое крупное поражение.
Герои контрнаступления
В канун 80-й годовщины контрнаступления под Москвой Минобороны России рассекретило архивные данные о событиях тех дней. Особое внимание уделили подвигам красноармейцев. В Московской битве почти 40 частей и соединений получили звания гвардейских, 36 тысяч советских воинов — ордена и медали, 187 человек стали Героями Советского Союза.
В первый же день контрнаступления подвиг совершил экипаж танка лейтенанта Павла Гудзя. На рассвете 5 декабря их КВ-1 атаковал немецкие танки в подмосковной деревне Нефедьево и за три часа уничтожил десять машин противника. После боя бойцы насчитали на броне 29 вмятин от снарядов. Командира наградили орденом Ленина.
Московская битва стала звездным часом и для артиллеристов. Так, командир минометной роты 29-й стрелковой бригады лейтенант Григорий Пыстогов отличился при освобождении Клина. В наградном листе к ордену Ленина говорится, что 12 декабря 1941-го офицер захватил немецкую противотанковую пушку. «За неимением специалистов товарищ Пыстогов сам лично наводил орудие, один уничтожал огневые точки противника прямой наводкой и одновременно командовал ротой. А 14 декабря на окраинах Клина товарищ Пыстогов эту же самую пушку выкатил вперед пехоты и толкал ее руками. Внезапно восемь танков выходят на дистанцию 150-200 метров от пушки. Огонь! Два танка вывел из строя, остальные завернули обратно. Благодаря этому пехота смогла продвинуться вперед».
Геройски воевали и пехотинцы. Например, политрук 3-й роты 1-го отдельного лыжного батальона 29-й стрелковой бригады Филипп Оборин с группой бойцов незаметно пробрался в деревню Семишкино, занятую немцами. Грамотно распределив силы по населенному пункту, он приказал одновременно открыть огонь по гитлеровцам. Те были вынуждены оставить деревню. В результате рискованных действий политрука противник с потерями отошел за канал Москва — Волга в районе Яхромы. Линия обороны советских войск была восстановлена. А Оборину вручили орден Красного Знамени.