Посмотри, как прекрасен Русский Север!
Воркута – это ещё не самое страшное, что есть на Русском Севере. Самое страшное начинается за её пределами. Десятки больших и маленьких посёлков, которые напоминают декорации к фильмам ужасов. Раньше их строили для людей, которые должны были работать в шахтах. После того, как шахты закрылись, умерли и посёлки.
Казалось бы, здесь не должно быть ничего страшного: закрыли шахту, переселили людей, посёлок отключили от коммуникаций, снесли, вывезли мусор, на месте бывших домов опять бегают лисы, мишки и полярные еноты. Но нет. Человек оставил за собой покинутые дома и дороги, заброшенные учреждения культуры и закрытые магазины. И, что самое страшное, в этих умирающих посёлках продолжают жить люди. Люди, которые оказались никому не нужны. Надпись мелом на двери – "Подъезд жилой" или "Здесь живут люди" – напоминает военные хроники, когда после обстрелов было действительно непонятно, где ещё остался человек, а где нет.
Здесь же сложилась парадоксальная ситуация. Квартиры тут по понятным причинам невозможно продать. В сети есть новости, которые могут на первый взгляд показаться забавными – когда квартиру продают за рубль – но за ними скрывается трагедия. Всё, ради чего вы работали, всё, что должно было обеспечить вашу старость, вдруг рухнуло. Человек оказывается никому не нужен. Его квартира тоже никому не нужна, даже бесплатно. Кто мог, свалил – и вот уже приходится писать мелом на двери подъезда: "Здесь живут люди". Единственное, что тут стабильно – это ежемесячные платежи за коммунальные услуги. За двушку в полуразваленной хрущёвке надо отдавать 5-7 тысяч.
01. Первый посёлок, Октябрьский, – сразу около выезда из Воркуты. В лучшие годы тут проживало 10 000 человек. Последние 10 лет он пустует.
02. В бывшем магазине сохранилась лепнина и богатые интерьеры.
03. Внезапно буквально в чистом поле, точнее, в дикой тундре стоит разрушенная школа!
04. Это посёлок Северный, тут ещё сохранилась жизнь. В центре среди руин стоит памятник Ленину и дом культуры, который признали памятником архитектуры и теперь не сносят. Но вокруг жизни нет.
05. Почти всё заброшено, хотя, говорят, крытый каток, на который приезжали даже из самой Воркуты, ещё действует.
06. А так – руины.
07.
08. Старая советская вывеска, уже большая редкость.
09. Это уже микрорайон Цементнозаводский. Планировалось, что здесь будет жить 4000 человек, поэтому была построена дорога с бетонным покрытием, связывающая посёлок с Воркутой, жилые здания, школа, магазины, детские сады и другие объекты инфраструктуры. Но не сложилось.
10. Здесь уже нет жизни, кажется, люди покинули эти места совсем недавно. В почтовых ящиках можно найти квитанции за 2020 год и предвыборную агитацию.
11. Квартиры ещё не растащили, даже батареи на месте. Хотя непонятно, кому они тут нужны.
12.
13. Люди уехали совсем недавно, ещё окна целы.
14. Но дом уже отключили от отопления.
15. Всё.
16. Этот посёлок давно бы закрыли, жизни здесь почти нет, но мешает войсковая часть. Военным нужна хоть какая-то инфраструктура, а ещё у них в поселке остался спортивный центр "Цементник". Я так понимаю, из-за этого посёлок нельзя отключить от коммуникаций и закрыть окончательно.
17.
18.
19.
20. Едем дальше. Бывший детский садик, переделанный под церковь. Опять же, очень интересная эволюция. Рожать стали меньше, чем умирать, церковь теперь нужнее.
21. Ничто, нигде и никогда.
22. Старая автобусная остановка...
23. Случайно на дороге встречаю пожилую пару, они просто прогуливаются из одного посёлка в другой.
24. Могилы заключённых, которых расстреляли во время забастовки в Речлаге 1 августа 1953 года. Я про неё вчера рассказывал.
25. На некоторых крестах даже остались небольшие таблички с именами.
26. Руины
27. Шахта
28. Это посёлок Воргашор, который начали строить в 1964 году как раз ради шахты. Сегодня он входит в состав Воркуты, как и посёлок Северный.
29. С высоты он выглядит совершенно заброшенным
30. Трудно поверить, что здесь живут почти 9,5 тыс. человек. Но кто-то ведь должен обслуживать шахту.
31.
32. Бедный дедушка Ленин даже в виде памятника не дождался коммунизма. Теперь он с тоской взирает на то, как разваливается очередная коммунистическая стройка.
33. Что касается историй про квартиры за рубль, то это не то чтобы миф, просто довольно редкий случай. Некоторые квартиры принимает в дар мэрия Воркуты. В прошлом году представитель администрации рассказывал, что в среднем город бесплатно получает от граждан одну-две квартиры в месяц. По его словам, освободившееся жильё используется для переселения людей из аварийных домов.
34. Но даже в пустом городе квартир хватает не всем. Иначе как объяснить, что кто-то остаётся в полузаброшенном доме? Или такое жильё просто не считается аварийным?
35. По данным сайта реформы ЖКХ, в Воркуте и окружающих её посёлках сейчас 127 аварийных домов, расселение многих ещё не начиналось. В очереди на расселение – 14 тысяч человек.
36. Глава администрации Воркуты Игорь Гурьев рассказывает, что ещё 155 домов стоят брошенными. По его словам, их не сносят, потому что на это просто нет денег: только на то, чтобы их разобрать, нужно около 200 миллионов рублей. При этом переселить людей из посёлков в Воркуту власти тоже не могут, потому что, как объясняет Гурьев, закон этого не позволяет. Чтобы всё получилось, нужно "расширить городскую черту". Хотя это странно, если учесть, что большинство посёлков и так входит в состав городского округа "Воркута".
Кстати, вот ещё один пример дарения квартиры из той же статьи:
37. Если взглянуть на сайт объявлений, то бесплатно там сейчас ничего не раздают, но большую квартиру по символической цене вполне можно приобрести.
38. Например, в посёлке Северный, который я показывал выше, за 40 тысяч можно найти и трёшку, но в среднем там жильё стоит 100-150 тысяч. Сто тысяч – это две средних зарплаты в Воркуте (столько, например, получают офисные работники "Воркутаугля").
39. В Воргашоре 3-комнатную квартиру площадью 62 кв. метра можно купить за 85 тыс. рублей, а вообще цены тут начинаются от 50 тысяч. Только, кажется, заброшенных домов тут осталось больше, чем целых.
40. В самой Воркуте разброс цен на жильё довольно большой. Например, можно найти однушку за 150 тысяч, но кто-то пытается продать и трёшку за 2,1 млн или двушку за 1,3 млн. При этом надо понимать, что новых домов в Воркуте нет, а перспективы города весьма туманны. Кому здесь может пригодиться квартира за 2 миллиона? Ну разве что каким-нибудь топ-менеджерам "Северстали".
41. Посёлок Комсомольский. Он тоже выглядит заброшенным, хотя, по официальным данным, тут живут более 500 человек – как большая деревня.
42. Когда-то тут был дом и автобусная остановка.
43. Остатки спортзала
44.
45. Интересно, для кого эти надписи? Для почтальонов, чтобы знали, куда квитанции приносить? Или люди надеются так мародёров отпугнуть?
46.
47. Честно говоря, жилым подъезд не выглядит.
48.
49. Если бы не припаркованная машина, я бы решил, что дома совершенно пусты.
50. Посёлок Заполярный находится к западу от Воркуты, рядом с обогатительной фабрикой "Печорская". Он тоже пока ещё жилой, хотя с 1970-х его население сократилось в 7 раз.
51. Согласно "Википедии", тут когда-то был даже свой ликёро-водочный завод и санаторий-профилакторий, не говоря уже о более привычных объектах:
52. Для многих местных жителей лучшее, что можно сделать с Воркутой, – просто уехать из неё.
53. Даже мрачная северная природа совсем не радует глаз. К тому же, в этих местах она изрядно загажена отходами производства.
54. Что будет с Воркутой и её посёлками-спутниками дальше?
История с умирающими городами интересна ещё и с точки зрения урбанистики. Мы примерно понимаем, что делать, когда города растут. Ведь города растут почти всегда. Когда город растёт, то на месте маленьких домов появляются дома побольше, на месте полей появляются новые жилые районы. Если не хватает одной школы, можно построить вторую, если не справляется трамвай, можно строить метро.
Развивать город довольно просто. Хотя, как показывают российские реалии, не все справляются. Про развитие городов написаны сотни книг, над этой темой работают архитекторы, экономисты, транспортники, социологи не один век. Но вот что делать, если город умирает?
Это как с деревом: забраться наверх легко, а вот слезть получается не всегда. Что делать, если в школу, рассчитанную на 500 человек, начинает ходить 50? Как быть, если в жилом доме из 60 квартир осталось всего 5?
Когда город умирает, сразу рушится вся экономика. Простой пример: чтобы ваше любимое кафе работало, должен быть поток клиентов. Если клиентов нет, то кафе закроется. То же самое и с магазином. В деревне, где живёт 100 человек, не может быть хорошего супермаркета, а в деревне, где живёт 10 человек, вообще не будет магазина, вместо него будет приезжать автолавка.
Отапливать панельную пятиэтажку, где осталось несколько жилых квартир, очень дорого. Вы не можете не отапливать брошенные квартиры: замёрзнут трубы. То есть вам надо следить не только за жильём, в котором ещё живут люди, но и за брошенными квартирами.
Ухаживать за школами, больницами и общественными зданиями тоже становится сложно. Люди перестают платить налоги и оплачивать коммунальные платежи. Становится не на что убирать улицы. На остановках нет пассажиров, перестаёт ходить общественный транспорт.
Города красиво развиваются, но очень некрасиво умирают. В этом города похожи на людей. Старость вообще редко бывает красивой, как и смерть.
Мне совсем не хочется заканчивать этот рассказ с чувством безысходности. "Всё пропало!" – сказать легче всего. А что делать?
Если честно, я не встречал успешных кейсов, как решили такие проблемы другие страны. Если знаете, поделитесь. Но даже если успешных кейсов нет, почему бы не стать первыми? Ведь проблема моногородов стоит не только в России.
Я вижу следующее решение.
Для начала надо чётко понимать, сколько людей должно остаться в Воркуте. Сколько тут реально нужно людей. Судя по тому, что говорят специалисты, примерно 20 000. Это те, кто будет управлять и работать на оставшихся шахтах, а также те, кто будет заниматься сервисом и городом.
20 000 человек можно комфортно поселить в центре Воркуты. Не думаю, что имеет смысл сохранять жизнь в посёлках вокруг города. Их состояние вы видите сейчас на фото. Они и так полуживые. Для переселения можно спокойно использовать квартиры в центре Воркуты, которые сейчас либо брошены, либо выставлены на продажу. Кстати, в Воркуте одна из самых низких в России цен на квадратный метр – около 5-6 тысяч рублей. Соответственно, надо чётко понять, какие дома и районы должны быть расселены, а какие дома пойдут под переселение.
Те дома, которые расселяются, надо сразу сносить. Сегодня заброшенный дом – часть городского пейзажа. Вот зачем они десятки лет стоят? Ничего, кроме депрессии и уныния, такие картины не вызывают. Всё сносить, а строительный мусор грамотно перерабатывать и утилизировать. Технологии есть. Дома, которые остаются, надо, конечно, приводить в порядок. Сейчас иногда сложно понять, жилой дом или заброшенный. Ну и, конечно, людям, которым предлагается переселение, надо предоставлять условия лучше, чем у них были. Сейчас местные власти жалуются, что народ не хочет покидать свои квартиры. А что вы хотели? Живёт человек в своей двушке панельной в богом забытом посёлке. А вы ему предлагаете какую-то убитую двушку в соседнем посёлке, которую бросили хозяева. Конечно, он не захочет переезжать.
Возможно, имеет смысл вообще рассмотреть строительство нового жилья. Посмотрите, какие дома строят норвежцы на своём крайнем севере, на Шпицбергене:
Или вот:
Согласитесь, такое жильё выглядит гораздо лучше убогих пятиэтажек.
Воркута, конечно, должна стать гораздо компактнее, чем она сейчас. Спустя почти 90 лет после основания города самое время наконец подумать о людях.
Ну вот почему в норвежском Лонгйире, где живет 2000 человек, может быть вот такая библиотека, а в Воркуте нет?
Начать преображать Воркуту просто. Достаточно убрать с центральной улицы людоедский лозунг "Больше угля – Родине" и построить хоть одну нормальную детскую площадку.
"А где взять деньги?!" – уже хотите спросить меня вы.
Ну, можно перестать спонсировать упырей вроде Лукашенко, которому тут решили дать полтора миллиарда долларов, или Додона, которому Путин пообещал 200 млн евро. А наконец начать тратить деньги на людей. Уверен, воркутинцы заслужили своим трудом человеческое отношение к себе.
Интересно, кстати, что градообразующее предприятие "Воркутауголь" платит в бюджет Воркуты лишь 20 млн рублей в год (до вычета НДС), что составляет 1/50 собственных доходов города. Остальные деньги уходят в вышестоящие бюджеты.
Казалось бы, здесь не должно быть ничего страшного: закрыли шахту, переселили людей, посёлок отключили от коммуникаций, снесли, вывезли мусор, на месте бывших домов опять бегают лисы, мишки и полярные еноты. Но нет. Человек оставил за собой покинутые дома и дороги, заброшенные учреждения культуры и закрытые магазины. И, что самое страшное, в этих умирающих посёлках продолжают жить люди. Люди, которые оказались никому не нужны. Надпись мелом на двери – "Подъезд жилой" или "Здесь живут люди" – напоминает военные хроники, когда после обстрелов было действительно непонятно, где ещё остался человек, а где нет.
Здесь же сложилась парадоксальная ситуация. Квартиры тут по понятным причинам невозможно продать. В сети есть новости, которые могут на первый взгляд показаться забавными – когда квартиру продают за рубль – но за ними скрывается трагедия. Всё, ради чего вы работали, всё, что должно было обеспечить вашу старость, вдруг рухнуло. Человек оказывается никому не нужен. Его квартира тоже никому не нужна, даже бесплатно. Кто мог, свалил – и вот уже приходится писать мелом на двери подъезда: "Здесь живут люди". Единственное, что тут стабильно – это ежемесячные платежи за коммунальные услуги. За двушку в полуразваленной хрущёвке надо отдавать 5-7 тысяч.
01. Первый посёлок, Октябрьский, – сразу около выезда из Воркуты. В лучшие годы тут проживало 10 000 человек. Последние 10 лет он пустует.
02. В бывшем магазине сохранилась лепнина и богатые интерьеры.
03. Внезапно буквально в чистом поле, точнее, в дикой тундре стоит разрушенная школа!
04. Это посёлок Северный, тут ещё сохранилась жизнь. В центре среди руин стоит памятник Ленину и дом культуры, который признали памятником архитектуры и теперь не сносят. Но вокруг жизни нет.
05. Почти всё заброшено, хотя, говорят, крытый каток, на который приезжали даже из самой Воркуты, ещё действует.
06. А так – руины.
07.
08. Старая советская вывеска, уже большая редкость.
09. Это уже микрорайон Цементнозаводский. Планировалось, что здесь будет жить 4000 человек, поэтому была построена дорога с бетонным покрытием, связывающая посёлок с Воркутой, жилые здания, школа, магазины, детские сады и другие объекты инфраструктуры. Но не сложилось.
10. Здесь уже нет жизни, кажется, люди покинули эти места совсем недавно. В почтовых ящиках можно найти квитанции за 2020 год и предвыборную агитацию.
11. Квартиры ещё не растащили, даже батареи на месте. Хотя непонятно, кому они тут нужны.
12.
13. Люди уехали совсем недавно, ещё окна целы.
14. Но дом уже отключили от отопления.
15. Всё.
16. Этот посёлок давно бы закрыли, жизни здесь почти нет, но мешает войсковая часть. Военным нужна хоть какая-то инфраструктура, а ещё у них в поселке остался спортивный центр "Цементник". Я так понимаю, из-за этого посёлок нельзя отключить от коммуникаций и закрыть окончательно.
17.
18.
19.
20. Едем дальше. Бывший детский садик, переделанный под церковь. Опять же, очень интересная эволюция. Рожать стали меньше, чем умирать, церковь теперь нужнее.
21. Ничто, нигде и никогда.
22. Старая автобусная остановка...
23. Случайно на дороге встречаю пожилую пару, они просто прогуливаются из одного посёлка в другой.
24. Могилы заключённых, которых расстреляли во время забастовки в Речлаге 1 августа 1953 года. Я про неё вчера рассказывал.
25. На некоторых крестах даже остались небольшие таблички с именами.
26. Руины
27. Шахта
28. Это посёлок Воргашор, который начали строить в 1964 году как раз ради шахты. Сегодня он входит в состав Воркуты, как и посёлок Северный.
29. С высоты он выглядит совершенно заброшенным
30. Трудно поверить, что здесь живут почти 9,5 тыс. человек. Но кто-то ведь должен обслуживать шахту.
31.
32. Бедный дедушка Ленин даже в виде памятника не дождался коммунизма. Теперь он с тоской взирает на то, как разваливается очередная коммунистическая стройка.
33. Что касается историй про квартиры за рубль, то это не то чтобы миф, просто довольно редкий случай. Некоторые квартиры принимает в дар мэрия Воркуты. В прошлом году представитель администрации рассказывал, что в среднем город бесплатно получает от граждан одну-две квартиры в месяц. По его словам, освободившееся жильё используется для переселения людей из аварийных домов.
34. Но даже в пустом городе квартир хватает не всем. Иначе как объяснить, что кто-то остаётся в полузаброшенном доме? Или такое жильё просто не считается аварийным?
35. По данным сайта реформы ЖКХ, в Воркуте и окружающих её посёлках сейчас 127 аварийных домов, расселение многих ещё не начиналось. В очереди на расселение – 14 тысяч человек.
36. Глава администрации Воркуты Игорь Гурьев рассказывает, что ещё 155 домов стоят брошенными. По его словам, их не сносят, потому что на это просто нет денег: только на то, чтобы их разобрать, нужно около 200 миллионов рублей. При этом переселить людей из посёлков в Воркуту власти тоже не могут, потому что, как объясняет Гурьев, закон этого не позволяет. Чтобы всё получилось, нужно "расширить городскую черту". Хотя это странно, если учесть, что большинство посёлков и так входит в состав городского округа "Воркута".
Кстати, вот ещё один пример дарения квартиры из той же статьи:
37. Если взглянуть на сайт объявлений, то бесплатно там сейчас ничего не раздают, но большую квартиру по символической цене вполне можно приобрести.
38. Например, в посёлке Северный, который я показывал выше, за 40 тысяч можно найти и трёшку, но в среднем там жильё стоит 100-150 тысяч. Сто тысяч – это две средних зарплаты в Воркуте (столько, например, получают офисные работники "Воркутаугля").
39. В Воргашоре 3-комнатную квартиру площадью 62 кв. метра можно купить за 85 тыс. рублей, а вообще цены тут начинаются от 50 тысяч. Только, кажется, заброшенных домов тут осталось больше, чем целых.
40. В самой Воркуте разброс цен на жильё довольно большой. Например, можно найти однушку за 150 тысяч, но кто-то пытается продать и трёшку за 2,1 млн или двушку за 1,3 млн. При этом надо понимать, что новых домов в Воркуте нет, а перспективы города весьма туманны. Кому здесь может пригодиться квартира за 2 миллиона? Ну разве что каким-нибудь топ-менеджерам "Северстали".
41. Посёлок Комсомольский. Он тоже выглядит заброшенным, хотя, по официальным данным, тут живут более 500 человек – как большая деревня.
42. Когда-то тут был дом и автобусная остановка.
43. Остатки спортзала
44.
45. Интересно, для кого эти надписи? Для почтальонов, чтобы знали, куда квитанции приносить? Или люди надеются так мародёров отпугнуть?
46.
47. Честно говоря, жилым подъезд не выглядит.
48.
49. Если бы не припаркованная машина, я бы решил, что дома совершенно пусты.
50. Посёлок Заполярный находится к западу от Воркуты, рядом с обогатительной фабрикой "Печорская". Он тоже пока ещё жилой, хотя с 1970-х его население сократилось в 7 раз.
51. Согласно "Википедии", тут когда-то был даже свой ликёро-водочный завод и санаторий-профилакторий, не говоря уже о более привычных объектах:
52. Для многих местных жителей лучшее, что можно сделать с Воркутой, – просто уехать из неё.
53. Даже мрачная северная природа совсем не радует глаз. К тому же, в этих местах она изрядно загажена отходами производства.
54. Что будет с Воркутой и её посёлками-спутниками дальше?
История с умирающими городами интересна ещё и с точки зрения урбанистики. Мы примерно понимаем, что делать, когда города растут. Ведь города растут почти всегда. Когда город растёт, то на месте маленьких домов появляются дома побольше, на месте полей появляются новые жилые районы. Если не хватает одной школы, можно построить вторую, если не справляется трамвай, можно строить метро.
Развивать город довольно просто. Хотя, как показывают российские реалии, не все справляются. Про развитие городов написаны сотни книг, над этой темой работают архитекторы, экономисты, транспортники, социологи не один век. Но вот что делать, если город умирает?
Это как с деревом: забраться наверх легко, а вот слезть получается не всегда. Что делать, если в школу, рассчитанную на 500 человек, начинает ходить 50? Как быть, если в жилом доме из 60 квартир осталось всего 5?
Когда город умирает, сразу рушится вся экономика. Простой пример: чтобы ваше любимое кафе работало, должен быть поток клиентов. Если клиентов нет, то кафе закроется. То же самое и с магазином. В деревне, где живёт 100 человек, не может быть хорошего супермаркета, а в деревне, где живёт 10 человек, вообще не будет магазина, вместо него будет приезжать автолавка.
Отапливать панельную пятиэтажку, где осталось несколько жилых квартир, очень дорого. Вы не можете не отапливать брошенные квартиры: замёрзнут трубы. То есть вам надо следить не только за жильём, в котором ещё живут люди, но и за брошенными квартирами.
Ухаживать за школами, больницами и общественными зданиями тоже становится сложно. Люди перестают платить налоги и оплачивать коммунальные платежи. Становится не на что убирать улицы. На остановках нет пассажиров, перестаёт ходить общественный транспорт.
Города красиво развиваются, но очень некрасиво умирают. В этом города похожи на людей. Старость вообще редко бывает красивой, как и смерть.
Мне совсем не хочется заканчивать этот рассказ с чувством безысходности. "Всё пропало!" – сказать легче всего. А что делать?
Если честно, я не встречал успешных кейсов, как решили такие проблемы другие страны. Если знаете, поделитесь. Но даже если успешных кейсов нет, почему бы не стать первыми? Ведь проблема моногородов стоит не только в России.
Я вижу следующее решение.
Для начала надо чётко понимать, сколько людей должно остаться в Воркуте. Сколько тут реально нужно людей. Судя по тому, что говорят специалисты, примерно 20 000. Это те, кто будет управлять и работать на оставшихся шахтах, а также те, кто будет заниматься сервисом и городом.
20 000 человек можно комфортно поселить в центре Воркуты. Не думаю, что имеет смысл сохранять жизнь в посёлках вокруг города. Их состояние вы видите сейчас на фото. Они и так полуживые. Для переселения можно спокойно использовать квартиры в центре Воркуты, которые сейчас либо брошены, либо выставлены на продажу. Кстати, в Воркуте одна из самых низких в России цен на квадратный метр – около 5-6 тысяч рублей. Соответственно, надо чётко понять, какие дома и районы должны быть расселены, а какие дома пойдут под переселение.
Те дома, которые расселяются, надо сразу сносить. Сегодня заброшенный дом – часть городского пейзажа. Вот зачем они десятки лет стоят? Ничего, кроме депрессии и уныния, такие картины не вызывают. Всё сносить, а строительный мусор грамотно перерабатывать и утилизировать. Технологии есть. Дома, которые остаются, надо, конечно, приводить в порядок. Сейчас иногда сложно понять, жилой дом или заброшенный. Ну и, конечно, людям, которым предлагается переселение, надо предоставлять условия лучше, чем у них были. Сейчас местные власти жалуются, что народ не хочет покидать свои квартиры. А что вы хотели? Живёт человек в своей двушке панельной в богом забытом посёлке. А вы ему предлагаете какую-то убитую двушку в соседнем посёлке, которую бросили хозяева. Конечно, он не захочет переезжать.
Возможно, имеет смысл вообще рассмотреть строительство нового жилья. Посмотрите, какие дома строят норвежцы на своём крайнем севере, на Шпицбергене:
Или вот:
Согласитесь, такое жильё выглядит гораздо лучше убогих пятиэтажек.
Воркута, конечно, должна стать гораздо компактнее, чем она сейчас. Спустя почти 90 лет после основания города самое время наконец подумать о людях.
Ну вот почему в норвежском Лонгйире, где живет 2000 человек, может быть вот такая библиотека, а в Воркуте нет?
Начать преображать Воркуту просто. Достаточно убрать с центральной улицы людоедский лозунг "Больше угля – Родине" и построить хоть одну нормальную детскую площадку.
"А где взять деньги?!" – уже хотите спросить меня вы.
Ну, можно перестать спонсировать упырей вроде Лукашенко, которому тут решили дать полтора миллиарда долларов, или Додона, которому Путин пообещал 200 млн евро. А наконец начать тратить деньги на людей. Уверен, воркутинцы заслужили своим трудом человеческое отношение к себе.
Интересно, кстати, что градообразующее предприятие "Воркутауголь" платит в бюджет Воркуты лишь 20 млн рублей в год (до вычета НДС), что составляет 1/50 собственных доходов города. Остальные деньги уходят в вышестоящие бюджеты.