Посёлки-призраки. 30 коттеджных городков в Подмосковье никогда не достроят

Журналист «АиФ» побывал в заброшенных посёлках и раскопал их историю. При чём здесь коррупция? Горнолыжный парк «Сорочаны» как на ладони с крутого холма села Ильинское. А под холмом – у речки Яхромы – несостоявшийся посёлок для тех, кто хотел бы отдыхать в «подмосковной Швейцарии». К 2008 г. первая очередь этого комплекса уже была готова под чистовую отделку. Трёхэтажные блочные дома с апартаментами, рестораном, кинозалом, бассейном вытянулись всего в нескольких десятках метров от речной воды. Не каждый инвестор смог бы получить разрешение на строительство в таком месте. Но среди главных владельцев «Русской инвестиционной группы» («РИГрупп»), строившей на Яхроме, была Жанна Буллок – жена тогдашнего министра финансов Московской области Алексея Кузнецова. Её проекты ни в чём не знали отказа. Всё изменилось после того, как семейство в полном составе попало под следствие, растянувшееся на много лет. За махинации, которые привели к многомиллиардным хищениям из бюджета Московской области, в 2018 г. Буллок, име­ющая американское гражданство и живущая в США, была заочно приговорена к 11 годам. Кузнецов, сбежавший за рубеж после отставки с поста министра, в январе этого года был экстрадирован в Россию, и летом над ним начался суд. А «РИГрупп» обанкротилась и была ликвидирована. «Сначала они поставили в своём посёлке охрану, – вспоминает житель Ильинского дед Валентин. – А потом охранники сами начали воровать и распродавать стройматериалы. Мне лично стеклопакет за 5000 руб. предлагали». Ступеньки брошенных строений уже поросли мхом. Со стен сбита щеголеватая керамическая облицовка. Окрестные жители на разваливающиеся дома не обращают внимания. «Вот только рыба в Яхроме исчезла, как вокруг стали строить», – сетует Валентин. А что местные власти? В администрации Дмитровского городского округа Московской области «АиФ» сообщили, что в 2018 г. земля под заброшенным посёлком продана другой частной компании. Она же купила недостроенные дома. Развлекательно-туристический комплекс под «Сорочанами», возможно, всё же появится. Но когда это произойдёт, неизвестно. Почему не разбирают долгострой? По информации компании «ИНКОМ-Недвижимость», сегодня в Подмосковье заморожено до 100 проектов по строительству загородного жилья. Среди них как посёлки, начатые 10–15 лет назад, так и более молодые. Чаще всего это участки без домов. Шансы на их освоение в будущем есть, если удастся перепродать землю новому инвестору. И около 30 посёлков, где стоят недостроенные стены, брошены уже навсегда. «Незавершённые объекты продать труднее. А если строительство остановлено из-за нарушений, ставящих под сомнение законность строительства, то почти невозможно, – рассказывает руководитель аналитического центра компании «ИНКОМ-Недвижимость» Дмитрий Таганов. – Теоретически местные власти могут потребовать от застройщика снести посёлок. Но если он был брошен больше 10 лет назад, то компании, которая занималась проектом, уже нет. Предъявлять претензии некому. А разбирать строения на бюджетные деньги слишком накладно». По оценке Таганова, в 50% случаев застройщики посёлка бросают проект, не найдя на его продолжение денег. Ещё четверть случаев связана с трудностями, из-за которых не удаётся подвести электричество, канализацию и другие коммуникации. Ну а оставшаяся четверть причин заморозки – проблемы с оформ­лением разрешений на строительство и регистрацией прав собственности. Нередко бывает, что застройка начинается при одном главе администрации, а продолжается при другом. А вместе со сменой власти меняются и правила, которые она требует соблюдать. Сколько длятся суды? Истории недостроенного посёлка «Поляна» на окраине Балашихи уже 21 год. И каких только поворотов в ней не было! В 90-е местная администрация предоставила участки под коттеджное строительство, не определив их границы и не переведя из сельхозземель в категорию земель населённых пунктов. Через несколько лет это стало причиной отказа в постановке участков на кадастровый учёт, регистрации аренды земли и длинной судебной тяжбы, которая длится до сих пор. Администрация Балашихи пыталась добиться сноса незавершённых строений, но не смогла. ООО «Новая эра» – правопреемник первоначального инвестора проекта – в 2013 г. получило-таки судебное решение, открывающее путь к продолжению строительства. Но вдруг через полтора десятка лет после начала проекта выяснилось, что спорная земля попадает в охранную зону Минобороны и на ней вообще строить нельзя. В итоге апелляционный арбитражный суд прежнее решение отменил. Заброшенные бетонные коробки на границе с Балашихой тем временем осваивают бомжи. Минувшим летом в одной из них сгорела крыша. При этом у недостроенных коттеджей есть собственники из числа граждан, вложивших в них свои кровные. Почему власти не защищают их собственность так же, как права обманутых дольщиков? «Покупатели проблемных коттеджей и таунхаусов – чаще всего соинвесторы, которые стремятся сэкономить, купив ещё не построенное жильё, и поэтому разделяют риски с застройщиком посёлка, – поясняет ситуацию Таганов. – К тому же законодательство по регулированию загородного строительства в России не развито. А стимула серьёзно заниматься его проблемами у государства нет: интерес к загородному жилью в последние годы резко упал. Если 10 лет назад рынок новой загородной недвижимости Подмосковья на 80% состоял из коттеджей и на 20% из таунхаусов, то после кризисов 2008–2014 гг. девелоперы перешли на наиболее доступные для массового покупателя проекты – преимущественно участ­ки без подряда на строитель­ство. Есть заброшенные посёлки и в других регионах. Больше всего их там, где выше уровень жизни и больше загородных проектов. А причины появления недостроя везде одинаковые».