Почему Финляндия не признаёт вину в военных преступлениях
СССР простил союзников Гитлера, уничтоживших тысячи наших граждан, и не потребовал от этих стран выдачи убийц и палачей. Следует ли России спустя 75 лет исправлять ошибки Сталина и поднимать вопрос хотя бы насчёт извинений?
…Я иду вглубь района от красного кирпичного здания. С одной стороны – гипермаркет, где затовариваются продуктами местные жители, с другой – какая-то база со зданиями, давно требующими ремонта. Реклама на столбе призывает пить квас. Я фотографирую дома, выходит недовольный охранник. «Вам чего здесь надо? Тут снимать нельзя». – «На этом месте был концентрационный лагерь». Лицо вахтёра отражает капитальные сомнения: «Не может быть… Я никогда об этом не слышал». А между тем финский концлагерь № 6 для наших пленных в Выборге в 1941–1944 гг. располагался сразу на нескольких улицах: внутри содержались 11 000 советских воинов. Согласно архивам Финляндии, 839 заключённых умерли от голода и непосильных условий труда. Останки жертв до сих пор не могут найти – кости красноармейцев захоронены непонятно где. До недавнего времени в Выборге не было даже монумента в память о погибших: и лидеры СССР, и российское правительство не желали испортить отношения с Финляндией…
«ИЗБЕЖАЛИ НАКАЗАНИЯ»
– В 60–70-е годы XX в. руководители Советского Союза строго наставляли наших дипломатов в Финляндии: не надо упоминать о войне, блокаде Ленинграда и участии в ней финнов, – объясняет директор Военного музея Карельского перешейка Баир Иринчеев. – А ведь 90% умерших советских пленных (755 человек) в лагере № 6 в Выборге скончались лишь за первую военную зиму 1941–1942 гг. Людей почти не кормили – красноармейцев ждала медленная и мучительная смерть от голода. Во всех финских концлагерях содержались 64 000 пленных, и треть из них не вернулись домой. Погибло бы гораздо больше, но условия заключения улучшили в феврале 1943 г., резко увеличив паёк. Объяснение простое – после поражения немецкой армии под Сталинградом финны осознали: Германия не выиграет войну, с СССР придётся мириться. Пленным разрешили работать на фермах у местных крестьян, они могли немного подкормиться. В основном простые финские люди приняли их хорошо.
В апреле этого года Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело по поводу создания финскими оккупантами в 1941 г. 14 концлагерей в Карелии, куда было полностью помещено местное русское население: 24 000 человек, включая маленьких детей. 8000 жителей умерли от невыносимых условий содержания. СК считает подобные действия финских оккупационных властей геноцидом. Удивительно, но и в самом-то деле – почти все в России знают об убийствах мирных граждан, совершённых вермахтом и СС, о нацистских концлагерях в СССР – как тот же Саласпилс. А вот о преступлениях союзников Третьего рейха (Финляндии, Словакии, Италии, Румынии, Венгрии) наши граждане не в курсе: эту тему сознательно не развивали. Типа, дело прошлое, мы теперь друзья. «Очень немногих финских военных преступников судили, – подтверждает Баир Иринчеев. –
Практически все они избежали наказания. В начале 90-х годов XX в. Россия в лице Бориса Ельцина признала неправильность войны 1939–1940 гг. и принесла официальные извинения. Финляндия же не приносила никаких извинений за войну 1941–1944 гг., оккупацию Карелии, лагеря для гражданского населения, расстрел раненых и персонала госпиталя в Петровском Яме, бесчеловечное отношение к нашим пленным зимой 1941–1942 гг. Возможно, в Финляндии считают: репарации, выплаченные в рамках перемирия 1944 г., уже являются достаточными извинениями и вопрос закрыт. Но он не закрыт. Деньги – одно, извинения – другое».
ЛАГЕРЬ ЖИВЫХ СКЕЛЕТОВ
«Бабушка в детстве меня предупреждала – по темноте туда не ходи, там земля стонет, – вздыхает местная жительница, пенсионерка Антонина Кострова. – Сразу после войны, едва она вернулась в Выборг, люди отказывались от квартир в этом месте – в землянках предпочитали жить». Да и сейчас идти после наступления ночи по бывшему концлагерю не слишком приятно – в почве по-прежнему находят ржавую колючую проволоку. В Военном музее Карельского перешейка мне показывают портсигар, который сделал советский военнопленный Тимофей Ткалич из лагеря в Лохье для финского лейтенанта, обменяв на хлеб: так тогда поступали многие. По судьбе Ткалича имеются архивные данные – он умер в августе 1944 г. (за несколько недель до выхода Финляндии из войны) от пулевого ранения в голову. Скорее всего, это была показательная казнь – за попытку к бегству, например. И этот пример, и гибель людей в лагере № 6 в Выборге – далеко не единственные данные о военных преступлениях. Скажем, в фильтрационном лагере Наараярви в южной части Финляндии содержалось около 10 000 советских военнопленных, 2752 умерли от голода и чудовищных условий содержания, 2409 из них – в 1942 г. Я просматриваю фотографии – на снимках попросту живые скелеты.
«МЫ ХОРОШИЕ, ОТСТАНЬТЕ!»
Я интересуюсь у историков и исследователей Выборга: отчего же советское правительство в 1944 г. не требовало от финских властей выдачи солдат и офицеров, «отличившихся» в зверствах? Те пожимают плечами. «Видимо, Сталину хотелось показать бывшим и действующим на тот момент союзникам Гитлера – Румынии, Словакии, Венгрии и Болгарии: ребята, мы вполне нормальные, никого не ломаем об колено, – сообщают мне. – Выходите из войны, «разгружайте» нам фронт, и наказаний за вашу вину не последует». В итоге запросы бывших малолетних узников концлагерей в Карелии о выплате компенсаций в канцелярию президента Финляндии остаются без ответа. Та же Германия «щедро» выдала детям, прошедшим её лагеря, по 2500 евро (198 тыс. руб.), однако Финляндия даже такие ничтожные суммы платить не собирается и не считает себя виноватой. «У финнов вся государственная пропаганда построена следующим образом: Гитлер и Сталин плохие, а мы хорошие. Поэтому отстаньте от нас! – разводит руками Баир Иринчеев. – В 1943 г. на Запад стала проникать информация о нацистских концлагерях как о местах массовой гибели людей, и финны мгновенно переименовали пункты содержания русского населения в «трудовые лагеря».
Деревья в районе бывшего финского концлагеря № 6 в Выборге высажены заново. Говорят, после войны тут спилили половину леса – берёзы страшно выглядели: пленные на стволах кору выше человеческого роста обгрызли. «Но, согласитесь, смертность была ниже, чем в Германии, ведь у немцев в плену погибло 58% русских солдат, а у нас 34%, не больше! – доказывает мне финский журналист. – Это свидетельство гуманного отношения. И потом, 20–30 тыс. умерших – это всё-таки не миллионы, убитые Гитлером в Советском Союзе». В Финляндии отчего-то уверены: Россия – большая страна, зачем ей столь скрупулёзно считать мёртвых? Какая мелочь – 30 тыс. сюда, 30 тыс. туда… небось, и не заметят. Но финские солдаты реально совершали военные преступления: и против пленных, и против гражданских лиц. Замалчивать это, дабы не раздражать нашего соседа, было полной глупостью.
Финляндия должна честно признать проблему, принести официальные извинения России и обсудить ситуацию. Не исключено, что и у России также есть поводы извиниться перед Финляндией. Но будьте добры, вы – первые. Мы уже достаточно извинялись по массе причин перед кучей стран. А вот перед нами что-то никто.