Архив раскрывает тайны. Загадки биографии «хозяина лесной республики»

Одной из памятных дат последнего месяца года является День Героев Отечества – 9 декабря. В этот день мы отдаем дань памяти героическим предкам, чествуем Героев Советского Союза, Героев России, кавалеров орденов Святого Георгия и Славы, тех, кто самоотверженно и бескорыстно служил и служит Отчизне.

В пределах современной Новгородской области находятся места рождения 87 Героев Советского Союза и Героев России, 9 кавалеров ордена Славы трех степеней. Более 120 человек – не уроженцев нашего края – были удостоены звания Героя за подвиги, совершенные на Новгородчине в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.

Особое место среди Героев Советского Союза занимает Николай Григорьевич Васильев (1908 – 1943). Долгое время считалось, что местом рождения выдающегося партизанского комбрига является деревня Русские Новики Валдайского района. Он «числился» новгородцем и в 1950-60-е годы, когда из-под пера новгородского журналиста Виталия Иванова вышли первые обстоятельные очерки биографии Н. Г. Васильева, и в 1980-е – в подготовленном Министерством обороны СССР двухтомнике «Герои Советского Союза», и в 1990-е – в сборнике воспоминаний «Партизаны. Новые подробности о боевых действиях народных мстителей на ленинградской земле в годы Великой Отечественной войны 1941 – 1945». Иногда, в частности в упомянутом сборнике, название деревни искажалось как «Русские Новинки». В издания Книги Памяти Новгородской и Псковской областей, которые увидели свет в середине 1990-х, Н. Г. Васильев также был внесен как наш земляк. К слову, одним из первых указал точное место рождения Н. Г. Васильева – город Двинск (ныне Даугавпилс, Латвия) – Иван Иванович Сергунин, Герой Советского Союза, бывший партизанский комиссар, в своей книге «Давали клятву партизаны».

Уточнение мест рождения участников войны, в первую очередь Героев Советского Союза – обычная практика исследовательской работы, которая может занимать не одно десятилетие и продолжается по сей день. В настоящее время мы знаем, что за пределами нашего региона родились М. С. Батракова, Я. С. Зимин, В. Г. Левченко, А. А. Шевелёв, хотя еще чуть более тридцати лет назад все они считались новгородцами по рождению. В то же время, уроженцем Валдая оказался И. Н. Фошин. Как свидетельствуют документы Центрального архива Министерства обороны РФ, размещенные в объединенном банке данных (ОБД) «Мемориал», при составлении именного списка безвозвратных потерь офицерского состава частей 60-й гвардейской стрелковой дивизии Иван Николаевич был записан уроженцем Вологды.

В своей книге «Партизанские комбриги: люди и судьбы» псковский краевед Н. В. Никитенко сообщал, что еще в январе 1974 года брат Н. Г. Васильева Михаил писал известному псковскому писателю и журналисту, сослуживцу легендарного комбрига Ивану Васильевичу Виноградову: «Мой брат Николай родился в 1908 году 8 июня в городе Двинске бывшей Витебской губернии. В 1921 году отец с семьей переехал в Валдай…» Своевременное обнародование этой прекрасно известной близким людям информации позволило бы избежать последующих искажений. Тем не менее, сам И. В. Виноградов в своей книге «Строки, пропахшие порохом» (в том числе при ее переиздании в 1988 году) называл родным городом комбрига Валдай. Нетрудно объяснить, почему в послевоенные годы Герой был «приписан» к Валдайскому району. Путаница с местом рождения также, как и в судьбе И. Н. Фошина, прослеживается уже в документах периода войны. В ОБД «Мемориал» размещена книга учета умерших эвакуационного госпиталя № 1949, в которую подполковник Н. Г. Васильев вписан как уроженец Валдая.

В Валдайском районе Николай Григорьевич жил с 12 лет. Период возмужания будущего партизана выпал на трудное для страны и семьи время. Бегство от ужасов Первой мировой войны, скитания по всему северо-западу, неприязнь односельчан к вынужденным переселенцам, бедность, голод… Даже просто выжить было непросто, но именно в эти годы формируется характер Н. Г. Васильева.

«Волевой, смелый, собранный, он с первых дней войны весь отдался боевому делу. Мало сказать – партизаны его уважали. Его любили. Все видели, что целью своей жизни Васильев поставил честное и добросовестное служение Родине, партии. Такой не мог не стать героем. Это был человек долга. Всё личное от отодвигал на второй план», – вспоминал о командире 2-й Ленинградской партизанской бригады И. В. Виноградов (из первого выпуска сборника очерков «Люди легенд»).

А вот свидетельство вышестоящего руководителя, которому подчинялись партизаны Северо-Западного фронта, Василия Порфирьевича Гордина, тем более ценное, что при жизни Н. Г. Васильева их отношения не были безоблачными: «Это был волевой и требовательный командир, никогда не терявшийся в сложной обстановке. Неутомимо и настойчиво сплачивал он своих бойцов в слаженный, всегда готовый к боевым действиям коллектив. Высокая требовательность к подчиненным сочеталась у него с повседневной заботой, товарищеским вниманием и чуткостью. Его глубоко уважали и любили партизаны и колхозники Партизанского края» (из сборника воспоминаний «Партизанскими тропами Приильменья»).

Командир полка 2-й бригады, воевавшего под началом Н. Г. Васильева, Николай Иванович Афанасьев, тоже отмечал удивительную приязнь людей к комбригу: «Его не боялись, как, бывает, боятся какого-нибудь грозного чинушу. Хотя власть комбриг имел огромную. Его очень уважали. Потому что он всегда оставался справедливым: знал дело, и если уж называл что-то непорядком, значит, так оно и было.

Вообще, редкий случай, но Васильева любили, как мне кажется, все, кто его знал. Партизаны – за его смелость, волю, спокойствие в бою, за внимательность к подчиненным. Он был просто обаятелен в своем умении непременно сделать то, что пообещал. И колхозники тоже его любили. Он вникал в их нужды, старался чем можно помогать. Его знали по имени и отчеству, он был в глазах жителей Края действительно защитником от врага» (из книги А. Н. Афанасьева «Предел досягаемости. Хроника партизанской бригады»).

Если боевой путь Николая Григорьевича хорошо описан в мемуарной и исследовательской литературе и иллюстрирован архивными документами, то о его юности известно немного. Став комсомольцем в 17 лет, он активно включился в работу по ликвидации неграмотности в деревне Ящерово, занимался пионерами в районном бюро ДКО (детских коммунистических отрядов), был избачом в деревнях Ям-Зимогорье и Русские Новики. Позднее писавшие о Н. Г. Васильеве объясняли особую ненависть «хозяина Партизанского края» к поднявшимся на селе в 1941 году врагам советской власти его борьбой с местными кулаками в конце 1920-х. В Валдайском районе в него стреляли из-за угла, ночью подожгли дом, в котором он жил – только неожиданный отъезд спас жизнь заведующему избой-читальней, его жестоко избили, ударив обухом топора. Но упорный парень – «кто поедет за меня?» – вновь возвращался к односельчанам.

В 1929 году Н. Г. Васильев вступил в ВКП(б). В фонде Государственного архива новейшей истории Новгородской области сохранилась написанная его рукой автобиография. Этот документ, раскрывающий некоторые подробности судьбы будущего партизана, заслуживает того, чтобы процитировать его.

«Автобиография Васильева Николая Григорьевича рож. 1908 г. 27 июля (стар. ст.) (видимо, описка; верно: «июня» – В. К.) Витебской губ. Двинского уезда дер. Старый-Фармштад. В семье крестьянина бедняка (теперь отец середняк). Три раза во время империалистической войны выезжали беженцами, гор. Остров, Луга, Гачино (Гатчина – В. К.). Три раза всей семьей были в плену Германии, Польше и Латвии из которой выехали не захотев принять ихного подданства так как братьям надобно отбывать военную обязанность, так лучше быть на страже СССР, чем у мордобоев Латвии. Выбыли из Латвии 1920 году в июле м-це Новгородскую губернию Валдайский уез[д] Зимогорскую волость дер. Фалево, где как при социализации нарезали хут[ор] из леса, не пуская нас в деревню, так как мы так не разрабатываем и т. д. в это время как нарезали хутор мы вместе с отцом. Приехали как стали я с матерью с 1920 г. августа месяца до 1923 года я ходил побираться, на остальных членов семьи, вместе с матерью. В корельском рай[о]не, Наволок, Старово и д[ругие] дер[евни].

В 1925 году вступаю в ряды ВЛКСМ. Зимой 25 года и 26 работаю по ликвидации неграмотности, пройдя курсы ликвидации неграмотности. С 1927 года с марта – по август работаю избачем в Зимогорской избе-чит[альне] и одновременно членом волком ВЛКСМ при Ва[л]дайской бывшей волости и пред[седателем] бюро Д.К.О. и секретарем Зимогорской яч[ейки] ВЛКСМ, с работы избача меня снимают так, как плохо знакомого с работой и не вел работы с беднотой. Меня это задело и решил ехать в Цека ВЛКСМ разрешить этот вопрос, по своей глупости дурости когда уехал то не сдал оправдательных документов на 116 руб. Но суд меня оправдал, и обвинил только за халатность с прекращением судимости в январе 1928 года.

В 1929 году работаю с 8-го января… избачем в Русско-Новиковской избе-читальне.

Образование нисшее 3-ри класса сельской школы.

Отец мой и отца братья родились и выросли в Псковском уезде Палкинской волости, дер. Сидорово – Усадбище Псковской губ. А благодаря стесненной земле все разбежались где давали свободные земли.

С отцом не живу с 8-го января 1929 года.

Автобиография верна. Н. Васильев 24/VII 29 года».

Став коммунистом, Николай Григорьевич переехал на работу в Валдай, а вскоре был призван в Красную армию. Он служил в Новгороде, где располагался 46-й стрелковый полк 16-й стрелковой дивизии. В июле 1941 года, когда фронт приближался к городу, начальник гарнизонного клуба – Дома Красной армии Н. Г. Васильев был приглашен для беседы в 10-й отдел Политуправления Северо-Западного фронта и направлен в Старую Руссу, чтобы возглавить штаб 2-й партизанской бригады и вести соединение за линию фронта.

Рассматривая историю создания первого Партизанского края на территории районов, оккупированных гитлеровцами, надо отметить не только удачно сложившиеся военно-политические и географические факторы, но и влияние личности командира 2-й бригады. Н. Г. Васильев уже в августе взял курс на подчинение всех местных партизанских командиров правилам жесткой дисциплины. Причем комбриг не считался с довоенным положением, а из инцидентов быстро извлекал уроки. Так, приказом № 2 от 16 августа 1941 года был исключен из состава партизан первый секретарь райкома ВКП(б) одного из захваченных районов за попытку дважды изнасиловать санитарку, за трусость и паникерство. Такие быстрые отставки и понижения, которые Н. Г. Васильев применял к «несправившимся» и позднее, порождали неприязнь к нему у некоторых командиров.

Тем же приказом командирам и комиссарам отрядов было предложено на стоянках отселять женщин в один шалаш.

Еще во второй половине сентября 1941 года приказы по бригаде требовали от командования отрядов добывать одежду и обувь «за счет врага и предателей». 2 октября 1941 года из-под пера комбрига выходит приказ № 10. Теперь командиры и комиссары должны были представлять в штаб бригады заявки на заготовку продуктов, одежды, обуви и фуража, а заготовками в восстановленных колхозах занималась оргтройка – чрезвычайный орган советской власти. Созданная Н. Г. Васильевым система снабжения полностью оправдала себя: к 15 ноября 1941 года во всех отрядах 2-й бригады были сделаны заготовки продовольствия на пять месяцев, а отряды «Грозный», «Будёновец» и «За Родину» были полностью обмундированы за счет местных жителей. В марте 1942 года командир и комиссар бригады сделали выговор командованию отряда «Ворошиловец» за самовольное изъятие коров в деревне Зелёный Клин. В приказе подтверждался запрет на мобилизацию в отряды населения без разрешения бригады.

Источником пополнения отрядов стали группы «окруженцев» – военнослужащих, в силу обстоятельств не по своей воле оказавшихся на оккупированной территории. В сентябре 1941 года Николай Григорьевич одним из первых в Ленинградской области начал формировать такие отряды. К концу года отряды «Храбрый», «Боевой» и «Ворошиловец» стали самыми многочисленными в бригаде, для них были подобраны опытные командиры и комиссары. Из числа «окруженцев» Партизанского края вышли такие прославленные партизанские командиры, как А. В. Алексеев – командир 7-й Ленинградской партизанской бригады, А. П. Артемьев – сын высокопоставленного военачальника, командир отряда, В. А. Головай – начальник штаба 2-й бригады и другие.

Захват карателями территории Партизанского края после ожесточенных боев Н. Г. Васильев воспринял как личную трагедию и взял на себя ответственность за судьбу бригады. К этому времени он уже был тяжело болен – запущенный туберкулез подтачивал силы комбрига. В Валдае он «выглядел очень неважно: ходил покрытый испариной, говорил хрипло, мучительно кашлял». Партизанский врач Лидия Семёновна Радевич просила, чтобы Николая Григорьевича поберегли, но начальство Валдайской оперативной группы требовало исполнения приказов наркома обороны и Ленинградского штаба партизанского движения о развертывании борьбы в тылу врага. Выход в советский тыл рассматривался как их грубейшее нарушение.

Н. Г. Васильев был вынужден снова вести переформированное соединение за линию фронта, чтобы смыть с овеянной славой бригады тень унизительного подозрения, брошенную руководством. Отеческой любовью наполнено его письмо от 19 ноября 1942 года к секретарю Молвотицкого райкома ВКП(б), которого он просил дать разнарядку сельсоветам на выделение подвод: «Тов. Алексееву. Убедительно прошу Вас в срок направить подводы согласно указанных чисел. Без лошадок отряды с места двигаться не могут. А двигать людей на запад крайне нужно. Наши мальчики должны сделать большие дела для родины».

13 декабря 1942 года самолетом безнадежно больной командир был снова вывезен в советский тыл. В упомянутой выше книге Н. В. Никитенко привел его письмо от 29 декабря 1942 года к врачу Л. С. Радевич и медсестре Н. Т. Егоровой: «Если бы чиновники послушали вас… болезнь была бы пресечена своевременным лечением, которого я просил, так как чувствовал боли в груди. Таких хамов как Гордин и Алексеев к своим подчиненным за всю военную жизнь в первый раз вижу. Вот дикобразы! Откуда их только выкопали?.. С чиновников еще спросят вышестоящие командиры за посылку больного командира, за посылку партизан в тыл врага без гимнастерок и теплых портянок…».

25 марта 1943 года Николай Григорьевич Васильев скончался на руках жены Нины Георгиевны в вышневолоцком госпитале. В Валдае на центральной площади города состоялись торжественные похороны комбрига. Партизаны прощались с товарищем и наставником, родители провожали сына… Смерть любимого командира стала потрясением для всех, кто его знал. Во 2-й Ленинградской партизанской бригаде в глубоком тылу противника в тот же день состоялся траурный митинг. Бригада взяла себе имя Николая Григорьевича и, как боевое знамя, достойно пронесла до последнего дня борьбы.

Колотушкин Валерий Геннадьевич, заведующий отделом использования документов Государственного архива новейшей истории Новгородской области