В Нижнем Тагиле покажут феномен якутского кино, получивший главный приз «Кинотавра»

До российского проката добралась драма «Пугало» (16+) о знахарке-отшельнице режиссёра Дмитрия Давыдова. Фильм снят в Якутии на якутском языке. Картина стала победительницей фестиваля «Кинотавр» и теперь её можно увидеть на широком экране, но лишь в рамках эксклюзивных показов. В Нижнем Тагиле фильм на следующей неделе представит кинотеатр «Красногвардеец» – сеансы пройдут 25, 27 и 28 февраля. С субтитрами на русском языке. А накануне большой премьеры журналист телекомпании «Телекон» Александр Мартиросов поговорил с кинокритиком Антоном Долиным о феномене «Сахавуда» (так еще называют кинопроизводство в республике Саха-Якутия) и о самой ленте «Пугало». Публикуем текстовую и видео-версию беседы. *** — Говорить о фильме «Пугало» невозможно в отрыве от разговора о феномене якутского кино. Ситуация уникальная: в отдельно взятом регионе существует свой собственный Голливуд, очень успешный внутри региона и почти неизвестный за его пределами, в остальной России. Как такое возможно? Как это случилось? — Во-первых, это не просто отдельный регион. Якутия – целая страна внутри России. — Да. — И тамошние культурные деятели и политики все время повторяют, что единственный путь Якутии – внутри России, вместе с Россией. Ну, это похвально и прекрасно. Все равно там своя мифология, своя история, свой язык, свой отличающийся этнос со своими традициями – все это на гигантской территории, где могло бы уместиться несколько европейских государств. И с населением меньше миллиона человек. То есть очень своеобразный край, в котором зрителям очень трудно себя соотносить с героями комедий или драм, снятых в Москве или Петербурге. Это явно не про них. Они не чувствуют это историями о себе. И поэтому они начали снимать кино – сначала любительское, потом все более профессиональное. Именно дефицит такого кино, которое говорит с местным населением на том языке, который ему интересен и понятен… Я говорю не просто о якутском языке, а визуальном языке, визуальном коде. Это обеспечило востребованность этого продукта. Люди не только в Якутске, но и в селах бегают в кино – там невероятный процент людей, которые посещают кинотеатры. — Какой? — Если в России это максимум 10% населения, то в Якутии ближе к 30%. Представьте себе: треть населения ходит в кинотеатры. — На якутское кино, причем. — Именно на якутское кино. Оно там более востребовано, чем российское кино и голливудское. Так что, с одной стороны, тут нет ничего удивительного, это все абсолютно объяснимо. С другой стороны, это удивительно, потому что в России такого больше нет нигде, ни в одном регионе. Но и регионов, подобных Якутии, тоже нет. Он в этом смысле совершенно уникальный. — Но это же не вчера у них началось. О феномене якутского кино, мне кажется, заговорили еще лет 15 назад. — Именно так. Это началось даже еще в середине 1990-х. После распада СССР Якутия ощутила острую нужду в том, чтобы найти национальную идентичность, как-то ее описать, и кино оказалось для этого подходящим искусством. И очень постепенно это формировалось, очень медленно. Сейчас мы имеем эффект такого накопления, перехода количества в качество. Когда не только много якутских фильмов, но среди них есть настолько яркие, [как «Пугало»], что он оказывается в конкурсе Московского кинофестиваля, или «Кинотавра», или фестиваля в Выборге… И побеждает. За счет того, что в нем очень высок уровень самобытности, которого нашим, русским, картинами очень часто не хватает. Даже более профессионально сделанным и более состоятельным с точки зрения бюджета и ремесла. — То есть это своего рода эффект «Расёмона», когда японское кино прекрасно существовало и до, но заговорили о нем, начиная с [шедевра Акиры Куросавы «Расёмон», который в 1951 году произвел фурор на Венецианском кинофестивале, открыв миру японское кино]. — Это правда. Таким «Расёмоном» «Пугало» имеет все шансы стать. Или уже стало. Хотя до этого были фильмы-победители фестиваля, но они не выходили в российский широкий прокат. Единственной попыткой такого проката был фильм «Мой убийца», она не была очень успешной, потому что это коммерческая картина. А как мы знаем, фильм, который является коммерческим хитом у себя на родине, за пределами этой родины попадает в арт-хаусную нишу. Иначе не бывает. Какие-нибудь корейские сверхкоммерческие фильмы, когда выходят в России или во Франции, они хитами там не могут стать априори. То же самое было с якутским фильмом [«Мой убийца»]. Он смотрелся как триллер с элементами хоррора на родине, а в России просто как еще один коммерческий фильм, который еще и показывается в единичных кинотеатрах. — А «Пугало»? — «Пугало» — это другая ситуация. Это по-настоящему авторское, уникальное кино. С одной стороны, показывающее жизнь современной Якутии, с другой – совершенно архаичное. Очень специфическое и при этом универсальное по темам, которые в нем затронуты. Себя в этом фильме сможет зритель откуда угодно. — И снят при этом фильм, по нашим меркам, за совершенные копейки. — Да, полтора миллиона рублей, по-моему. Расскажите русским кинематографистам о таких бюджетах, даже провинциальным, они просто не поверят, что такое может быть. — И вот фильм оказывается на «Кинотавре», побеждает, и журнал «Искусство кино» принимает решение выпустить его в прокат? Или как это произошло? — Мы сходу договорились еще на «Кинотавре» с нашими коллегами, чьи проекты мы поддерживали. Поддерживали только потому, что нам нравятся эти фильмы, мы не занимаемся коммерцией. А сейчас вместе решили заняться прокатом. Они профессиональные прокатчики… — Компания «ПРО Взгляд». — … организаторы премьер, спецпоказов, обсуждений с публикой. А этот фильм требует именно такого подхода. Его нельзя просто в кинотеатрах выпустить и этим обойтись. Публике нужны предисловия, разборы, объяснения. И мы этой разъяснительной работой занимаемся, вплоть до того что выпустили специальный номер журнала «Искусство кино» о якутском кинематографе как таковом. — Хорошо в Москве, когда вы или ваши коллеги могут устраивать эти специальные показы и разъяснять, но в регионах – а фильм пошел во многих городах страны – история с этим не такая приятная. Поэтому что бы вы рекомендовали зрителям, которые в регионах, и у нас в Нижнем Тагиле в том числе, пойдут смотреть «Пугало»? — Отключить все свои предрассудки – это самый главный совет. Не думать о том, что это провинция, какие-то дикари якуты, просто забыть об этом всём. Это должно быть устроено иначе: люди идут в кино, чтобы найти себя в чужом, выдуманном, для них незнакомом мире. И это целое путешествие. Как когда мы едем в отпуск в другой город или в другую страну, мы мало что о них знаем, но это авантюра, на которую мы пускаемся и которая всегда приносит нам многое. Поход на такой нестандартный фильм – это и есть такое путешествие. Сравнение между походом на типовой жанровый фильм – отечественный или голливудский – и походом на арт-кино – это как разница между тем, чтоб посмотреть «Клуб путешественника» по телевизору, и тем, чтобы самому отправиться в другую страну. Конечно, самому – это накладнее, требует больше энергии, больших вложений, но и, конечно, гораздо интереснее. — Проложит ли, на ваш взгляд, «Пугало» дорогу другому якутскому кино в Россию? — Я хочу в это верить. Надеюсь, что так и произойдет. Конечно, никаких прогнозов здесь давать я не могу и побаиваюсь их давать. Хочется, конечно, сразу какую-то оптимистическую картину нарисовать… Но я не знаю, нужно ли, чтобы вся Россия смотрела якутское кино? — Я вот тоже хотел сказать: а якутам это вообще надо? Или им и так хорошо? — Больше публики – больше сборов. Больше сборов – больше бюджет. Нужны ли большие бюджеты? Нужны. Нужны ли несравнимо большие бюджеты, гигантские? Не уверен. Но чуть большие, конечно, не помешают. — Спасибо, Антон, и за то, что фильм выпускаете в прокат, и за этот разговор. — Спасибо. Удачи! Видео: ТК «Телекон»