Как остановить Ваську -3
Выполняю обещанное в предыдущей публикации и рассказываю, как отнимали у вологжан красоту, постепенно уничтожая уникальный русский город. Неповторимый образ Вологды создавали храмы, деревянная застройка и река — в своей совокупности (см. цитату А.Никитина в первой статье).
Как остановить Ваську - 2
Как остановить Ваську - 1
Три удара по старой Вологде
Удар первый. В первой половине и середине 20 века рушили храмы. Из 59-и отдельно стоящих церковных зданий, расположенных в границах города начала 20 века (в черте современной Вологды их было бы еще больше), 37 повреждено, из них 21 (т.е. больше трети!) полностью сметено с лица земли! Город навсегда лишился панорам: ведь именно вертикали храмов оживляли равнинный рельеф.
Удар второй. Во второй половине 20 века, в связи с массовым жилищным строительством, были снесены сотни характерных только для Вологды деревянных домов. Город, в значительной мере, потерял свой образ. Тем не менее, Вологда вошла в число особо ценных исторических городов СССР: таких на всю огромную страну было всего 41! В 1970-м году ее включили и в список 115-ти исторических городов РСФСР, из которых только 16(!) могли похвастаться памятниками деревянного зодчества.
С конца 20-го века и по настоящее время идет последовательное искоренение всего русского в архитектуре города (немногочисленные исключения не в счет), да и не только в ней: западную культуру нам ежедневно прививают с экранов телевизоров; об англицизмах в языке и названиях торговых и прочих заведений уже не говорю. Аллен Даллес порадовался бы, видя, как успешно выполняется его план по воспитанию из русских людей космополитов. Последовательно сокращаются охранные зоны в исторической части города (расширение площади таких зон за счет окраин радует мало) что дает возможность бизнесу терзать центр точечной застройкой, о запрете которой говорится уже лет семь, но «Васька слушает, да ест». Закономерный итог — город исключен из списка исторических поселений России!
Удар третий. С 2017-го года власти принялись за третью и последнюю составляющую образа города — реку! На днях проводил экскурсию с деловым туристом из Чили; в завершение прокатились вдоль по реке на моторке фирмы-заказчика. Впечатление от главной улицы города удручающее: то задворки и промзона, то дикие заросли по берегу в районе парка Мира — того и гляди, выскочит разбойник из Бесова леса, криминогенного района средневековой Вологды. Местами густая зелень оказалась очень кстати, а то пришлось бы лишний раз краснеть перед гостем за вид лучшего в городе памятника гражданской архитектуры — Скулябинской богадельни. Ближе к центру возникло впечатление, что плывешь вдоль бетонного корыта: лишь травяная лужайка с редкими кустиками в районе бывшего пляжа понравилась и чилийцу. Вот бы все берега так благоустроить: вышло бы в десять раз дешевле, чем сплошное бетонирование!
Откуда деньги?
И вот, после этих трех стратегических ударов по старой Вологде, ведется речь о повторном включении города в список исторических поселений! Да, несколько лет назад губернатор у памятника федерального значения — полуразрушенного дома Шахова, говорил о реставрации, о том, что туристы приехали смотреть вот эту старину, а не хрущевские пятиэтажки напротив. В благие намерения, судя по печати глубокого пессимизма на своей физиономии, я и тогда не поверил. Оказалось, не зря. Через некоторое время губернатор высказался за строительство высотной гостиницы в центральной части города, чтобы Президенту было где остановиться. И после этого просить главу страны о включении города в ряд исторических?! Логики не вижу.
Откликнулся ли глава государства на эту просьбу, из теленовостей я не понял, а вот просьбу о выделении двух миллиардов рублей на реставрацию вологодского кремля вроде как одобрил. Это радует. Но, подумалось, а на то ли надо было деньги просить?
Вспоминаю 2017 год. В Вологде проходит съезд градозащитников России. Зам. губернатора О. А. Васильев с трибуны говорит, что на реставрацию объектов культурного наследия области нужно, по минимуму, два с половиной миллиарда рублей, на что сенатор С. Е. Рыбаков, отвечающий в Совете Федерации за культуру, ему оппонирует: «А на всю страну отпущено четыре». Комментарии излишни. Когда, в ходе экскурсии с сенатором, я обратил его внимание на судьбу деревянного дома на углу улиц Мальцева и Кирова, Сергей Евгеньевич тут же определил эту судьбу одним словом: «Снесут!» Власть и народ безучастно смотрят на гибель двух-трех памятников истории и культуры в день в целом по стране.
Когда написал об этом и о печальной судьбе деревянной Вологды Президенту, получил ответ в положенный срок … от Комитета по охране объектов культурного наследия области: сам бы себе мог такой написать, когда возглавлял Общественный совет при этом органе. Когда формулировал вопрос так, чтобы переадресовать его было некому, в ответ не получал ничего.
Откуда вдруг взялись два миллиарда на наше архиерейское подворье? Резервный фонд такой большой? А почему именно на этот объект? На два миллиарда можно было бы отреставрировать все деревянные памятники, да и на Скулябинскую бы богадельню хватило: Вологда частично вернула бы себе исторический облик. Налицо отсутствие взгляда на город как на цельную систему, на архитектурно-художественное целое. Когда-то «обширный и прекрасный» город свелся к одной площади!
Далее. А что нужно нашему музею-заповеднику в первую очередь? Реставрация? Или помещение для хранения фондов — депозитарий? Еще при предыдущем губернаторе остро встал вопрос о не соответствующих современным требованиям условиях хранения фондов. В этом году, уже действующему губернатору, по линии вологодского отделения Общероссийского народного фронт (ОНФ), подготовил обращение о необходимости выделения помещения под депозитарий, а Президенту, тоже через ОНФ, — обоснование необходимости реставрации Скулябинской богадельни. О принятых ими решениях информации у меня нет.
Еще один вопрос беспокоит: а что будет с комплексом зданий нашего музея после реставрации? Не исключаю, что вологодский митрополит поставит вопрос перед патриархом о передаче архиерейского двора, в рамках закона о реституции, в лоно РПЦ. Губернатор вынужден будет согласиться. Исключаете такую возможность? Но Софийский собор уже находится в двойном ведении, а из Воскресенского картинная галерея несколько лет назад выселена в никуда, собор полностью передан епархии.
Не ведают, что творят?!
На вопросы: «Что с нами происходит?», «Кто виноват?» и «Что делать?» я пытался отвечать в заключениях своих книг, в каждом переиздании разных. Читают их только люди, находящиеся со мной «на одной волне»: таких десятки тысяч (общий тираж 72 тыс экз.) А по упорству власти, заливающей природные берега реки Вологды бетоном, понял, что она не хочет слышать ни специалистов (я не из их числа), ни общественность, разработавших, в частности, альтернативное техзадание по благоустройству набережной. Власть слушает специалистов-варягов, действующих по принципу «Чего изволите?», и большинство населения (создать это большинство — задача техники), которому более важна «жизнь туловища», по словам М.Задорнова. Но не в силе бог, а в правде!
«Прости им, Отче, ибо не ведают, что творят», — сказал Иисус своим палачам. Другой мудрец советовал: «Не пытайся противодействовать тому, что от тебя не зависит». Седьмой десяток лет с болью и горечью смотрю, как кусок за куском «уминают» мой родной город, отнимают красоту. Не могу этого ни понять, ни простить, ни молчать!