Дела флотские, дела скорбные?
«АН» не раз и не два рассказывали о, мягко говоря, странном поведении Министерства науки и высшего образования, в котором до последнего тянут с выделением денег на регистровый ремонт научно-исследовательских судов. Без ремонта нельзя выйти в море, а значит, провести экспедиции. Это уже срыв госзадания со всеми вытекающими последствиями. Политическими и экономическими.
И вот накануне выхода номера пришла благая весть! Кажется, Миннауки всё-таки перечислит Институту океанологии 149 млн рублей. Почему кажется? Потому что должны ещё пройти бюрократические процедуры, в том числе страшный зверь – Бюджетная комиссия. Причём такая сумма даже не фигурировала ни в каких официальных документах. Такое впечатление, что по амбарам поскребли, по сусекам помели или из какого-то оборота вытащили спустя полгода. Пересматривать объёмы ремонтов, проводить новые тендеры уже поздно. Конечно, спасибо, что дали. Но это спасибо напоминает «спасибо, что не убили».
Небожители
Но начнём с добрых новостей. Недавно было торжественно заявлено, что ЦКБ «Лазурит» (всю свою сознательную жизнь проектирующее подводные лодки) закончило проект двух новых научных судов. На постройку которых выделено 28 млрд рублей. В тот же день большой чин из министерства упрекнул редакцию «АН», мол, есть и у нас положительные новости, а вы о них не рассказываете. Извольте.
– Институт океанологии узнал о новых судах летом 2018 года. Нас вызвали в МОН и поставили в известность о параметрах: сроки, цены, размер, мощность энергетической установки (10, 88 МВт). От нас хотели получить техническое задание (ТЗ). Мы, исходя из многих факторов, в том числе финансовой ситуации, разработали концепт многофункциональных модульных судов универсального типа. Например, отработают в экспедиции геологи, их модули-контейнеры убирают и ставят для биологов. Экспедиции закончились, есть возможности эффективно выполнять коммерческие заказы или заказы других ведомств, как это делается за рубежом для дорогих судов. Например, научный ледокол «Хили» (Healy, США) значительную часть времени работает для нужд Службы береговой охраны.
Готовых отечественных проектов, соответствующих нашим техническим требованиям, не оказалось. В Европе удалось достигнуть договорённостей с компанией DAMEN, которая, взяв за основу свой проект DOC 8500 RV, полностью адаптировала его под требования нашего ТЗ, получила согласование с российским Регистром и была готова строить судно на Выборгском судостроительном заводе (ВСЗ), – рассказывает директор ИО РАН доктор наук Алексей Соков.
Но техническое задание министерство не согласовывает, рабочую группу по постройке расформировывает, проводит конкурс (или псевдоконкурс) и за 419 млн рублей работу отдают «Лазуриту». Хотя DAMEN сделал бы это бесплатно. Зато «Лазурит» распределил почти 24 млн среди частных лиц, ИП и ООО.
Министерство, даже несмотря на кардинальную смену руководства, все происки отрицает.
– Рабочую группу не расформировывали, но расширили, введя туда представителей из разных мореведческих институтов. Министерство выполнило фактически ту работу, которую должен был выполнить ИО РАН при подготовке техзадания, – проконсультировалось с участниками морских экспедиций из других институтов. ИО РАН формировало ТЗ исключительно исходя из собственных представлений о прекрасном, – говорит «АН» представитель МОН. – Перспектива работы в модулях, установленных на открытой палубе, показалась большинству учёных крайне неудобной. Решение отказаться от техзадания принимало не министерство, а сами учёные общим голосованием.
Самое интересное, что МОН прав. Но с одной оговоркой: эти представители других институтов никогда за последние годы не организовывали сами арктических или антарктических экспедиций. Участие некоторые учёные принимали, но сами ни-ни. Да и флота-то у большинства из них нет. Но им, конечно, виднее.
В результате Россия поимела такой проект «Лазурита» с сокращёнными объёмами под модули, что вряд ли кто-нибудь теперь возьмёт во фрахт судно. Невыгодно. А ведь возможность коммерческого фрахта была ключевой. Именно фрахтом в Антарктике двух НИС: «Академик Вавилов» и «Академик Иоффе» поддерживался весь российский научный флот до получения «миллиарда Путина».
– Вообще-то, конечно, дай бог, чтобы построили. Но самое главное начнётся, когда они станут ходить. По моим очень примерным подсчётам, к 2024 году при таком финансировании (а перспективы, что оно радикально улучшится, призрачны) суда будут работать 80-90 суток в году, а остальное время стоять у причала, проедая деньги. Работать для других ведомств или по коммерческим заказам они не смогут из-за изменения проекта. Нерационально как-то всё делается, непрофессионально, – машет рукой океанолог Соков.
Зато в министерстве считают проект уникальным. Грезят даже строить на экспорт! Но никто не смог сказать, как и на какие деньги будет оплачиваться межэкспедиционный простой этим гигантам и старичкам. На прямой вопрос отводят глаза. Ну нет расчётов! Война план покажет…
Пиши, Емеля!
Зато профессионально пишутся отчёты и отписки. Правда там, конечно, есть. Но умолчаний, которые меняют картину, на порядок больше. Например, в 2019 году «общий размер финансирования научного флота и экспедиционных исследований составил более 1 601, 0 млн рублей, в том числе 169, 7 млн на проведение капитальных ремонтов НИС. На 2020 год федеральным бюджетом для осуществления экспедиционной научной морской деятельности предусмотрены бюджетные ассигнования в объёме 1 762, 6 млн рублей, в том числе 350, 0 млн рублей для выполнения экспедиции в Антарктику, 231, 4 млн – на проведение капитальных ремонтов НИС».
Казалось бы, на 160 млн больше дали, плыви, ихтиолог, и радуйся! Но если вычесть Антарктику, которая спешно делается по приказу Самого и за которую государство платит отдельно, то получается ох как меньше. Ну а ремонты-то – о-го-го! Да, но эти миллионы надо было в прошлом году делить на два судна. А в этом – на пять!
И такая полуправда во всех ответах. Обо всём. У Булгакова в «Мастере и Маргарите» есть Лапшённикова, девица со скошенными к носу от постоянного вранья глазами. Почему-то всегда вспоминается этот образ, когда читаешь официальные ответы на запросы. Может быть, не оба глаза скосились, но один точно.
В этом году по приказу партии и правительства НИС «Мстислав Келдыш» ходил в Антарктику. Ремонт перед экспедицией провели на копейки: «я его слепила из того, что было».
– Он был настолько «косметическим, что ещё до выхода вышла из строя одна из четырёх машин главного двигателя. Весь рейс мы ходили с меньшей скоростью на трёх машинах, каждая из которых попеременно выходила из строя: перегрев, лопались трубы и др. Машинная команда всё время была занята починкой. Несколько раз выходило из строя подруливающее устройство. Это значит, что при работе на станциях мы не могли держаться в заданной точке. А при заходе в порт могли и не встать к причалу. Вышли из строя две важные лебёдки для глубоководных работ. С трудом поднимается якорь. Ему надо помогать краном – плохо работает гидравлика. Не работают успокоители качки – вышли из строя много лет назад. Кончились картонные масляные фильтры, мы сутки стояли на рейде в Монтевидео и ждали, когда их привезут. Потеряли сутки рабочего времени, которые стоят полтора миллиона рублей. Еле-еле работает кондиционер. За полтора месяца до окончания рейса вышел из строя опреснитель. Героическими усилиями машинной команды его починили. Но мы идём в режиме жёсткой экономии пресной воды. При такой работе судна нас могут задержать в любом порту и не выпустить в море, – рассказывал на обратном пути начальник экспедиции доктор наук Евгений Морозов.
А вот как пугает цифрами г-жа Голубева: «С 2016 года на проведение капитальных ремонтов НИС «Академик Мстислав Келдыш» помимо средств, необходимых на содержание судна в период межрейсовых стоянок, ИО РАН было выделено дополнительно 194, 8 миллиона рублей, в т.ч. в 2016 году – 44, 4 миллиона рублей, в 2017-м – 67, 9 миллиона рублей, в 2018 г. – 82, 5 миллиона рублей». Только она забыла упомянуть о том, что каждый раз запрашивали на 100 миллионов больше! И каждый год – «я его слепила из того, что было». Но техника не человек, она ломается быстрее.
Мишустин суров, но справедлив
В этом году на ремонт пока не выделили ни копейки! Вообще! В наличии (на 13 июля) только некое соглашение о выделении денег. Понятно, что произошла смена составов, с неизбежной неразберихой. Ковид опять же. Но ответственная за флот госпожа Наталья Голубева как сидела в уютном кресле, так и сидит. Замминистра Алексей Медведев тоже пока не уступил кабинета. То есть ключевые фигуры на месте. Денег на середину июля нет, есть только обещания. Институт поставил одно судно на регистровый ремонт за свои сэкономленные деньги. Надеется натянуть ещё на несколько. Вместо премий, покупки оборудования, других нужд. Ведь им, а не Голубевой с замом министра Медведевым, в море ходить.
На самый главный вопрос, который неоднократно задавали «АН»: «Где ресурсы, выделенные государством из бюджета на регистровый ремонт судов? Где они физически?» – прямой ответ так и не получен. А ведь министерство уже четыре месяца отбивает атаки, теряет репутацию, выпутывается из скандала. Но стоит насмерть! Ни разу прямо не ответив: есть они в наличии или нет? Если есть, то почему не выделяет? Если нет, то где они?
Судя по всему, их действительно не было, а те, что обещаны по соглашению, срочно выбиты у Минфина. Благо бывший министр там в замах. При котором, кстати, и сметы на этот год составлялись и одобрялись. А может быть, даже и выделялись. Но куда-то с уходом Михайло Котюкова «испарялись». Недаром же директора ИО РАН Алексея Сокова уговаривали не поднимать скандал, а взять средства, которые должны пойти на модернизацию. Но это статья и срок. Оно ему надо?
В начале августа планируется заседание правительства по этому вопросу. Может быть, там всплывут ответы? Потому что кто-то должен ответить своей свободой за ту вакханалию с финансированием науки, в частности океанологии, которая сложилась в ведомстве Котюкова и по наследству досталась нынешнему министру.
Не учёные должны ходить на поклон к таким голубевым, вымаливая деньги на открытия во славу России. А чиновники должны, как хороший английский слуга, незаметно налить виски, обрезать сигару, открыть книгу. У нас же всё наоборот: убийцы на постах государевых, бывшие «зав. баней» рулят госкорпорациями, «патриоты пехтины» живут в Майами, студенты-заочники поучают академиков физиков и лириков… Как это, мягко говоря, неправильно.