Как на сцене Камерного театра воплотили роман Федора Сологуба
Молодой режиссер Тимур Кулов и труппа Челябинского Камерного театра замахнулись на «Мелкого беса». Текст, разумеется, существенно сократили, действие порубили на 16 актов-рефлексий и перенесли его в некое безвременье, где хорошо уживаются вроде бы начало XX века с приметами вроде бы века нынешнего.
Получилось... задорно.
Важный факт: когда Федор Сологуб создавал роман — на стыке XIX и XX веков — он фактически использовал зарисовки с натуры. Жизнь в городках Вытегра и Великие Луки, беспощадно тягомотная, провинциальная, беспросветная, и стала, по сути, главным героем «Мелкого беса».
В основу повествования легла совершенно реальная история учителя Ивана Ивановича Страхова (прототип Ардальона Борисовича Передонова). Он был одержим идеей получить инспекторское место и в конце концов сошел с ума.
Как уместить классическое произведение в спектакль продолжительностью менее чем два часа без антракта? Выбрать ключевые сцены и сцепить их чем-то современным, тем, на что у зрителя будет моментальный рефлекс узнавания: песенка, танец, внезапные рюкзак и бейсболка на голове гимназиста. Можно даже добавить ролевых игр ученицы с учителем. То ли это старая Россия, то ли самая новейшая — кто его разберет. Тем более что в провинциальных городках за сто с лишним лет вообще мало что переменилось.
Ардальон Борисович Передонов — человек отвратительный, но все же имеет цель, оправдывающую средства: вырваться из городишки и мелкой гимназии в инспекторы. Он живет с «троюродной сестрой» Варварой, которая ему через свою знакомую княгиню и обещала заветную должность. Варвара требует жениться, Ардальон ждет от нее решения вопроса.
Ходит по домам гимназистов и получает удовольствие, высекая их розгами. Водит дружбу с теми, на фоне кого кажется себе не совсем пропащим. Вокруг мелко и дряхло шевелится жизнь: тут три сестры Рутиловы в девках засиделись, там приехало то ли мальчик, то ли девочка, а еще и сам городничий развратничает с известными барышнями. Наемные квартиры, тусклые кабинеты, пивнушки с желтыми фонарями.
Есть, конечно, и в этом всем проблески упругой живости, не поддающейся мраку свежести; но все же это тот случай, когда среда в подавляющем большинстве случаев съедает своих жителей. От такого не то что недотыкомка померещится, а еще что похуже. Федор Сологуб писал роман 10 лет и смог передать душность этой жизни в каждой фразе, каждом обороте, каждом эпитете. А какие инструменты есть у театрального постановщика?
Режиссер Тимур Кулов, вероятно, попытался сосредоточиться на генеральной линии главного героя — показать, как человек, не совсем лишенный интеллекта и зачатков здравомыслия, в конце концов, из-за душевной бедности и одержимости сходит с ума. Постепенно, шаг за шагом. Каждый шаг — рефлексия. А всего в спектакле их 16. Роль Передонова досталась молодому актеру Александру Сметанину, и он справился с ней просто блестяще: сыграть мерзавца так, чтобы понравиться зрителю — нужен большой талант. Человек, не отрицающей темной стороны своей натуры, непременно задастся вопросом: а чем уж я так лучше этого подлеца Передонова? И не стал ли бы я таким же животным, если бы мне довелось существовать вот в таких условиях?
У каждого под кроватью — свой мелкий бес, напоминают нам со сцены со ссылкой на прекрасного писателя Сологуба.
Хороши Мария Беляева в роли Варвары, Никита Савиных в роли Володина, Антон Ребро в роли Рутилова. Дарья Чакина сверхубедительно играет андрогинного юношу-девочку, Игорь Миногин — утомленного начальственной деятельностью директора гимназии. Вообще все актеры на своем месте настолько, что... жаль, что им не дали сыграть полноценный спектакль в два с половиной часа с антрактом.
Кстати, о недотыкомке. В каких только образах не являлся черт персонажам классической русской литературы, но поверьте, такого воплощения, как на сцене Камерного театра, вы наверняка еще не видели. На всякий случай запаситесь удивлением. И еще — терпением: придется много читать с экрана, не отвлекаясь при этом от основного действа на сцене.
«Этот роман — зеркало, сделанное искусно.
Я шлифовал его долго, работая над ним усердно. Ровна поверхность моего зеркала, и чист его состав. Многократно измеренное и тщательно проверенное, оно не имеет никакой кривизны. Уродливое и прекрасное отражаются в нем одинаково точно», — писал Сологуб в предисловии ко второму изданию. Впрочем, даже если вы романа не читали, то ощутите примерно то же самое: у Камерного театра, в целом, получилось соблюсти баланс уродливого и прекрасного. Ну и, конечно, хэппи-энда в этой истории никто не обещал — если в первом же действии (рефлексии) на стене появляются ножи, то они обязательно выстрелят.