Боролся и искал. Чем запомнится нам Жорес Алфёров?

Среди учёных не так много звёзд. Алфёров, безусловно, такой звездой был. Потому что, помимо научных достижений, у него были харизма и политическая позиция, которой он никогда не изменял. 10-летним мальчиком он прочитал книгу Каверина «Два капитана». И всю последующую жизнь следовал принципу её главного героя Сани Григорьева: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!» Но делал при этом оговорку: очень важно понимать, за что ты борешься. «Соревноваться с США, Европой и Китаем мы всё равно должны» Октябрь 2000 года. Среди объявленных лауреатов Нобелевской премии по физике вдруг звучит фамилия российского учёного. Приятная неожиданность: предыдущую премию нашему учёному — Петру Капице — вручали в далёком уже 1978 году. В 90-е же годы наша наука перебивалась с хлеба на воду, так что надеяться на международное признание не приходилось. Впрочем, Нобелевку Жоресу Алфёрову дали за результаты, полученные в конце 1960-х — «за разработку полупроводниковых гетероструктур, используемых в высокочастотных схемах и оптоэлектронике». Как объяснил тогда Нобелевский комитет, эти структуры используются в мобильных телефонах, без них не было бы сотовой связи. А когда журналисты узнали, что Алфёров — убеждённый коммунист, услышали, как твёрдо звучит его голос, и увидели, как могут блестеть озорным блеском его глаза, стало ясно: на нашем научном небосклоне взошла настоящая звезда. После вручения Нобелевской премии его жизнь бьёт ключом — научная, общественная, политическая... Алфёров основывает Санкт-Петербургский академический университет и Фонд поддержки образования и науки. Инициирует учреждение премии «Глобальная энергия». Руководит Инновационным центром «Сколково». Яростно выступает против реформы Академии наук. В 2013-м он решает баллотироваться на пост президента РАН. Тогда Жорес Иванович принёс в редакцию «АиФ» текст своей предвыборной программы. На первой странице жирным шрифтом был выделен девиз из романа «Два капитана»: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!» «Конечно, Академия должна меняться, реформы нужны, — рассуждал он в тот день. — Но не нужно проводить реформы ради реформ, опираться исключительно на аргументы типа "а вот в цивилизованных странах дела обстоят так-то". Мы уже провели в нашей стране в начале 90-х реформы по принципу "как в цивилизованных странах", уже столько глупостей натворили! Не дай бог подобные реформы устраивать в Академии. Россия — тоже цивилизованная страна, но у нас должен быть свой подход. Надо смотреть, как сделать науку более эффективной для решения именно наших задач, а не чьих-то чужих». Алфёров всегда подчёркивал, что технический прогресс второй половины ХХ века и тот рывок, который совершила наша страна, определялся исключительно соревнованием между США и Советским Союзом. А на вопрос, не жалеет ли он, что это соревнование закончилось (беседа, повторюсь, шла в 2013-м), мягко отвечал: «Сейчас другие условия. Но соревноваться с США, Европой и Китаем мы всё равно должны. И наращивать потенциал — научный, технический, военный». И ссылался на одну из своих любимых цитат, принадлежащую нобелевскому лауреату по химии Фредерику Жолио-Кюри: «Если страна не развивает свою науку, она подвергается колонизации». «Советский Союз погиб. Но он возродится» В первых числах ноября 2017-го, накануне 100-летия революции, я приехал к Жоресу Ивановичу домой, в посёлок Комарово под Питером. Договориться о встрече было архисложно — с прессой он общался уже неохотно. Телефонную трубку всегда брала жена, Тамара Георгиевна — она и уговорила его на интервью. Среди подарков, привезённых из редакции, Жорес Иванович сразу выбрал «Детскую книгу войны». Открыл её и молча листал на протяжении 10 минут, читая дневники детей. Глаза его увлажнились, он бросил взгляд на портрет брата, висевший в кабинете. Маркс Алфёров погиб в последние дни Корсунь-Шевченковской битвы, в феврале 1944 года, и похоронен в братской могиле у деревне Хильки Черкасской области. Жорес Иванович отыскал эту могилу в 1969 году и с тех пор старался приезжать на Украину каждый год. Стал в Хильках почётным гражданином, платил стипендии местным школьникам. А в 2013-м привёз в эту деревню делегацию иностранных учёных. Их очень тепло приняли. И американский профессор, нобелевский лауреат Роджер Корнберг, пообщавшись с местными жителями, говорил Алфёрову: «Жорес, вы ведь один народ! Вас нельзя было делить!» В тот день в Комарове (да и в последние годы вообще) ему хотелось говорить не столько о науке, о которой он вроде бы уже всё сказал, сколько об общественном устройстве и социальной справедливости. Он только что написал статью «Социализм вернётся», гневался на редактора «Советской России», который опубликовал её с сокращениями, и настоятельно рекомендовал прочитать текст в полном виде. Вот фрагменты той беседы, не вошедшие в опубликованное «АиФ» интервью. — Жорес Иванович, вы убеждённый коммунист. Вы до сих пор верите, что можно построить идеальное, справедливое общество? — Я верю, что социализм — наиболее эффективная экономическая система. Но нашей страной на протяжении десятилетий неэффективно руководили. Наш социализм погиб из-за предательства высшего политического руководства страны. Кстати, Ленин так и предсказывал. Он говорил, что если суждено погибнуть советской власти, то она погибнет не от внешних врагов, а от рождённой ею самой партийной бюрократии. — А возможно ли справедливое общество без тотального контроля, без тех же репрессий? — Возможно. Но если говорить о репрессиях 1930-х годов, нужно учитывать реалии, которые в то время были. Я думаю, что если бы сталинских репрессий не было, катастрофа, случившаяся с нами в начале 1990-х, произошла бы раньше. Конечно, репрессии были избыточны. В той форме, в какой они проводились, оправдать их нельзя ничем. А вот жертвы оправдать можно. Идея социальной справедливости у человечества существует с древности. И ради этой идеи всегда приносились жертвы. Вот, скажем, Парижская коммуна погибла сразу. И что же, она зря была? Конечно, нет! Она что-то пробудила в сознании людей, двинула их дальше. Так же и Советский Союз. Да, он погиб. Но он возродится, я уверен. У меня ведь отец тоже сидел. Уже потом он познакомил меня с членами Совета старых большевиков Выборгского района, который возглавлял. И знаете, что меня поразило? Многие из этих людей сидели, но они не имели обиды на партию. Они имели обиду на конкретных людей, которые написали на них донос. — Вы сказали, что жертвы оправдать можно. Но ради чего они? Ради потомков, чтобы они жили, не ведая бед? — Нет, не ради потомков. Ради нас самих. Вот скажите, общество социальной справедливости — хорошая вещь? Хорошая! Значит, мы должны его вернуть? Во всяком случае, должны постараться! P.S. Жорес Алфёров любил рассказывать, как после вручения Нобелевской премии в Стокгольме его спросили: «Как сейчас обстоят дела в России, как вы смотрите в будущее?» И он ответил: «В будущее я смотрю с оптимизмом. И вообще, Россия — это страна оптимистов, потому что все пессимисты давно из неё уехали».