Сергей Пермяков: «Фальсификация результатов экологической экспертизы наказуема»

Именно это и будет являться основной гарантией, что планируемое производство будет безопасным. Член Общественной палаты Удмуртии и директор Удмуртской Ассоциации переработчиков отходов о том, как утилизируются, хранятся и транспортируются опасные отходы сегодня, и что надо сделать для того, чтобы это происходило безопасно для окружающей среды. Биография Сергей Пермяков родился в 1981 году в городе Воткинске Окончил Географический факультет УдГУ. Работал инженером-проектировщиков в «Центре экологических услуг», главным специалистом отдела Экологического мониторинга и информационно-аналитического обеспечения Минприроды Удмуртии, начальником Удмуртского республиканского центра по управлению отходами Автономного учреждения «Управление Минприроды Удмуртии». С 2006 года возглавляет Ассоциацию переработчиков отходов Удмуртии. Участвовал в разработке республиканской программы «Государственная поддержка создания и развития системы переработки и захоронения отходов в УР», закона «Об отходах производства и потребления в УР», а также разработке Территориальной схемы обращения с отходами в Удмуртии. - Сергей Павлович, вы участвовали в создании Территориальной схемы обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО). Похожа ли она на формирующуюся систему обращения с отходами 1-2 классов опасности? - Та система, которая создается сейчас в отношении отходов 1-2 класса опасности, во многом аналогична системе обращения с ТКО. Но если последняя предусматривает множество региональных операторов, то первая пока только одного – им стало ФГУП «РосРАО», если точнее, было назначено единственным федеральным оператором. Почему именно «РосРАО», я, как и все мы, могу только догадываться. Судя по всему, логика принимавших это решение была такова: если «РосРАО» может успешно обращаться с радиоактивными отходами «Росатома», значит, столь же безопасно сможет обращаться и с отходами 1-2 класса, которые намного менее опасны, нежели радиоактивные отходы. Логика решения мне понятна: специалисты «РосРАО» имеют все необходимые допуски, а главное – компетенции, для работы с опасными отходами и защиты окружающей среды. Эта структура, в отличие от других, профессионально занимается отходами, и может дать гарантии безопасности. - ФГУП «РосРАО», безусловно, компетентная структура в вопросах обращения и утилизации. Но компетентна ли она на том же уровне в вопросах транспортировки отходов? - В этом нет особенных сомнений, поскольку «РосРАО» занимается перевозками радиоактивных отходов, и делает это безопасно – о происшествиях никто пока не слышал. Но вопрос не только в компетенциях специалистов «РосРАО», если мы говорим о транспортировке отходов 1-2 класса. Сейчас их тоже транспортируют, и никто не видит в этом большой проблемы. В Ижевске много лет работает мусороперерабатывающий завод «Удмуртвторресурс», транспортирующий и перерабатывающий отходы 1-2 класса – соблюдая все необходимые меры безопасности. Это предприятие, имея природоохранный статус организации 1 класса проверяется надзорными органами ежегодно. Вводимая система обращения с опасными отходами должна усовершенствовать технологии – как транспортировки опасных отходов, так и их утилизации и обезвреживания. Но дело в том, что сегодня отходы 1-2 классов сваливаются вместе с остальными, поскольку никто не объяснил людям, что те же энергосберегающие лампочки содержат ртуть, и их надо утилизировать отдельно, а не выбрасывать вместе с остальным мусором. Что те же автомобильные аккумуляторы надо утилизировать, а не сдавать каким-то дельцам, которые не понятно куда сливают кислоту и хранят эти аккумуляторы навалом за гаражами. Целостной системы обращения с отходами 1-2 класса опасности в России пока нет, она существует в виде разрозненных предприятий переработчиков. - Что предлагается – собирать их отдельно и отдельно же утилизировать? - По российскому законодательству отходы определенного класса опасности должны собираться отдельно. Для каждого класса существуют требования к транспортировке. Так должно быть, но система сбора отсутствует. И дело, конечно, не только в градусниках и лампочках. Нельзя забывать, что мы – промышленный регион, у нас работают заводы, которые образуют массу отходов 1-2 класса опасности: гальваношламы, масла, кислоты. Процесс утилизации предполагает извлечение компонентов, с последующим их вовлечением в полезный хозяйственный оборот. В каких именно количествах, сегодня уточняется, но объемы таких отходов велики, и их также нужно утилизировать и обезвреживать. - И заниматься этим намерены в Удмуртии – комплекс по утилизации и обезвреживанию отходов 1-2 класса хотят построить в Камбарке. Население города, да и всей республики, этими планами встревожено, какова позиция Общественной палаты Удмуртии в этом вопросе? - Давайте все же будем говорить не о строительстве нового завода, а о перепрофилировании действующего завода по уничтожению химического оружия. Общественная палата Удмуртии – не орган власти, она не принимает никаких управленческих решений. Общественная палата – это площадка, на которой может и должен состояться диалог заинтересованных сторон, и мы создаем для него все условия. Недавно в Камбарке состоялось первое расширенное заседание рабочей группы Общественной палаты по по вопросу перепрофилирования завода. Мы пригласили на него жителей Камбарки (в заседании мог принять участие любой желающий) представителя «РосРАО», Минпромторга УР, Минприроды УР, Росприроднадзора по УР, руководство города и района – всех. - Судя по тому, что происходило на заседании, диалога не получилось… - Этому есть свое объяснение. В плохое всегда верится лучше, чем в хорошее. Негатив привлекает внимание. В социальных сетях встречаются сообщения, что активистов-экологов не пустили на общественные слушания. Эти люди, во-первых не имеют отношения к экологическому экспертному сообществу, а представляют конкретные политические организации и кроме того они даже к Камбарке не имеют никакого отношения в целом, во-вторых – именно те, кто об этом написал присутствовали на встрече 13 июня и задавали вопросы. Если говорить про встречу в целом это не были публичные слушания - это было открытое заседание рабочей группы, для того чтобы как раз выявить все существующие вопросы у населения - этот случай очень хорошо показывает как можно манипулировать общественным мнением. Мы стараемся выстроить открытый и понятный диалог. А сегодня мы наблюдаем именно негатив – потоки недостоверных новостей, мнений «псевдоэкспертов» в социальных сетях, откровенной лжи и фейков. Одни говорят, что в Камбарке будет радиоактивный могильник, другие, что повезут отходы со всего мира. Была организована массовая рассылка про взрывы и то, что уже давно в Камбарке не рождается здоровых детей. Смотрим ближе, оказывается, это пишет школьник, который в личной переписке признается, что вышла ошибка. Да что перечислять? Я абсолютно уверен в том, что, если человек хочет узнать правду, ему нужно обратиться к непосредственным источникам информации, в том числе к специалистам в данной сфере. И мы такую возможность предоставили. Представитель «РосРАО» открыто заявил, что радиоактивные отходы в Камбарке утилизироваться и храниться не будут. Можно, конечно, ему не верить, отрицать все, что он скажет, но это, как минимум, не конструктивно – представитель большого государственного предприятия несет ответственность за свои слова. Это – во-первых. А во-вторых, мы, члены Общественной палаты УР, такие же жители республики, и так же, как и все, пока не имеем ответов на все интересующие нас вопросы, связанные с перепрофилированием комплекса. Сегодня каждый житель республики может обратиться к нам со своим вопросом, мы переадресуем его компетентным специалистам, и получим ответ, который будет опубликован. Если на какой-то принципиальный вопрос ответа не будет, мы будем добиваться его получения. - Одно дело – ответы на вопросы, и совсем другое – проектная документация. Ее планируется выставить на всеобщее обсуждение, но где гарантия того, что опубликованные документы будут соответствовать реальным? - Это один из тех вопросов, который сегодня очень волнует людей, и на который есть ответ: соответствовать будет. Манипуляции здесь невозможны в принципе: та проектная документация, которая будет опубликована, и пойдет на экспертизу. Проектная документация определяет технологии, оценивает их воздействие на окружающую среду, на население. После того, как она пройдет общественное обсуждение, поступит на государственную экологическую экспертизу. Просто так «подмахнуть» ее чиновники не могут, поскольку не они подписывают экспертизу, а комиссия, состоящая из экспертов – ученых. А они, уверяю вас, никогда не подпишутся под тем, что не будет соответствовать действительности, иначе просто потеряют имя. Тем более, эксперты государственной экологической экспертизы несут уголовную ответственность за необоснованность или фальсификацию экспертизы. Как человек, не один год занимающийся темой отходов, могу вам сказать, что государственная экологическая экспертиза предельно строгая, и пока специалистам не будут представлены все необходимые доказывающие документы и вообще все, что их интересует, они ничего не подпишут. - Каким будет дальнейший механизм, скажем так, согласования проекта? - Боюсь, что перечислять мне придется очень долго: изыскания, оценка воздействия на окружающую среду, проектная документация, государственная экологическая экспертиза… Еще раз повторюсь, в итоге все мы будем иметь набор документации, содержащей ответы на все интересующие общество и специалистов вопросы, связанные с перепрофилированием комплекса в Камбарке. - Предполагается ли проведение общественных слушаний по перепрофилированию комплекса? - Да, процедура предполагает обязательные общественные обсуждения, они пройдут в три этапа, согласно Приказа Госкомэкологии №372. - Что произойдет, если участники слушаний скажут свое категорическое «нет» строительству комплекса? - Пока мне трудно ответить на этот вопрос, но скажу, что отрицание и позиция «я против потому, что против» - не конструктивна. Общественная палата Удмуртии – площадка для диалога, но конструктивного. - Обсуждалась ли на заседании тема «компенсаций». Иными словами, что получит Камбарка, а вместе с ней и вся республика, если комплекс все-таки будет построен? - Я могу лишь сослаться на представителя «РосРАО», который заявил, что присутствие в регионе «Росатома» всегда несет за собой социальные гарантии. В качестве примера он привел Чепецкий механический завод в Глазове, по сути, градообразующее предприятие: не будет ЧМЗ – не будет и Глазова. Задача Общественной палаты – добиться от представителей «РосРАО» ответов на конкретные вопросы, связанные с социальными гарантиями для людей, и мы эти ответы обязательно получим. - Сами вы лично за или против строительства комплекса по утилизации отходов в Камбарке? - Что касается меня, то я категорически против пренебрежительного отношения к окружающей среде. И за то, чтобы все отходы утилизировались и перерабатывались безопасно для людей и окружающей среды.