Как Красная Армия взломала «линию Маннергейма»

Прорвать «линию Маннергейма» Красная Армия вполне могла. Финская линия обороны была далеко от совершенства. Большинство долговременных сооружений были одноэтажными, частично заглубленными в землю железобетонными постройками в виде бункера, которые был разделен на несколько помещений. Три дота «миллионного» типа имели два уровня, ещё три – три уровня. Не было у финнов обычных для Франции, Германии и Чехословакии подземных галерей, которые соединяли доты. Не было подземных узкоколеек. «Линия Маннергейма», по сравнению с другими схожими линиями обороны, имела более низкую плотность дотов на 1 километр, уступали в числе артиллерийских дотов. Финские артиллерийские доты не имели орудий, которые б могли поразить любой советский танк того времени. То есть «линия Маннергейма» не была «неприступной».

Главной проблемой Красной Армии оказался недостаток разведывательных данных о финских укреплениях. Имелись только отрывочные данные о «линии Маннергейма». Как отмечал маршал Шапошников: «Для нас такая глубина обороны явилась известной неожиданностью». В частности, не было сведений о поздних укреплениях 1938–1939 гг. Ещё один важный фактор неудачи – это соотношение сил в начальный период войны. Для взлома финской обороны требовалось решительное превосходство в силах и средствах, а его не было. Начальник Генштаба Красной Армии Тимошенко писал, что разведка сообщала, что у финнов будет до 10 пехотных дивизий и 15 отдельных батальонов. В действительности финны развернули гораздо больше, они до начала войны вообще планировали наступать. Финны развернули 16 дивизий и значительное число отдельных батальонов. Мы начали войну с 21 дивизией. Таким образом, решительного преимущества у Красной Армии в начале войны не было. Уже в ходе войны мы довели силы на финском фронте до 45 дивизий и закончили войну с 58 дивизиями.

В декабре 1939 года на три вражеские дивизии в долговременных укреплениях на Карельском перешейке было послано всего пять советских дивизий 7-й армии. А стандартное соотношение сил наступающих и обороняющихся на направлении главного удара – 1:3. Позднее соотношение стало 6:9, что также далеко от нормы. По численности батальонов и войск картина ещё очевидная: 80 расчётных финских батальонов против 84 советских; 130 тыс. финнов против 139 тыс. советских солдат. Понятно, что Красная Армия имела сильное преимущество в бронетехнике, авиации и артиллерии. Но пехота не зря «царица полей». К тому же советские дивизии вводились в бой не все сразу. В итоге силы сторон на Карельском перешейке были примерно одинаковы, но финны сидели в долговременных укреплениях. А Красная Армия не имела полных сведениях о дотах, и опыта по их штурму. Отсюда и соответствующий результат.

Картина на второстепенных направлениях, к примеру, в промежутке между Ладожским и Онежским озёрами, была схожая. Здесь атаковали пять дивизий 8-й армии. Это 43 расчётных батальона. С финской стороны оборонялось две пехотные дивизии и сеть отдельных батальонов – это 25 расчётных батальонов. То есть соотношения сил 1:3 и близко нет. Такое же соотношение сил было между армией Финляндии и выделенными для проведения наступления советскими войсками. У финнов было 170 расчётных батальонов, у Красной Армии – 185 расчётных батальонов. Очевидно, что советское верховное командование недооценило противника и не обеспечило решающего превосходства сил в начале войны. Ошибки исправили уже в ходе войны.

Штурм по всем правилам

После того как стало очевидно, что с ходу финскую оборону не сломить, перед Красной Армией прочные укрепления и финское военно-политическое руководство поставило под ружьё всех, кого смогло поставить, да ещё и привлекло иностранных добровольцев (также появилась перспектива прибытия на фронт англичан и французов), было решено штурмовать «линию Маннергейма» по всем правилам военного искусства. Войска на карельском направлении значительно усилили. Из войск правого крыла 7-й армии сформировали новую 13-ю армию. В 7-ю армию доводили до 12 дивизий, 11-армию – 9 дивизий, 2 дивизии было в резерве фронта, 3 дивизии — в резерве Ставки. Наращивали артиллерию.

В итоге соотношение сил по сравнению с декабрем 1939 года на 12 февраля 1940 года стало соответствовать стандарту 1:3. Красная Армия теперь насчитывала 460 тыс. человек против 150 тыс. финнов. Советские войска на Карельском перешейке теперь насчитывали 26 дивизий, 1 стрелково-пулемётную и 7 танковых бригад. У финнов было 7 пехотных дивизий, 1 пехотная, 1 кавалерийская бригады, 10 отдельных пехотных, егерских и подвижных полков. На 80 финских батальонов приходилось 239 советских. Советские войска имели превосходство в артиллерии калибром 122 мм и более в 10 раз. Советские войска имели четыре дивизиона большой мощности для разрушения железобетонных укреплений.

Таким образом, когда были накоплены соответствующие силы и средства для разрушения финских укрепрайонов, то Красная Армия взломала «линию Маннергейма», несмотря на зиму, снег и финское упорство. Дзоты и доты разрушались артиллерий калибра 152, 203 и 280-мм. 203-мм гаубицу образца 1931 года (Б-4) финские солдаты прозвали «сталинской кувалдой», а наши назвали «карельский скульптор», так как они превращали долговременные сооружения в причудливые развалины из бетона и стали («карельские монументы»). Для разрушения дота требовалось от 8 до 140 стокилограммовых снарядов этих орудий. При этом боевое значение дот терял обычно уже в начале процесса. Но только полное разрушение убеждало пехоту, что можно идти дальше.

К примеру, у 123-й стрелковой дивизии 7-й советской армии, штурмовавшей Суммаярви, в феврале 1940 года было 18 203-мм «сталинских кувалд» и 6 280-мм мортир «Бр-2». Они израсходовали за время огневой подготовки наступления в первой декаде февраля 4419 снарядов, добившись 247 прямых попаданий. Дот «Попиус», который остановил дивизию в декабре 1939 года, был разрушен 53 прямыми попаданиями. Также для ликвидация вражеских укреплений активно использовалась взрывчатка. Так, второе мощное укрепление узла Суммаярви дот № 0011 взорвали, уложив на него гору ящиков с взрывчаткой. Сначала артиллерия повыбила финскую пехоту вокруг дота, советские стрелки довершили этот процесс, сапёры заложили взрывчатку. Взрыв на крыше западного каземата заставил финский гарнизон бежать. Далее дот добили двумя тоннами тротила, уложенными под стены.

Также вполне обычными средствами расправлялись и с другими инженерными сооружениями линии. Надолбы подрывали зарядами взрывчатки, сдвигались танками Т-28, разрушались бронебойными снарядами. Проходы в минных полях и проволочных заграждениях проделывались артиллерией и миномётами. Сильный мороз и глубокий снег не спасли финнов.

Победный февраль 1940 года

11 февраля после сильной артподготовки началось генеральное наступление Красной Армии. Главный удар наносился на Карельском перешейке. После трёхдневного штурма дивизии 7-й армии прорвали первую полосу обороны линии. В прорыв были введены танки. Финны, чтобы избежать окружения, отошли ко второй полосе обороны. К 21 февраля наши войска вышли ко второй полосе обороны, 13 марта вошли в Выборг. Оборона была прорвана, финская армия потерпела поражение, дальнейшее сопротивления было бессмысленно. Финляндии ничего не оставалось, как просить мира.

Остановка Красной Армии в Зимней войне была связана с ошибками командования и разведки, недооценкой противника. Необходимо было провести работу над ошибками, накопить силы и средства и штурмовать «линию Маннергейма» по всем правилам военного искусства. После устранения ошибок, накопления сил финскую оборону взломали в хорошем темпе.



Красная Армия показала, что нет «неприступной» обороны для современной армии. Во время оперативной паузы расположение всех вражеских укреплений выяснили. Бетонные укрепления уничтожали тяжелой артиллерией, взрывчаткой, огнемётами, авиабомбами. Кроме того, финская армия имела слабую артиллерию, авиацию и танковые части и не могла оказать эффективного противодействия.

В результате финская кампания выявила как недостатки в командовании Красной Армии, так и возможности РККА в качестве вполне современной для 1940 года армии, механизированной, имеющей массу артиллерии, танков, самолётов, специальные и инженерные части. Советская армия могла прорывать сильную вражескую оборону, развивать успех ударом танковых соединений и пехоты.

Правда, «мировое сообщество» осталось под впечатление первого этапа войны – неудачного для Красной Армии. В январе 1940 года Черчилль заявил, что Финляндия «открыла всему миру слабость Красной Армии». Это ошибочное мнение разделяли Гитлер и его окружение, что повлекло роковые ошибки военно-политической стратегии Рейха в отношении СССР.