Жительница блокадного Ленинграда Галина Пащенко: «Родители меня учили с детства, что надо быть стойкой»
Ее жизненный путь – достойный пример для подражания молодому поколению, а жизнелюбие – секрет долгой и счастливой жизни. В год 80-летия Победы в Великой Отечественной войне Галина Серафимовна в рамках регионального проекта «Имя тебе – Победитель» поделилась историей своего жизненного пути.
Она родилась 14 апреля 1939 года в городе Кронштадте Ленинградской области в семье врачей. Ее родители – Серафим Николаевич и Парасковья Георгиевна Герасимовы –выпускники Кубанского государственного мединститута. Папа – терапевт, мама – педиатр.
Когда началась война, маленькой Галине было всего два года, а ее старшей сестре 10 лет. Глава семейства был сразу же направлен на Северный флот, служил в госпитале на Соловках, а затем – врачом в составе бригады морской пехоты Краснознаменного Северного флота в Заполярье. Мама продолжала работать участковым педиатром в блокадном Кронштадте.
– Загрузка у педиатров была большая: смены порой по 12 часов. За мной присматривала какая-то женщина. Сестру забрала к себе в Кисловодск мамина приятельница, – рассказала Галина Пащенко. – Я была мала, но помню постоянное ощущение голода. Все время хотелось хлеба. С тех пор слежу за тем, чтобы ни один кусочек хлеба не пропадал, не выбрасывался. Еще помню мелкую рыбу колюшку. Ее ловили в Финском заливе сачками для бабочек, наволочками, тем, что было. Иногда нам доставалось этой рыбки. Колюшке установлен памятник в Кронштадте. Очень красивый.
В апреле 1942 года Галина с мамой были эвакуированы в Вологду, а оттуда уехали в Кисловодск, к женщине, что приютила старшую сестру Галины. Маленькая Галя к тому времени была очень слаба и могла только ползать. Вскоре заболела и ее мама – брюшным тифом, но выздоровела. Но на этом беды не закончились. Кисловодск попал в оккупацию и находился в ней с августа 1942 года по январь 1943-го.
– Так как наш папа был подполковником медицинской службы, знакомые нас старались спрятать, – рассказала Галина Серафимовна. – Мама работала заведующей травматологического отделения в госпитале, а я выступала перед ранеными: песни пела, рассказывала стихи. После войны отец разыскал нас, и из Кисловодска мы переехали в Архангельск. Здесь он служил терапевтом в госпитале, располагавшемся в школе №37, а мама лечила детей.
Галина Серафимовна отмечает, что у нее детство было тяжелым, но у многих детей было еще сложнее, так как их отцы погибли на фронте. Вместе с тем семьи жили дружно, помогали друг другу.
– Приехали на Сульфат в ноябре 1945 года. К северной зиме мы не были готовы, командование выдавало нам одежду на всю семью. Мне достались валенки и пальто, – вспоминает Галина Пащенко. – Жили в общежитии, на втором этаже. Помню, я бегала по коридору и кричала, что мой папа богатый, так как у него есть коробочка сухарей.
Но опять не повезло. Случился пожар, к счастью, днем, когда все были на работе. Имущество никакое не сохранилось, а подросшей Гале предстояло идти в первый класс. Семью разместили в спортивном зале школы.
– В послевоенный период жизнь была сложной. Какое-то время в школе продолжал базироваться госпиталь, но учеба шла, устраивались утренники, на которые дети сами делали костюмы из чего могли, – делится воспоминаниями Галина Серафимовна. – Еще помню, что на большой перемене всем детям выдавали чайную ложку сахарного песка, который мы должны были проглотить при учительнице. Моя учительница Елена Павловна Вагуль – единственная, кто знал, что я пережила блокаду: не принято было об этом говорить. Однажды она привела меня на огород, выдернула из грядки морковку, помыла ее и протянула мне. Так я впервые узнала, что такое морковка. И что удивительно, каждому отличнику она дарила книгу. У меня четыре такие книги.
Школу Галина Пащенко окончила с отличием и поступила на вновь открывшийся в Архангельском медицинском институте стоматологический факультет, но затем перевелась на лечебный. Вышла замуж. Работала в первой городской больнице неврологом, но так как всегда стремилась заниматься наукой, поступила в аспирантуру, в 1989 году защитила диссертацию. Всю свою трудовую жизнь она посвятила медицине.
Говоря о том, что помогало преодолевать трудности, Галина Серафимовна в первую очередь вспоминает слова мамы.
– Во время войны я иногда плакала: «Мама, кушать хочу!». А она говорила: «Галя, в Ораниенбауме людям еще хуже. Терпи, молчи, приспосабливайся». Поэтому я практически никогда не плачу, – признается Галина Пащенко. – И я всем говорю, что сейчас мы живем хорошо. Я веду активную жизнь и всем блокадникам говорю: «Не раскисайте». Мне с детства внушили родители, что надо держаться, быть стойкой. И я так же воспитывала своих детей.
Добавим, что о жизни в военные годы Галине Серафимовне родители рассказывали мало. Многие детали этого периода она восстанавливала по документам. И даже о том, что мама награждена орденом Отечественной войны II степени, узнала лишь много лет спустя.
– При жизни она его ни разу не показала, – говорит она. – Не любили они о том времени рассказывать. У нас была очень дружная семья. Папа буквально боготворил маму, во всем помогал. Сам стирал белье на реке. Они всем делились друг с другом. Вот и нас, блокадников, объединяет любовь к жизни, Родине и стране.