Поражения Советской Финляндии
101 год назад, 15 мая 1918 года, закончилась гражданская война в Финляндии, которая продлилась около четырёх месяцев. Дата 15 мая формально считается днём завершения войны, так как в ночь с 14 на 15 мая пал последний бастион «красных» финнов. Был оставлен гарнизоном и взорван форт Ино (бывший «Николаевский») на границе Финляндии и Советской России. Гарнизон ушёл на русскую сторону границы. На следующий день, 16 мая, в Хельсинки прошёл пышный парад «белых» финнов и помогавших им на конечном этапе войны кайзеровских войск.
Бойцы Охранного корпуса в Хельсинки. 13.04.1918.:
Финляндия до 1917 года никогда не имела государственности. До 1809 года она входила в состав Швеции на правах Великого герцогства, а по факту — глухой окраины королевства. После перехода в состав Российской империи Александру I удалось завоевать расположение своих новых подданных «возвращением» Выборгской губернии, вообще-то захваченной не у финнов, а у шведов во времена Петра Великого. В составе России у Финляндии было особое положение. Сохранялось действие шведского законодательства. Были своя валюта (марка), государственный язык (шведский!), даже таможня на границе с Россией. Формально был даже свой парламент — Эдускунта (в России его называли на польский манер Сеймом), правда, его долго не созывали. Никаких мер по русификации или заселения страны русскими не предпринималось.
Долгое время никаких русофобских настроений в Финляндии не отмечалось. Всё поменялось при Николае II, который внял доводам о ненормальности привилегированного положения Финляндии и стал исправлять ситуацию. Но не путём предоставления финских вольностей русским губерниям, а наоборот — путём приведения финского законодательства к общероссийскому стандарту. На что привыкшие к вольностям финны ответили лютой русофобией.
Здесь надо сказать, что финны давно, ещё в составе Швеции, приняли побеждающую в Европе национальную парадигму и постепенно стали классической буржуазной нацией. Кроме того, они были по большей части лютеранами, а таковые в те времена были очень нетерпимы к иноверцам и еретикам. Патриархальное деревенское финское общество было крайне нетолерантно к любым проявлениям «неправильного» поведения. Распространённое в наше время мнение о феноменальном спокойствии и миролюбии финнов несколько преувеличено. По правде говоря, финны достаточно боевиты, а в первой половине XX века — тем более. К примеру, в Южной Остроботнии (примерно 10% страны) в XIX веке были сильны такие традиции хулиганской удали, которым могли бы позавидовать даже современные чеченцы или курды.
Когда либералы, взявшие власть в Российской империи в феврале 1917-го, провозгласили Российскую Республику, они не подумали, что империю объединяет наднациональная идея, а в буржуазных республиках обычно нет никаких объединяющих идей, кроме национализма. Поэтому в стране начался «парад суверенитетов». Газеты шутили, что любые три человека, собравшиеся в группу на улице, по-видимому, собираются создать очередную «независимую республику». При таких делах Финляндия просто не могла не провозгласить независимость.
Захваченный белыми красный бронепоезд. 1918
28 ноября 1917 года финский парламент взял на себя всю власть в стране и сформировал правительство под председательством только что вернувшегося из сибирской ссылки националиста адвоката Пера Эвинда Свинхувуда. А 6 декабря парламентом было утверждено воззвание к иностранным государствам с просьбой признания независимости Финляндии. Первым отозвалось большевистское правительство России, которое признало Финляндию 18 (31 — по юлианскому календарю) декабря 1917 года. Такой щедрый жест объясняется тем, что всё равно намечалась Мировая революция, и чем-то можно было временно пожертвовать. И хотя с Мировой революцией не получилось, всё равно многие национальные окраины, объявившие в те дни о независимости, позже вошли в состав СССР.
Еще задолго до объявления независимости в Финляндии начала нарастать напряжённость между буржуазными националистами, с одной стороны, и различными социалистическими рабочими партиями и движениями — с другой. Начало гражданской войны принято отсчитывать с 27 января 1918 года, когда на башне «дома рабочих» в Хельсинки загорелся красный свет — сигнал к восстанию. Отряды рабочей финской Красной гвардии вступили в борьбу с националистическими «охранными отрядами», которые были сформированы из молодёжи зажиточного крестьянства. «Охранные отряды» («шюцкор») были очень похожи на «нацбаты» на современной Украине.
Карта гражданской войны в Финляндии
Карта гражданской войны в Финляндии
Обе стороны были не очень искусны в военном деле, но крайне ожесточены. При этом «белые» не полагались на энтузиазм добровольцев, а ввели на подконтрольной им территории всеобщую воинскую повинность. Но главным фактором их победы стало не это, и даже не помощь Германии, а именно национализм. То свойство европейских народов, которое так недооценили поборники Мировой революции начала прошлого века. Националисты смогли представить финскому обывателю гражданскую войну под видом «русского вторжения». Поэтому было так много случаев убийств русских, оказавшихся в те дни в Финляндии. Для полуграмотного финского крестьянина не было никакой разницы между русским и «красным». Под это попали не только совершенно аполитичные солдаты русских гарнизонов в финских городах, но и совсем не замеченные в симпатиях к «красным» офицеры и гражданские лица.
«Белым» помогла Швеция, но не прямо, а поставками оружия и «добровольцами». Из Германии прибыл батальон финских егерей (1800 человек), уже давно сражавшийся против России в составе кайзеровских войск и ставший костяком новой финской армии. Кроме того, белофиннам сильно помог Брестский мирный договор, главой V которого Советской России было прямо запрещено оказывать содействие «красным» финнам.
Когда встал вопрос о прямой помощи белофиннам немецкими войсками, командующий финской армией генерал Карл Густав Маннергейм был категорически против. Он «держал нос по ветру» и понимал, что Германия скоро потерпит поражение в Мировой войне, а связь с проигравшей стороной финнам ещё припомнят. Так и случилось, и в своих известных мемуарах Маннергейм извёл немало бумаги, оправдываясь. Правда, потом пришлось оправдываться и за дружбу с Гитлером.
Маннергейм — палач финского народа. Советский плакат. 1940
Как бы там ни было, с начала апреля в Финляндию начали прибывать германские войска под командованием генерала Рюдигера фон дер Гольца. Всего в гражданской войне в Финляндии приняли участие около 15 000 немецких солдат. Дни советской республики были сочтены. 26 апреля «красное» правительство бежало в Петроград, а 15 мая был оставлен последний рубеж обороны. Это был артиллерийский форт «Ино» Кронштадтской крепости, ранее носивший имя «Николаевский». Хотя боеприпасов было достаточно, а с моря форт могли поддержать корабли Балтийского флота, смысла в сопротивлении не было. С орудий были сняты замки, защитники форта ушли через границу, а форт был взорван.
Потери «белых» составили около 5 000 человек убитыми, а «красных» — более 27 000. Такая диспропорция объясняется не какой-то неумелостью «красных», а беспредельной жестокостью «белых» по отношению к безоружным и даже некомбатантам. Сразу после победы «белые» развязали беспримерный террор. В стране, население которой составляло 3 миллиона человек, в концлагеря (именуемые «лагерями военнопленных») попало около 60 000 человек, из которых более 12 000 просто уморили пытками и голодом. 40 000 человек пришлось освободить просто потому, что некому было работать на заводах. Память о той недолгой, но жестокой войне до сих пор иногда выплёскивается наружу в виде граффити на стенах и памятниках в финских городах.
https://regnum.ru/news/polit/2415221.html
Бойцы Охранного корпуса в Хельсинки. 13.04.1918.:
Финляндия до 1917 года никогда не имела государственности. До 1809 года она входила в состав Швеции на правах Великого герцогства, а по факту — глухой окраины королевства. После перехода в состав Российской империи Александру I удалось завоевать расположение своих новых подданных «возвращением» Выборгской губернии, вообще-то захваченной не у финнов, а у шведов во времена Петра Великого. В составе России у Финляндии было особое положение. Сохранялось действие шведского законодательства. Были своя валюта (марка), государственный язык (шведский!), даже таможня на границе с Россией. Формально был даже свой парламент — Эдускунта (в России его называли на польский манер Сеймом), правда, его долго не созывали. Никаких мер по русификации или заселения страны русскими не предпринималось.
Долгое время никаких русофобских настроений в Финляндии не отмечалось. Всё поменялось при Николае II, который внял доводам о ненормальности привилегированного положения Финляндии и стал исправлять ситуацию. Но не путём предоставления финских вольностей русским губерниям, а наоборот — путём приведения финского законодательства к общероссийскому стандарту. На что привыкшие к вольностям финны ответили лютой русофобией.
Здесь надо сказать, что финны давно, ещё в составе Швеции, приняли побеждающую в Европе национальную парадигму и постепенно стали классической буржуазной нацией. Кроме того, они были по большей части лютеранами, а таковые в те времена были очень нетерпимы к иноверцам и еретикам. Патриархальное деревенское финское общество было крайне нетолерантно к любым проявлениям «неправильного» поведения. Распространённое в наше время мнение о феноменальном спокойствии и миролюбии финнов несколько преувеличено. По правде говоря, финны достаточно боевиты, а в первой половине XX века — тем более. К примеру, в Южной Остроботнии (примерно 10% страны) в XIX веке были сильны такие традиции хулиганской удали, которым могли бы позавидовать даже современные чеченцы или курды.
Когда либералы, взявшие власть в Российской империи в феврале 1917-го, провозгласили Российскую Республику, они не подумали, что империю объединяет наднациональная идея, а в буржуазных республиках обычно нет никаких объединяющих идей, кроме национализма. Поэтому в стране начался «парад суверенитетов». Газеты шутили, что любые три человека, собравшиеся в группу на улице, по-видимому, собираются создать очередную «независимую республику». При таких делах Финляндия просто не могла не провозгласить независимость.
Захваченный белыми красный бронепоезд. 1918
28 ноября 1917 года финский парламент взял на себя всю власть в стране и сформировал правительство под председательством только что вернувшегося из сибирской ссылки националиста адвоката Пера Эвинда Свинхувуда. А 6 декабря парламентом было утверждено воззвание к иностранным государствам с просьбой признания независимости Финляндии. Первым отозвалось большевистское правительство России, которое признало Финляндию 18 (31 — по юлианскому календарю) декабря 1917 года. Такой щедрый жест объясняется тем, что всё равно намечалась Мировая революция, и чем-то можно было временно пожертвовать. И хотя с Мировой революцией не получилось, всё равно многие национальные окраины, объявившие в те дни о независимости, позже вошли в состав СССР.
Еще задолго до объявления независимости в Финляндии начала нарастать напряжённость между буржуазными националистами, с одной стороны, и различными социалистическими рабочими партиями и движениями — с другой. Начало гражданской войны принято отсчитывать с 27 января 1918 года, когда на башне «дома рабочих» в Хельсинки загорелся красный свет — сигнал к восстанию. Отряды рабочей финской Красной гвардии вступили в борьбу с националистическими «охранными отрядами», которые были сформированы из молодёжи зажиточного крестьянства. «Охранные отряды» («шюцкор») были очень похожи на «нацбаты» на современной Украине.
Карта гражданской войны в Финляндии
Карта гражданской войны в Финляндии
Обе стороны были не очень искусны в военном деле, но крайне ожесточены. При этом «белые» не полагались на энтузиазм добровольцев, а ввели на подконтрольной им территории всеобщую воинскую повинность. Но главным фактором их победы стало не это, и даже не помощь Германии, а именно национализм. То свойство европейских народов, которое так недооценили поборники Мировой революции начала прошлого века. Националисты смогли представить финскому обывателю гражданскую войну под видом «русского вторжения». Поэтому было так много случаев убийств русских, оказавшихся в те дни в Финляндии. Для полуграмотного финского крестьянина не было никакой разницы между русским и «красным». Под это попали не только совершенно аполитичные солдаты русских гарнизонов в финских городах, но и совсем не замеченные в симпатиях к «красным» офицеры и гражданские лица.
«Белым» помогла Швеция, но не прямо, а поставками оружия и «добровольцами». Из Германии прибыл батальон финских егерей (1800 человек), уже давно сражавшийся против России в составе кайзеровских войск и ставший костяком новой финской армии. Кроме того, белофиннам сильно помог Брестский мирный договор, главой V которого Советской России было прямо запрещено оказывать содействие «красным» финнам.
Когда встал вопрос о прямой помощи белофиннам немецкими войсками, командующий финской армией генерал Карл Густав Маннергейм был категорически против. Он «держал нос по ветру» и понимал, что Германия скоро потерпит поражение в Мировой войне, а связь с проигравшей стороной финнам ещё припомнят. Так и случилось, и в своих известных мемуарах Маннергейм извёл немало бумаги, оправдываясь. Правда, потом пришлось оправдываться и за дружбу с Гитлером.
Маннергейм — палач финского народа. Советский плакат. 1940
Как бы там ни было, с начала апреля в Финляндию начали прибывать германские войска под командованием генерала Рюдигера фон дер Гольца. Всего в гражданской войне в Финляндии приняли участие около 15 000 немецких солдат. Дни советской республики были сочтены. 26 апреля «красное» правительство бежало в Петроград, а 15 мая был оставлен последний рубеж обороны. Это был артиллерийский форт «Ино» Кронштадтской крепости, ранее носивший имя «Николаевский». Хотя боеприпасов было достаточно, а с моря форт могли поддержать корабли Балтийского флота, смысла в сопротивлении не было. С орудий были сняты замки, защитники форта ушли через границу, а форт был взорван.
Потери «белых» составили около 5 000 человек убитыми, а «красных» — более 27 000. Такая диспропорция объясняется не какой-то неумелостью «красных», а беспредельной жестокостью «белых» по отношению к безоружным и даже некомбатантам. Сразу после победы «белые» развязали беспримерный террор. В стране, население которой составляло 3 миллиона человек, в концлагеря (именуемые «лагерями военнопленных») попало около 60 000 человек, из которых более 12 000 просто уморили пытками и голодом. 40 000 человек пришлось освободить просто потому, что некому было работать на заводах. Память о той недолгой, но жестокой войне до сих пор иногда выплёскивается наружу в виде граффити на стенах и памятниках в финских городах.
https://regnum.ru/news/polit/2415221.html