Он руководил харьковским подпольем

Классик прав: мы ленивы и нелюбопытны. Я прожил пять лет, с 1978-го по 1983-й, в общежитии Харьковского института радиоэлектроники (ныне национальный университет, ХНУРЭ) на недлинной улице имени Ивана Бакулина, и знал об этом человеке только то, что было написано русским языком на мемориальной доске, установленной несколькими годами раньше. Почему улочка стала носить его имя? Теперь я выяснил, что этот герой-мученик Великой Отечественной войны жил на ней.

Чем можем, восполним пробел сегодня, отдадим должное памяти героя. К слову, существует и памятный день: 29 июня в Российской Федерации отмечается день партизан и подпольщиков. Прискорбно, что сегодня многие стараются забыть о том, что и Украина является важной, неотъемлемой частью нашего единого Отечества, к сожалению, ныне расчлененного злой волей врага и нашим попустительством.

День партизан и подпольщиков в РФ учрежден с 2010 г., а на Украине, по президентскому указу № 1020, отмечается с 2002 г. на государственном уровне каждое 22 сентября — «с целью всенародного чествования подвига партизан и подпольщиков в период Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, увековечения их памяти». «Уважительное отношение к памяти о Победе и ветеранам Великой Отечественной войны является священным долгом государства и граждан Украины» — гласит Закон Украины № 1684-III от 20 апреля 2000 г.

Но кто в официальном Киеве чтит эти законы в нынешние годы беспамятного помрачения и отрицания общей истории?

Судьба Харьковского подполья во многом трагична. Несмотря на успешность диверсий, численность его уменьшалась — подпольщики гибли в боях, порой попадали в плен, арестовывались и казнились оккупационной властью.

 Назначенный на пост секретаря Харьковского подпольного обкома КПУ Иван Иванович Бакулин (подпольный псевдоним «Буркун») вел активную работу — под его руководством был проведен ряд важных операций, налажена связь между подпольными и партизанскими организациями Харькова и области.

 В частности, под руководством Бакулина прошло сожжение «Техноложки» — электростанции, расположенной на территории нынешнего Национального технического университета «ХПИ», где оккупанты собирались организовать станцию по ремонту подбитой техники, был подорван элеватор с зерном, в поселке Песочин на окраине Харькова осуществлен подрыв эшелона с продовольствием.

 И многое другое, о чем скажем ниже.

…Родился Иван Бакулин в бедной крестьянской семье 29 июля (16 по ст. ст.) 1900 г. на хуторе Хотунок, ныне находящийся в черте города Новочеркасска. Ваня, четвертый ребенок, окончил двухклассную народную школу и Михайловское высшее начальное училище. В 1913 г. он продолжил свое образование в Новочеркасском учительском институте, однако из-за отсутствия средств вынужден был учебу оставить. В 1928–1931 гг. учился в Харьковском институте народного хозяйства, после окончания которого работал директором сельскохозяйственного техникума, преподавателем Украинского института повышения квалификации специалистов сельского хозяйства в Харькове, а затем в Харьковском сельскохозяйственном институте. Одновременно был секретарем партийной организации этого вуза, депутатом горсовета.

В конце июля 1941 г. Харьковский обком Компартии Украины в соответствии с директивой Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 года и с постановлением ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 года «Об организации борьбы в тылу немецких войск» создал Харьковский подпольный обком КП(б)У во главе с И. Бакулиным. Кроме подпольного обкома на Харьковщине было создано 37 подпольных райкомов партии и более 200 первичных организаций и групп.

Когда фашистские войска вошли в Харьков, И. Бакулин постоянно поддерживал связь с подпольными райкомами партии и райкомами комсомола, установил связь с первичными организациями и с их помощью развернул работу среди населения города и области.

В нашей Великой войне подпольщики, партизаны были едины — русские ль они были по происхождению, малороссы, белорусы или представители более ста национальностей огромного Советского Союза, противостоявшего адской германо-нацистской агрессивной машине. Создавшей, к тому же, мощную карательно-подавляющую систему: только на территории Украины оккупанты устроили 280 концентрационных лагерей, около 180 лагерей для пленных солдат.

На территории УССР действовало 220 тыс. партизан в 1017 партизанских отрядах. «Дедушка русского спецназа» Илья Старинов в своей книге «Записки диверсанта» вспоминал:

 «А украинская земля уже в те дни буквально взрывалась под ногами захватчиков, под гусеницами их танков, под колесами их поездов! Начиная с десятого-одиннадцатого июля <1941 года> радиограммы об уничтоженных эшелонах и взорванных мостах радиостанция Украинского штаба партизанского движения стала получать ежедневно. … Удара такой силы враг не ожидал».

 Наши подпольщики оказывались, можно сказать, и на гребне военно-технического прогресса. Показательна ситуация с радиоуправляемыми взрывами. Специалист по взрывчатке и военный историк Вольфганг Фляйшер в свое время писал: «Скрытно, как командно-штабное учение, было осуществлено выполнение программы развития Рейхсвера от августа 1929 г. с задачами создания одного типа речной мины (Flussmine) со взрывателем (Zuender), огневого фугаса (Brandmine), затем радиовзрывателя мин (drahtlose Fernzuendung fuer Minen) и специального миноукладчика (Minenleger)». Однако Рейхсвер, несмотря на успешные испытания радиовзрывателя, отказалcя от его использования — потому что не нашел области его применения. А вот советские подпольщики смогли найти применение радиоминам, успешно испытав их в Харькове. Примечательно, что для запуска взрывателя использовалась музыка — довоенные паузовые музыкальные мелодии, вещаемые Харьковской и Минской гражданскими радиостанциями.

Для установки радиомин (всего их было 30 штук), из Москвы в Харьков 6 октября 1941 г. прибыла спецрота, в составе которой был И. Старинов. Были заминированы здание штаба военного округа, установлены также мины в Холодногорском и Усовском виадуках, железнодорожном мосту, на аэродроме и др. Для отвлечения внимания также были установлены обычные мины замедленного действия. Маневр сработал — немецкие саперы их обнаружили и остановились на этом. И большинство мин успешно исполнили свою миссию. Полковник Старинов писал в своей книге: «Среди харьковчан долгое время ходила легенда о таинственном уничтожении фон Брауна то ли подпольщиками, то ли партизанами. Легенды из ничего не рождаются: партизаны и подпольщики действовали в городе с первого до последнего дня оккупации, и действовали героически. Украинский штаб партизанского движения поддерживал с ними тесные контакты. Но правда есть правда. И сама заслуживает того, чтобы стать легендой. Легендой о советских ученых и минерах, создавших первые в истории радиомины».

Однако не все радиоуправляемые мины по разным причинам удалось взорвать, но 14 ноября в Харькове была взорвана промежуточная опора (500 кг аммонита) Холодногорского виадука и дом по ул. Дзержинского №17, где была установлена мина с зарядом 350 кг. Сигналы на подрыв подавались с радиовещательной стационарной радиостанции в Воронеже. (Прежде, в конце лета 1941 г., нашими специалистами были осуществлены аналогичные взрывы в Выборге, занятом финнами).

Считается, что за весь период Великой Отечественной войны силы партизан «оттянули» на себя более 780 тыс. солдат германской армии и ее союзников. Подпольщики и партизаны смогли отвлечь от фронта около 50 дивизий неприятеля, что в критические моменты на фронтах играло важнейшую роль. Также армия агрессоров часто оказывалась в сложном положении в связи с поставкой продуктов, вооружения, боеприпасов и техники — эшелоны летели под откос, мосты взрывались, дороги становились опасными...

«Крепкий высокий человек в новом коричневом костюме и желтых, до блеска начищенных туфлях. Большой лоб, спокойный взгляд ласковых глаз, чуть полноватые губы»», — так описал Ивана Бакулина очевидец. После бесед в обкоме партии Бакулин начал серьезно готовиться к будущей подпольной работе. Специальную подготовку он прошел именно у полковника Старинова. Технику минно-подрывного дела изучал тщательно. А вечерами читал все, что имело отношение к партизанскому движению в годы Гражданской войны.

В 1974 г. в харьковском издательстве «Прапор» вышла книга «Подвиги во имя Отчизны. Очерки о Героях Советского Союза — харьковчанах», в которой читаем: «19 октября 41-го года, за пять дней до того как фашисты ворвались в город, Бакулин написал письмо жене Клавдии Ивановне, эвакуированной на восток. Вот это письмо: “Любимая, милая Клава! ...Скучаю по тебе и чувствую безмерность твоего одиночества. Но Родина страдает несказанно больше, чем отдельные люди, и поэтому я стараюсь приглушить сердечную боль и волнение о тебе... Почти двадцать лет нашей совместной жизни не прошли бесследно. Хочется верить, что мы еще встретимся и еще будем жить вместе. Но если судьбе будет угодно нас разлучить навеки, сохрани, милая Клава, память обо мне, как о человеке абсолютно честном к своему долгу перед Родиной, перед народом. Твой Иван”».

Это было предпоследнее письмо Бакулина.

Для секретаря подпольного обкома партии Бакулина — еще вчера доцента, преподавателя математики, с приходом оккупантов наступили опасные дни. Его связными с подпольными райкомами были кандидат в члены партии Е.С. Барановская и беспартийная Н.М. Данышева. Он успел связаться с секретарем Железнодорожного райкома А. Китаенко, запасными секретарями Нагорного райкома Синициным и Заводского — Дубенко, а немного позднее — с основным секретарем Заводского райкома партии Гаркушей.

Бороться с врагом приходилось в условиях жестокого террора. В первый же день оккупации Харькова фашисты повесили на балконах домов 116 человек, тысячи были расстреляны и замучены. Свидетельствую и я: мой отец, перенесший мальчишкой всю харьковскую оккупацию, рассказывал о повешенном в эти дни над их окном в доме на привокзальной площади.

 В ноябре 1941-го в Харькове начали взлетать на воздух крупные и значимые объекты врага. Однажды осенним утром мощный взрыв сотряс станцию Новая Бавария на юго-западе Харькова. На железнодорожных путях остались кучи металла, разбитые вагоны, сотни убитых и раненых гитлеровцев. Диверсию осуществил секретарь подпольной ново-баварской парторганизации Александр Владимирович Катаев.

Несколько дней спустя немцам удалось схватить подпольщика. 22 ноября 1941 г. к месту его казни — небольшой площади возле Дворца культуры канатного завода — гитлеровцы согнали чуть ли не всех жителей Новой Баварии. Избитого, окровавленного Катаева подвели к столбу. Он сам стал на ящики, в тишине прозвучал глуховатый, но выразительный голос: «Дорогие товарищи! Я выполнял задание партии, волю народа. За жизнь моего народа не жаль умереть...»

Бакулин узнал о казни Катаева в тот же день. А в ночь на 23 ноября на ул. Дзержинского, 17, был взорван немецкий штаб вместе с комендантом города генералом фон Брауном. Мины «полковника Старинова» работали безотказно. Спустя несколько часов страшный взрыв потряс помещение бывшего штаба Харьковского военного округа на пл. Руднева. Через четыре дня был взорван тот самый огромный мост, соединявший Холодную Гору с центром города.

За время героической борьбы против фашистов патриоты Харьковщины уничтожили более 23 тыс. гитлеровских солдат, офицеров и их пособников, взорвали 21 эшелон с войсками и техникой, разгромили 4 вражеских штаба, вывели из строя 88 паровозов, 777 вагонов, разрушили 20 мостов, подбили и взорвали сотни автомашин и тракторов.

 Харьковским подпольщикам удалось посеять страх среди оккупантов. Вот что рассказывал пленный солдат 294-й дивизии вермахта: «Недавно я был в Харькове. Население голодает. Я видел много виселиц. На балконах домов центральных улиц, а также окраин долго висят трупы повешенных. В городе часто возникают пожары. Неизвестные и неуловимые люди поджигают и взрывают здания и казармы, в которых размещаются немецкие воинские части и военные учреждения. Наши солдаты теряют надежду в победу Германии. Грустный опыт наших товарищей свидетельствует, что каждого, кто здесь останется, неминуемо ожидает смерть».

Подпольный обком комсомола, которым руководили Александр Зубарев, Галина Никитина и Петр Глущенко, проводил агитационную работу, печатал листовки, совершал диверсии. Зубарева и Никитину выдал предатель, немцы взяли их в квартире на ул. Артема, 23, и после пыток расстреляли.

Был арестован в мае 1942 г. и сам Бакулин. В своей предсмертной записке он написал: «...Осталось жить немного... Мне хотелось пойти на расстрел не полутрупом, а бодрым бойцом».

«В ближайшие дни будут, наверное, расстреляны и остальные, среди них и я. … Две предсмертные просьбы к вам, родные мои, — также писал Бакулин в чудом сохранившемся последнем письме, потертом и разбираемом с трудом, где он приводит список арестованных. — Когда придут наши, чему я верю беспредельно, расскажите им, что Харьковская подпольная организация... Сижу я в гестаповской тюрьме на Совнаркомовской улице; есть нам ничего не дают кроме водянистой баланды (пол ополовника в сутки), выживают те, кому носят передачу, остальные истощены до предела. …Буркун Иван Иванович».

После очередного гестаповского допроса, сопровождавшегося страшными истязаниями, руководитель харьковского подпольного обкома КП(б)У Иван Иванович Бакулин, не сказавший врагам ни слова, был доставлен в больницу, где скончался, не приходя в сознание, 24 сентября 1942 г.

…Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 г. за выдающиеся заслуги, мужество и героизм, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны, Ивану Ивановичу Бакулину было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. На здании института (ныне Харьковский национальный университет сельского хозяйства), в котором учился И.И. Бакулин, установлена мемориальная доска.

 В июле 1973 г. ул. Инженерная в Харькове была переименована в улицу Бакулина в ознаменование 30-летия освобождения Харькова от немецко-фашистских захватчиков.

 Новейшие топонимические переименования, охватившие всю Украину в связи с «декоммунизацией», по счастью, улицы Ивана Бакулина не коснулись.

Михаил Слободской

Источник: www.stoletie.ru