Владельцы бань и хозяин «России»
Яркий, охристой краски, с затейливым лепным декором и мансардами на крыше, дом 60 по набережной Мойки был всего лишь внешней стороной многообразного и разнонаправленного бизнеса петербургских купцов Николая и Ивана Соболевых. Как в переносном смысле, - так и в прямом: во дворах за этим приметным зданием у Красного моста располагались принадлежавшие домовладельцам Гороховые бани, которые пусть и не служили головным предприятием братьев, но приносили неплохой барыш. Целых шесть корпусов бань.
Надо сказать, что были братья купцами не родовитыми, а скоробогатыми – выходцами из крестьян Холмогорского уезда Архангельской губернии. Правда, крестьянами они были не крепостными, а государственными, - а это, как говорится, совсем другое дело. Государственный крестьянин имел право вести розничную и оптовую торговлю, выступать в суде, владеть заводами и фабриками, и даже приобретать в собственность землю. По-хорошему, единственное, чего он не мог – так это владеть крепостными. За все эти вольности казна получала денежный оброк – в пределах 10 рублей в год. В общем, никаких особых проблем не было в том, чтобы договориться с общиной, да отправиться на промысел, или заняться торговлей.
Первым это сделал старший брат, Николай. Сперва область его бизнес-интересов не распространялась за пределы родных краев, так что в собственности у него оказались лесопилка и известковый завод под Вытегрой. Но по ходу дела Соболев задумался о рынках сбыта. А что может быть в этом плане лучше, чем вечно строящаяся столица?! И он двинул покорять Петербург, где с 1844 года стал числиться 3-й гильдии купцом. Управлять основанными им предприятиями остался младший брат. Причем пока Николай налаживал торговые связи в городе на Неве, Иван к семейному делу добавил еще и торговлю хлебом: все равно обозы со стройматериалами в Петербург идут, - отчего бы не добавить к ним подводу-другую с зерном? Благо столица она такая, - все съест, сколько ни дай! И торговля эта постепенно выросла в оптовую.
За следующие десять лет бизнес сложился и развился настолько, что Николай Николаевич перестал справляться с ним в одиночку, - пришлось в 1854-м младшему брату тоже перебираться в столицу и записываться в купцы, поставив на предприятиях надежных управляющих. В это же примерно время Соболевы приобрели не сохранившийся до сегодняшнего дня дом 58 по набережной Мойки. А поскольку денег хватало, а неуемный характер требовал попробовать чего-нибудь новенького, то заодно – еще и находившиеся рядом бани, носившие имя Талевские – по имени владельца, купца Христофора Таля. Впрочем, это название вскоре забылось, и бани стали именоваться Гороховыми – по названию близлежащей улицы.
Еще лет за пять фирма разрослась настолько, что можно было подумать о расширении бизнеса уже до масштабов всей европейской части России. Поэтому Иван Соболев перебрался в Нижний Новгород, чтобы рулить хлебной торговлей оттуда. В Нижнем он приобрел три парохода, два десятка барж, выстроил себе дом, а рядом с ним, - правильно! – общественную баню, как в Петербурге. Очень уж ему понравилось это дело. Брат же его, оставшийся в столице, тоже не терял времени. В 1872 году на участке 60 по набережной Мойки он построил четырехэтажный дом по красной линии, отгородив его фасадом прибыльные, но не очень красивые банные корпуса.
Прежнее свое жилище по соседству Николай Николаевич превратил в доходный дом, а в новом здании открыл гостиницу «Россия», потратив на ее сооружение 120 000 рублей. Разумеется, известь для кладки стен и штукатурных работ поставлялась с его собственного завода под Вытегрой, а бревна для перекрытий и стропил – с его же лесопилки, - потому так дешево все и вышло.
«Россия» позиционировалась как «лучшая семейная гостиница» с завтраками и обедами. На первом этаже располагался буфет с выходом на набережную и подсобные помещения – кухня с кладовыми, прачечная и так далее, - на втором – банкетный зал, 6 номеров люкс и несколько попроще, хозяйская квартира и контора Соболева, а на третьем и четвертом – «номера для приезжающих», сдававшиеся посуточно. Отдельной лестницей отель соединялся с банями – номерным отделением для чистой публики, и более простым «тридцатикопеечным», - и с оборудованной мраморными ванными мыльней.
До самой своей смерти в 1892 году Николай Николаевич Соболев прожил в своей гостинице при банях, продолжая управлять созданной им многопрофильной компанией. Детей у него не было, младший брат Иван умер в 1878-м, а вдова и дочь брата столичной недвижимостью не дорожили, так что за семь лет до наступления нового века и гостиница, и бани были проданы новому владельцу.
А вот фирма оказалась сколочена настолько крепко, что исправно работала до самой революции и даже немного после.
Надо сказать, что были братья купцами не родовитыми, а скоробогатыми – выходцами из крестьян Холмогорского уезда Архангельской губернии. Правда, крестьянами они были не крепостными, а государственными, - а это, как говорится, совсем другое дело. Государственный крестьянин имел право вести розничную и оптовую торговлю, выступать в суде, владеть заводами и фабриками, и даже приобретать в собственность землю. По-хорошему, единственное, чего он не мог – так это владеть крепостными. За все эти вольности казна получала денежный оброк – в пределах 10 рублей в год. В общем, никаких особых проблем не было в том, чтобы договориться с общиной, да отправиться на промысел, или заняться торговлей.
Первым это сделал старший брат, Николай. Сперва область его бизнес-интересов не распространялась за пределы родных краев, так что в собственности у него оказались лесопилка и известковый завод под Вытегрой. Но по ходу дела Соболев задумался о рынках сбыта. А что может быть в этом плане лучше, чем вечно строящаяся столица?! И он двинул покорять Петербург, где с 1844 года стал числиться 3-й гильдии купцом. Управлять основанными им предприятиями остался младший брат. Причем пока Николай налаживал торговые связи в городе на Неве, Иван к семейному делу добавил еще и торговлю хлебом: все равно обозы со стройматериалами в Петербург идут, - отчего бы не добавить к ним подводу-другую с зерном? Благо столица она такая, - все съест, сколько ни дай! И торговля эта постепенно выросла в оптовую.
За следующие десять лет бизнес сложился и развился настолько, что Николай Николаевич перестал справляться с ним в одиночку, - пришлось в 1854-м младшему брату тоже перебираться в столицу и записываться в купцы, поставив на предприятиях надежных управляющих. В это же примерно время Соболевы приобрели не сохранившийся до сегодняшнего дня дом 58 по набережной Мойки. А поскольку денег хватало, а неуемный характер требовал попробовать чего-нибудь новенького, то заодно – еще и находившиеся рядом бани, носившие имя Талевские – по имени владельца, купца Христофора Таля. Впрочем, это название вскоре забылось, и бани стали именоваться Гороховыми – по названию близлежащей улицы.
Еще лет за пять фирма разрослась настолько, что можно было подумать о расширении бизнеса уже до масштабов всей европейской части России. Поэтому Иван Соболев перебрался в Нижний Новгород, чтобы рулить хлебной торговлей оттуда. В Нижнем он приобрел три парохода, два десятка барж, выстроил себе дом, а рядом с ним, - правильно! – общественную баню, как в Петербурге. Очень уж ему понравилось это дело. Брат же его, оставшийся в столице, тоже не терял времени. В 1872 году на участке 60 по набережной Мойки он построил четырехэтажный дом по красной линии, отгородив его фасадом прибыльные, но не очень красивые банные корпуса.
Прежнее свое жилище по соседству Николай Николаевич превратил в доходный дом, а в новом здании открыл гостиницу «Россия», потратив на ее сооружение 120 000 рублей. Разумеется, известь для кладки стен и штукатурных работ поставлялась с его собственного завода под Вытегрой, а бревна для перекрытий и стропил – с его же лесопилки, - потому так дешево все и вышло.
«Россия» позиционировалась как «лучшая семейная гостиница» с завтраками и обедами. На первом этаже располагался буфет с выходом на набережную и подсобные помещения – кухня с кладовыми, прачечная и так далее, - на втором – банкетный зал, 6 номеров люкс и несколько попроще, хозяйская квартира и контора Соболева, а на третьем и четвертом – «номера для приезжающих», сдававшиеся посуточно. Отдельной лестницей отель соединялся с банями – номерным отделением для чистой публики, и более простым «тридцатикопеечным», - и с оборудованной мраморными ванными мыльней.
До самой своей смерти в 1892 году Николай Николаевич Соболев прожил в своей гостинице при банях, продолжая управлять созданной им многопрофильной компанией. Детей у него не было, младший брат Иван умер в 1878-м, а вдова и дочь брата столичной недвижимостью не дорожили, так что за семь лет до наступления нового века и гостиница, и бани были проданы новому владельцу.
А вот фирма оказалась сколочена настолько крепко, что исправно работала до самой революции и даже немного после.