Как счастливо прожить до 100 лет

Родилась в 1923-м, и все эти годы живёт в мире и согласии со всеми. Редко кто может сказать так о своей жизни, а вот она – может. За несколько дней до дня рождения я позвонила ей. Она меня узнала и сказала: «Приходите, приходите! Поговорим. А Слава (сын) уехал по делам ветеранской организации».У Бога все равныВместе с Ириной Пантелеевой, которая доводится ей двоюродной племянницей, приехали, звоним. Открывает дверь быстро, наверно, у окна сидела и ждала. Так и оказалось.Над добрыми людьми время не властно. У Татьяны Николаевны такая же улыбка и голос всё тот же – звонкий и приветливый. Провожает нас в столовую, где кипит чайник, а на столе стоят кружки и вазы с конфетами и печеньем.– Вот чайку попейте сначала, а потом уж и поговорим, – приглашает она. Пьём чай, а хозяйка в это время по нашей просьбе вспоминает и детство, и то, как бегала по плотине Запасного пруда в среднюю школу №3 в Выксе, как после семи классов поступила в фельдшерскую школу в Павлове. Так судьбе было угодно. Эта профессия стала её призванием. Она так точно ставила диагнозы своим пациентам в ФАПах, что удивлялись даже врачи. Откуда у неё этот дар? В роду лекарей не было. Зато было родовое качество – стремление помочь каждому, кто в том нуждался. Подвезти соседа, поделиться крынкой молока, поддержать в хозяйстве. – Татьяна Николаевна, а помните, вы рассказывали, как приютили немку? – спрашивает Ирина Николаевна. – Немку-то? Ну какая она немка. Дело было уже после войны. Парень служил в армии в Барнауле и привёз с собой жену. Она оказалась немкой, из немецкой колонии. Красивая девушка. Вот парень и влюбился на свою голову. И любили они друг друга. Мать как узнала, кто у неё сноха, подняла истерику. Да и родня заартачилась. Мать кричала: «Ты кого привёз? Фашистку привёз? На порог не пущу!». Я в это время в ФАПе в Грязной работала. Девушка плачет, жених в растерянности. Я тогда ему сказала, мол, не переживай, пусть поживёт у меня. Мне казалось, что мать одумается, но нет, та по-прежнему злобствовала. А парень страдал, тайно от матери приходил ко мне в ФАП, говорил, что очень жалеет Веру (так мы называли её на русский манер), но не в силах бороться с матерью. Так Вера и жила со мной. Через какое-то время она уехала в Германию. Мы с ней переписывались, она звонила по телефону, а мне не разрешала, говорила, что экономит мои деньги. Писала, что вышла замуж, и что у неё два сына. А то, что она немка, так и что? У Бога все равны. – Самое памятное событие для вас? – спрашиваю я. И, видно, в связи с только что рассказанной историей она вспомнила другую. – Когда началась Великая Отечественная война, мой отец, Николай Тихонович Денежкин 1900 года рождения, ушёл на фронт. Участник Сталинградской битвы. Там его ранило. Перевязку кто-то сделал на поле боя. Долго пролежал в снегу, потом его нашли санитары, отправили в госпиталь в Саратов. Он писал маме письма, в которых сообщал, что у него держится высокая температура. «Я не жилец. Ноги отняли. Пишите мне скорее». В сентябре 1942 года он умер.Мы с мамой в 1950-х годах поехали в Саратов, чтобы найти его могилку. С гостиницами было плохо, мест нет. Я начала плакать. И тут вдруг выходит сотрудница (или горничная) с ключами, мама рассказывает ей про нашу беду. Та выслушала и говорит: «Пойдёмте со мной». Привела в комнату со всеми удобствами, и даже чайник с заваркой стоял на столе. Мы отдохнули, а наутро поблагодарили нашу добрую фею и отправились на кладбище. Кстати, с нас за проживание не взяли ни копейки.На кладбище нашли холмик с табличкой под номером 1192 и надписью: Денежкин Николай Тихонович. Год рождения 1900 – сентябрь 1942. Потом уже, спустя несколько лет, в Саратов поехал мой сын. На месте кладбища воздвигнут мемориальный комплекс с именами павших. Среди них и имя моего отца.Благодарить за всёОна работала в разных ФАПах, в разных сёлах и посёлках, в Сноведи и Семилово, в Грязной и Борковке. Никогда не жаловалась, что тяжело или устала. Таких слов в её лексиконе просто не было. Человеку плохо, с ним беда, значит, надо идти. На неё надеялись и ей верили. Сколько было тяжёлых моментов, даже она со своей светлой памятью забыла. Но один очень запомнился.  …За ней приехали ночью. Тяжёлые роды. Предлежащее положение ребёнка. Начались потуги. И появилась головка, обтянутая кожей, без черепной кости. Мать спасли, а младенца отправили в Выксу. Потрясение было таково, что Татьяна Николаевна плакала, жалея женщину, которая выносила младенца, родила, но вот… Женщина потом уехала из Сноведи. Много было таких моментов, когда и жизнь самой фельдшерицы висела на волоске. Чего стоит встреча с волками на дороге. Но то ли волки были сыты, то ли крик испугал их. После этого дедушка подвозил внучку на повозке. Но напрягать дедушку не хотелось, и она бесстрашно бегала одна по лесным тропинкам. Со своим будущим мужем познакомилась не-ожиданно. Татьяна всегда помогала по хозяйству и дедушке с бабушкой, и родителям. Всегда в делах – то корову подоить, то кур накормить, всегда в фуфаечке, в шапке. У брата был друг Сергей. И вот однажды сели ужинать. Таня оказалась между отцом и братом. На ней белая шёлковая кофточка, лицо открытое, глаза большие, волосы слегка вьются. Сергей так и не мог отвести от неё глаз. «Кто это?» – спрашивает Василия. «Да ты что! Это сестра моя, Татьяна!» – «А я всё думал, что эта девушка помогает вам по хозяйству!»Так и познакомились.  – И всё-таки, что помогает вам жить? – не унимаюсь я. – Люди, которые встречались на моём пути. Их благодарность. Мой сын, который со мной и который и поддерживает, и любит, и окружает меня заботой и вниманием. Ещё, конечно, и то, что я никогда ни с кем не ссорюсь. Со всеми мирно живу. 

1940 год. Татьяна Баранова (вторая справа) со студентами фельдшерской школы

От души поздравляем Татьяну Николаевну с юбилеем! Здоровья и мира!