К 200-летию наводнения в Петербурге

200 лет назад 19 ноября (7 ноября по старому стилю) 1824 года в Петербурге произошло крупнейшее в истории города наводнение. В тот день максимальный уровень подъёма воды в Неве достиг 421 сантиметра выше ординара. Стихия унесла жизни нескольких тысяч горожан и причинила огромный ущерб городу. Это наводнение описано в поэме Александра Сергеевича Пушкина «Медный всадник». В издании «Летопись петербургских наводнений 1703–1879 гг.», размещённом в фонде Президентской библиотеки, собраны воспоминания очевидцев и показано, как российские императоры вместе с горожанами переживали последствия стихии. Автор книги Пётр Каратыгин пишет, что «наводнения для Петербурга то же, что извержения Везувия для Неаполя». Первое в истории города крупное наводнение, когда вода поднялась на 200 сантиметров, произошло через три месяца после основания Петербурга – в августе 1703 года: «работы по возведению бастионов Петропавловской крепости по плану, начертанному Петром, были в полном разгаре, но 19 августа внезапно были прерваны наводнением; оно разнесло часть леса и строительных материалов и превратило лагерь наших войск, на рубеже нынешней Петербургской и Выборгской сторон, в непроходимое болото». Свой «возлюбленный Петербург» Пётр I называл «парадиз», что означает рай. В письме к Александру Меншикову «из Парадиза» Пётр сообщал о наводнении, произошедшем в сентябре 1706 года: «Третьего дня (9-го сентября) ветром вест-зюйд (юго-западным. – Ред.) такую воду нагнало, какой, сказывают, не бывало. У меня в хоромах было сверху пола 21 дюйм (53,3 сантиметра. – Ред.), и по городу, и на другой стороне по улице свободно ездили на лодках. Однако недолго вода держалась: менее трёх часов. И очень утешно было смотреть, что люди по кровлям и по деревьям, будто во время потопа, сидели – не только мужики, но и бабы. Вода, хотя и очень велика была, беды большой не сделала». Большая беда пришла в сентябре 1777 года во время царствования Екатерины II. Тогда стремительный подъём воды привёл к многочисленным жертвам и разрушениям: «почти весь Петербург был на два локтя под водой, а Васильевский остров и Петербургская сторона претерпели весьма много: малые дома, мосты и деревья сделались жертвою сего наводнения». Буря нанесла огромный вред садам и рощам. В Летнем саду было повреждено множество лип и разрушены фонтаны. Императрица накануне бури возвратилась в Петербург из Царского Cела и так описывала порывы ветра: «понеслось в воздух всё, что угодно: черепицы, железные листы, стёкла, вода, град, снег». После этого наводнения Екатерина II подписала Указ об учреждении в городе специальных знаков и сигналов, оповещающих о начале стихии. О том, что вода подступает к берегу, извещали три выстрела из пушки, днём поднимали красные флаги на самых высоких домах, а ночью горели «тревожные» фонари. Кроме того, по улицам ходил барабанщик. Если же вода поднималась до такого уровня, что могла затопить город, из пушек Адмиралтейства палили пять раз.  Очевидцы наводнения 1777 года уверяли своих детей, что оно было «более бедственнее, нежели наводнение 1824 года», а между тем последнее гораздо глубже врезалось в память петербургских жителей. Накануне разгула стихии 18 (6) ноября с Финского залива дул сильный ветер. К вечеру погода стала ухудшаться и в Неву начала прибывать вода, а ночью разыгралась буря. Ранним утром на Адмиралтейской башне были зажжены сигнальные фонари, предупреждающие жителей Петербурга об угрозе наводнения. Через несколько часов Нева, а также другие реки и каналы вышли из берегов даже там, где были высокие набережные. Весь город, за исключением Литейной и Рождественской частей, был залит водой почти в рост человека. К утру «разъярённые волны свирепствовали на Дворцовой площади, которая с Невою составляла одно огромное озеро, излившееся Невским проспектом, как широкою рекою, до самого Аничкового моста». Нева, со слов очевидца событий, «представляла страшную и плачевную картину. По ней неслись с Васильевского острова к Охте барки с сеном, дровами, углём, плоты, разные суда и обломки строений, на которых погибавшие с распростёртыми руками молили о спасении». На следующий день перед жителями города предстали «следы столь разрушительного и ужасного наводнения». Больше всего пострадали Васильевский остров, Коломна, Екатерингоф. Практически все жилые и нежилые строения были повреждены. Поперёк улиц стояли и лежали снесённые дома и крыши. Люди не могли узнать знакомых улиц, настолько их облик изменила стихия. Уже после наводнения жители города вспоминали беспечно забытый ими «мудрый закон Петра I», требующий, чтобы во всех домах были лодки. Как только вода отступила, император Александр I отправился на Галерную улицу. Там перед ним «предстала страшная картина разрушения». Поражённый, он остановился и вышел из экипажа; «несколько минут стоял он, не произнося ни слова; слёзы медленно текли по щекам». После разгула стихии были приняты активные меры для облегчения участи пострадавших: по улицам города развозили хлеб, тёплую одежду, были учреждены временные приюты в больницах и частных домах. Император Александр I пожаловал миллион рублей для безвозмездной раздачи бедным, и его примеру последовало много частных лиц. О поддержке учреждений и жителей города можно узнать, ознакомившись с «Делом о выдаче пособия служащим Петербургского учебного округа, пострадавшим от наводнения 7 ноября 1824 года»; «Делом о пособии чиновникам, пострадавшим от наводнения 7 ноября 1824 года»; «Делом по донесению президента Академии наук о погибшем народе во время наводнения 14–19 ноября 1824 года» и другими документами на портале Президентской библиотеки. Петербург пережил ещё несколько больших подъёмов воды, однако уровень 1824 года так и остался рекордным в истории города. Наводнение 1824 года было «явление исключительное, а в летописях местной навигации – единственное. Северо-западный ветер, остановивший течение Невы, дул постоянно и с одинаковою силой целых 12 часов без малейшего уклонения. Как только он изменился немного к северу, то вода стала убывать». «Несчастьем невских берегов» назвал Александр Сергеевич Пушкин наводнение 1824 года в «Медном всаднике»: «Ужасный день! // Нева всю ночь // Рвалася к морю против бури». На портале Президентской библиотеки представлен «План Санкт-Петербурга после наводнения 1824 года». Ровно через сто лет после наводнения, которое описал А. С. Пушкин, в городе на Неве снова бушевала стихия. «В тяжёлый день, 23 сентября 1924 года, легко было убедиться на улицах Ленинграда, внезапно превратившихся в бешеные потоки, что жители этого города опасности не боятся, панике не поддаются», – читаем в издании «Ленинград в борьбе с наводнениями» (1925). Последствия наводнения запечатлены на фотографиях Александра Буллы: «На фоне разрушенной железной дороги», «Девочка в парке рядом с разбитой скульптурой». С изображениями можно ознакомиться в фонде Президентской библиотеки. [ngg src="galleries" ids="150" display="basic_thumbnail" thumbnail_crop="0"]