Крутой рассинхрон. Сёстры-отличницы осуществили мечту — стали военврачами
Сёстры, врачи, лейтенанты. Близняшки, как известно, всегда вместе — в семье, в школе, в университете, на службе. И всё у них в жизни синхронно. Так и у анестезиологов-реаниматологов Главного военного клинического госпиталя имени Бурденко Надежды и Любови Ермохиных.
Присяга у Суворова
Сразу после школы они хотели учиться в Военно-медицинской академии имени Кирова, но их не взяли по состоянию здоровья. И тогда рыжеволосые сёстры-отличницы поступили в Самарский медуниверситет, приехав туда из города Волжска, где родились и выросли, где рано из жизни ушёл отец, и мама их воспитывала сама. Университет закончили с красными дипломами. Обе. И по одной и той же специальности. После интернатуры стали размышлять, куда идти работать.
Снова подумали об армии. Тянуло их туда. Пошли в военкомат — там сказали: «Если сами найдёте военную часть, которая вас возьмёт на службу, мы препятствовать не будем».
«Мы вообще не представляли, как и что делать. Но знали, что есть Главный военный клинический госпиталь имени Бурденко, — рассказывает доктор Любовь. — Нашли телефон, позвонили. Нас перенаправили на начальника центра анестезиологии и реанимации Валерия Викторовича Стеца. Мы с ним созвонились и затем приехали на собеседование. Он сказал, что может взять нас гражданскими врачами, но желательно закончить ординатуру».
Сёстрам-отличницам это условие понравилось — в 2017 году они начали работать и параллельно учились в ординатуре в НИИ общей реаниматологии имени Неговского. А после ординатуры окончили ещё и аспирантуру, сейчас обе — кандидаты медицинских наук.
Когда началась СВО, решили, что статус гражданских врачей в военном госпитале — это не совсем правильно.
«Мы каждый день читали сводки, слышали рассказы раненых, которые в госпитале лечились, и думали: «Наша специальность — это не просто выполнение каких-то манипуляций, работа с аппаратурой, а это умение бороться за жизнь, принимать решения в считанные секунды. А значит, мы нужны там, в зоне боевых действий, — вспоминает доктор Надежда. — И тогда подошли к Денису Владимировичу Давыдову, начальнику госпиталя, сказали, что хотим перейти на военную службу. Он нам посодействовал».
25 января 2023 года девушки приняли присягу — прямо в госпитале, в его историческом здании, у бюста генералиссимуса Александра Суворова, который в 1749 году, будучи капралом Семёновского полка, нёс здесь караул. Позже прославленный полководец говорил, что «намерения, с великим трудом обдуманные и ещё с большим исполненные», с настойчивостью осуществлённые, давали ему победу над своенравною фортуною. Вот и застенчивые с виду сёстры с удивительной настойчивостью исполнили свои намерения.
Здесь и сейчас принять решение
С тех пор они не раз отправлялись в командировки в зону боевых действий. Спасали раненых в прифронтовых госпиталях, эвакуировали их в Москву, работая в аэромобильном отряде госпиталя Бурденко.
«Для меня командировка — это тот случай, когда можно посмотреть, как работают люди, и, может, опыт какой-то им передать, — говорит Любовь. — В 2023 году стали использовать для обезболивания продлённую проводниковую анестезию. Она выполняется, к примеру, чтобы раненый мог доехать до следующего этапа медпомощи (а чаще всего речь идёт о тяжёлых ранениях конечностей). Это блокада периферических нервов — седалищного, бедренного, плечевого сплетения. Внутримышечной инъекции ненадолго хватает, а эвакуация занимает 2-3 часа по ухабистым дорогам. И выполнение таких блокад как раз позволяет пациентам спокойно доехать. Но там в госпиталях работают в основном гражданские врачи, и они опасались использовать этот вид анестезии. Возможно, они пользовались им, но при плановых операциях на стабильных пациентах. А мы показали, что он хорошо работает и на раненых, в том числе во время экстренных операций и для эвакуации».
При этом, как говорят молодые военврачи, они тоже учились у старших коллег, а также набирались нового опыта.
«Мне было сложно перестроить мышление, — признаётся Надежда. — В Москве ты лечишь, а там — спасаешь бойца, который только что был в строю. Здесь в основном плановые операции, и все узкие специалисты, вся диагностика рядом, на подхвате. Здесь есть возможность подумать. А там ты должен принять решение немедленно. Там ты пациента видишь 2-3 часа, и нужно его быстро стабилизировать, оказать экстренную помощь и подготовить к эвакуации, чтобы он смог доехать дальше — до следующего этапа».
«Когда к нам в госпиталь пациенты поступают, они уже прооперированы, более-менее стабилизированы. И мы их лечим в плановом порядке. Благодаря командировкам я увидела, какие они изначально поступают, с какими ранениями. И какую помощь оказывают им на том этапе эвакуации. Когда вот эта полная картинка есть, уже по-другому оцениваешь состояние пациента здесь», — добавляет Любовь.
И ещё девушки увидели, что всё, что прописано в учебниках относительно этапов эвакуации и оказания медпомощи на каждом из них, — работает.
«Раньше я открывала историю болезни и думала про себя: «Мы же совсем другой объём оперативного вмешательства делаем. Почему же они там не сделали?» А теперь понимаю, что делают именно такой объём, который на том этапе сделать можно. Там задача — выполнить хирургическую обработку и стабилизировать пациента, чтобы он смог добраться до центральных и главных госпиталей», — говорит Надежда.
Ну а когда работали в аэромобильном отряде, вообще освоили много нового. В воздухе, говорят они, всё изменяется — физико-химические свойства жидкостей и тканей организма, физиология, патофизиология. Исходя из этого нужно понимать, каких пациентов можно взять на борт, а каких — нет, какую помощь в воздухе можно оказать и какие препараты применить.
Без букетного периода
Всё они успевают — и работать с самоотдачей, и диссертации защищать, и в баскетбол играть. Этим видом спорта занимались с 5 класса в школе, потом — в университете, а теперь раз в неделю играют с коллегами — в госпитале собралась целая группа почитателей баскетбола.
А ещё Надежда и Любовь играют на гитарах в рок-группе. Причём это умение они освоили не так давно. Нашли школу, где учат играть на музыкальных инструментах взрослых, и осуществили свою давнюю мечту. Там встретили людей, у которых появилось свободное время или дети выросли, и те тоже решили научиться играть. В общем, нашли друг друга и создали группу «Окситоцин», с которой выступают иногда на концертах. Говорят, что при их работе эмоциональное выгорание — реальная угроза, ведь очень трудно видеть тяжелораненых ребят и узнавать их истории. А музыка даёт возможность переключиться.
В общем, комсомолки, спортсменки и просто красавицы! Но если до сего года всё в их жизни было синхронно, то недавно впервые случился рассинхрон, да ещё какой крутой. В очередной командировке Любовь познакомилась с медбратом, анестезистом. Богдан работал в медицинском отряде специального назначения, привозил раненых с линии соприкосновения в госпиталь. И они стали общаться, практически ежедневно.
«Приятно, конечно, когда ты далеко от дома, а за тобой кто-то ухаживает, — признаётся Люба. — Но я не думала, что это может перерасти во что-то серьёзное, потому что я в Москве, он — из Сибири, постоянно в командировках».
Но вот её командировка закончилась, она вернулась в Москву, и её отправили в отпуск. Совершенно случайно Богдану тоже отпуск дали. Он взял и приехал в столицу, что стало для Любы совершенной неожиданностью. Приехал и сразу сказал – намерения у него серьёзные, а жизнь такова, что не может позволить себе тратить время на какие-то букетные периоды. Если согласна — выходи за меня замуж. Они успели съездить к её маме, к его родителям и расписались. На войне всё быстро: и атаки, и эвакуации, и любовь, и свадьбы...
Рассинхрон получился счастливым, и Надя рада за сестру. «Но и я не отчаиваюсь!», — смеётся она.