Чудеса случаются
Театральное искусство не знает ни поры, ни времени. Театр объединяет людей, развивает культуру, заставляет поразмышлять о собственной жизни.
В Вологде живут и работают три государственных театра: Драмтеатр, ТЮЗ и Теремок. Так почему же Камерный драматический театр администрация города стеснила в сырое, неподготовленное помещение?
Далекий 1999 год…
В 1999 году группа бывших актеров ТЮЗа организует Камерный драматический театр. Яков Романович Рубин — художественный руководитель театра. Около 20 лет назад — молодой человек, подающий огромные надежды. Но по неизвестным причинам ТЮЗ расторгает с ним договор, следом уходят некоторые профессиональные актеры. Вместе с ним ушла и заслуженная артистка России — Ирина Джапакова.
Ирина Джапакова и Яков Рубин
Ирина Джапакова: И вот этой группой мы делаем театр. Все на нас смотрят как на идиотов: что это такое? Ведь есть прекрасный государственный театр, а это группа выскочек. Тем не менее, мы зарегистрировались, искали помещение. Полгода ходили по улицам, потом нас приютила картинная галерея. В первом зале камерного театра мы проработали 5 лет. Потом там открыли Музей кружева, и нас выселили вместе с департаментом культуры. Департаменту культуры, естественно, нашли место, а мы 7 лет бродили. Давали спектакли в кафе Красный мост. Ушли многие, но появились новые люди. Перспективы не было никакой, кроме нашего желания сделать театр, в который зрители будут ходить с любовью. В конце концов мы получили в аренду здание по улице Ленина 5 на 49 лет. Сделали из него уютное помещение на 50-60 мест.
Фундамент раздора
В 2014 году открыли фундамент соседнего дома от Ленина 5 , а фундаменты у зданий смежные. Видимо копнули слишком сильно и фундамент стал рушиться— вдоль стены и на потолке появилась огромная трещина.
Яков Рубин: И в 2015 нас начали потихонечку отсюда выдавливать разными способами. Нас пытались закрыть под видом аварийности, на нас насылали МЧС, нас вызывали на серьёзный разговор в департамент имущества. Но мы как партизаны заняли круговую оборону и 4 года не выходили из этого здания. Здание, правда, все равно продали частнику.
У театра был договор на 49 лет аренды, но один маленький нюанс — условия позволяли театру платить всего 10% от рыночной стоимости помещения. Но новый собственник — новые условия, больше никакой скидки. Театр вынужден платить полную стоимость. И что теперь делать?
Яков Рубин: Стали искать помещение, но оказалось все не так просто. Было несколько вариантов, но мы решили переехать в дом Поповых на Мира 20, в бывшее здание академии. Сам дом — памятник архитектуры XIX века, но его состояние плачевно: ужасно протекает крыша, полы вздулись, потекло по стенам. “Радостей” много, конечно.
Камерный театр — это не о прибыли. Его создавали как культурный, творческий проект. Всё, чем зарабатывает театр, — продаёт билеты на свои спектакли. Сейчас нет даже этого, не на улице же постановки показывать.
Яков Рубин: Больших денег у нас никогда и не было, деньги нам нужны только для того, чтобы просто оставаться на плаву. А стройка как пропасть - сколько не бросишь туда денег, все улетает и не видно, что там что-то было. Поэтому стройка не движется, а ползет.
Настоящие помощники
В театре работает незаменимый человек — Виктория Гребёлкина. Она занимается связями с общественностью, организацией и администрацией театра. Именно ей пришла в голову идея — пригласить волонтеров.
Яков Рубин: Сегодня Виктория настолько необходимый человек в театре, что уже не я ставлю перед ней задачи, а она передо мной, и это очень хорошо. К её идее позвать волонтеров я отнесся скептически. Но я вижу, как активно помогают люди, поэтому она оказалась права.
На призыв откликнулись многие. Мы сами видели людей разного возраста, которые бодро переносят реквизиты и костюмы.
Виктория Гребёлкина
Виктория Гребёлкина: Это волонтерство тяжелое, суровое и бескорыстное, потому что театр не может подарить каждому по футболке или кружке.
Но не вся работа волонтерам по силам — электричество, сантехника и многое другое — дело рук специалистов. Фасад тоже выглядит потрепанно и весьма непривлекательно, а средств на косметический ремонт этого здания у театра нет.
А дальше?
Будет ли снова работать Камерный театр, полюбившийся многим вологжанам, не понятно. Ведь многое зависит от помощи неравнодушных вологжан.
Яков Рубин: Если мы в начале октября не начнем работать, то театр пойдет ко дну. У нас нет никаких средств кроме денег с проданных билетов. Нам и зарплату платить нечем. Я не знаю, каким чудом это произойдет, но знаю, что чудеса случаются.
Если Вы хотите помочь театру своими руками, материалами или чем-то ещё, пишите Виктории Гребёлкиной.