«Мандалада»: чем закончилось восстание ненцев против советской власти

Мандалада – это трагическое событие в истории народа ненцев, произошедшее в середине XX века. Это было вооруженное сопротивление коренных народов Ямала и Большеземельской тундры политике советской власти, направленной на насильственную коллективизацию, разрушение традиционного уклада жизни и экономическую эксплуатацию. Слово «мандалада» на языке ненцев означает «воинский сбор», «собравшиеся в круг вооруженные люди».

Причины восстания

В марте 1929 года на Ямале был создан первый оленеводческий колхоз, где организована ячейка ВКП(б). Вскоре в долинах рек начало развиваться земледелие и молочное животноводство, а также рыбный промысел – добыча сига, нельмы, семги. Советская власть начала ликвидацию неграмотности среди коренного населения тундры – до революции умели читать и писать не более 2% ненцев. Но специфика кочевой жизни привела к тому, что детей ненцев для обучения насильно отнимали у родителей, поселяя в школы-интернаты.

В заполярной тундре невозможно выжить без оленей, одежды и обуви на меху. Все это реквизировалось при создании колхозов. Ненец Эсико Лаптандер вспоминал: «Когда началась советская власть, красноармейцы стали ходить по тундре, по чумам. По 10-15 человек ходили с ружьями. Все должны были давать им упряжки оленей. Хоть бедный, хоть богатый — всё равно должен дать оленей и нарты, если кто не дает, значит, он за белых, его сразу стреляют».

Ненцы были недовольны коллективизацией, жесткими решениями советских властей, разрушением жизненного уклада.

Первые протесты

В 1931 году был образован Ямальский (Ненецкий) национальный округ. Вместо существовавших в тундре много десятилетий родовых советов власти начали организовывать национальные. Постепенно в народе накапливались протестные настроения. В 1932-1933 годах небольшие группы шаманов и кулаков (зажиточных оленеводов) пытались повлиять на настроения ненцев, выступая против пушных и оленьих заготовок.

11 марта 1932 года ямальский кулак-оленевод Май Солинтэр, владевший 3500 оленей,

сказал уполномоченным Ханского кооператива, что не признает постановление собрания бедняков о контрактации оленей. Он пояснил, что у бедняков нет никакого права решать судьбу его оленей:. «Разных уполномоченных много было, они ничего не добились, вы и потом не добьетесь. Я могу жить без русских – у меня есть олени, сыт буду».

24 апреля Май Солинтэр отказался получать повестку в суд по поводу эксплуатации им наемных работников – батраков. Он ответил курьеру: «Судей ваших и советскую власть не признаю, у меня свои законы». На повторное требование получить повестку Солинтэр кинулся с ножом на курьера, но был быстро обезоружен.

Восстание 1934 года

К весне 1934 года на Ямале набрало силу протестное движение. Сначала восстания ограничивались блокадой советских факторий в Приуральском и Ямальском районах или же саботажем на них. Грузы (мех и шкуры), направлявшиеся на фактории, сбрасывались с нарт в тундре.

Градус противостояния возрастал. Участники мандалады устроили на северном Ямале народный суд, а попросту расправу, над членом Тамбейского нацсовета Нуми Тусида и председателем Совета Пивичи Окатэтто. Отступников догола раздели, избили, вываляли по снегу, после чего потребовали присоединиться к восставшим.

Мандалада продолжалась до зимы 1934 года. Члены нацсоветов под страхом избиения и смерти сдавали свои удостоверения, а протестующие требовали выдачи им для расправы руководителей, оставшихся на стороне Советской власти. Мандалада блокировала фактории на севере Ямала, прервав их связь с властями округа, распустила несколько нацсоветов. Разграбили разъездную факторию в районе реки Надым, убили ее заведующего и милиционера. Колхозные стада были смешаны с кулацкими.

Требования восставших фактически сводились к полному уходу из тундры Советской власти: «Уберите русских, не надо факторий, верните право голоса кулакам и шаманам, детей в школу отдавать не станем, не признаем советов и советских законов, подчиняться им не будем».

В конце декабря 1934 года направленный на подавление протестов отряд ОГПУ (100 человек) бескровно разогнал восставших.

Мандалада 1943 года

Весной 1943 года пункты кооперации на Ямале перестали отпускать ненцам хлеб. Народ справедливо возмутился, потому что исправно выплачивал налоги рыбой, дичью, оленями. Покатилась волна протестов – ненцы массово покидали оленеводческие совхозы, угоняя стада оленей в тундру.

По всем стойбищам был брошен клич о мандаладе. Его инициировали ненцы Топка, Неле и Сэротетта. В предгорьях Приполярного Урала появилось стойбище протестующих, расположенное в сотне километров от фактории Яра и окруженное сторожевыми чумами. Восставшие были вооружены охотничьими ружьями и американскими винтовками «Ремингтон». В лагерь стали стекаться недовольные ненцы из окрестных районов. Вооруженные повстанцы угоняли стада оленей из колхозов, захватывали обозы с мукой.

21 июня 1943 года из Воркуты и Архангельска для подавления восстания направлены оперативные отряды НКВД. 23 июня архангельский отряд окружил стойбище протестующих. Ненцы открыли огонь и ранили командира отряда НКВД. Массовая перестрелка длилась несколько часов, с обеих сторон были убитые и раненые. После бесплодного боя командир отряда НКВД Земзюлин отправил к восставшим ненецких женщин – передать требование о прекращении огня под угрозой полного уничтожения. После раздумий ненцы сбросили вниз оружие и сдались сами. 36 человек было арестовано, еще троих схватили позднее.

Один из вождей мандалады — Сергей Ного — умер в тюрьме до суда. Второй – Василий Лаптандер – приговорен к расстрелу, который заменили на 20 лет каторжных работ, и скончался в феврале 1944 года. Двадцать один человек приговорен к 10 годам лагерей с конфискацией имущества, остальные – к срокам от 5 до 8 лет. Почти все участники мандалады, отправленные судом в лагеря, впоследствии пропали без вести.

Провокация ради чинов и наград

В октябре 1943 года полыхнуло еще одно восстание ненцев – теперь в Тамбейской тундре. Протесты были цинично спровоцированы Медведевым, начальником Ямальского райотдела НКГБ, который рвался к новым званиям и должностям. Он поручил председателю колхоза оленеводов «Красный Октябрь» найти недовольных действиями Советской власти и начать новую мандаладу.

16 ноября отряд НКВД открыл огонь по ненецкому стойбищу Вэнга, а Медведев послал из п. Тамбей радиограмму в Салехард: «Положение тяжелое. Имели 10-минутную перестрелку. Просим выслать самолетом ручные пулеметы. В мандале 200 человек». Оперативная группа УНКГБ под командованием Гаранина вылетела из Омска через Салехард и захватила в тундре без сопротивления два стада оленей, до полусмерти напугав ненцев.

Чекисты приказали участникам мандалы явиться в стойбище Сатоку-Яптика. Пришло более 150 человек, из которых арестовали 50. Семеро ненцев пытались бежать, но погибли под огнем чекистов. Остальных увезли в Тамбей, судили и отправили в лагеря. Попутно Гаранин «раскрыл германского разведчика», арестовав по обвинению в шпионаже начальника гидрографической партии Главсевморпути Плюснина.

Последствия мандалады для ненцев

События мандалады ненцы обсуждали тайком, вспоминая родных и близких, которые сгинули после того, как их увезли милиционеры. Из тюрем и лагерей вернулись лишь несколько человек, большинство сгинуло без следа.

Тяжело, а порой трагично, сложилась жизнь членов семей участников мандалады. Советская власть конфисковала имущество – тёплую меховую одежду и оленей, заперла за решетку кормильцев. Беспомощные дети и беззащитные жены остались в тундре на верную гибель. Сородичи-ненцы перевезли осиротевших людей ближе к поселкам, но далеко не всех это спасло от смерти, вызванной голодом или морозами.

Отец ненки Секо Ламдо был арестован за участие в мандаладе 1943 года. Её мать председатель поселка изгнал как жену врага народа. Женщина попросилась рыбачить с другими ненцами в устье Малой Оби, но начальство разрешило только кормить ездовых собак. Животные напали на неё и сильно искусали. Малышка Секо и ее мать месяцами голодали, скитаясь в безуспешных поисках работы. Женщина скончалась от голода и в конце 1946 года, девочку отправили в интернат.

Память народа жива

Много лет сведения о мандаладах замалчивались советской властью. Информация попала в открытый доступ лишь после событий перестройки и развала СССР. В период с 1991-го до 2010 года опубликовано несколько научных и этнографических работ, освещающих мандаладу как неизвестную трагедию ненецкого народа. В устном народном фольклоре ненцев до сих пор можно услышать рассказы о событиях мандалады, превратившиеся в мифы и легенды.