"Ночная ведьма" на бреющем полете. История летчицы Марии Смирновой
В первые дни войны женщины-летчицы из аэроклубов и транспортной авиации стали проситься на фронт. Марина Раскова предложила создать женский полк, и уже к октябрю ее предложение было принято. Так появился 588-й ночной легкобомбардировочный авиационный полк, одним из эскадронов которого впоследствии командовала Мария Смирнова
Озорная курносая девчонка из тверской крестьянской семьи с пухлыми щечками, непослушными тугими и мелкими кудрями, которые так трудно было уложить в прическу. Смешливая, бойкая, энергичная, с тонюсенькой талией — "казалось, вот-вот переломится", как говорили боевые подруги.
Гвардии майор, командир эскадрильи 46-го гвардейского ночного бомбардировочного авиационного полка 2-го Белорусского фронта, 940 боевых вылетов, 24-летняя Герой Советского Союза, кавалер трех орденов Красного Знамени, ордена Ленина, ордена Александра Невского и ордена Красной Звезды.
Это все об одной и той же девушке — Маше, Марии Смирновой. Когда война закончилась, ей было 25 лет. Эти годы обычно отданы милым девчачьим радостям, Маше же, как и многим ее ровесницам, предстояло посвятить их смертельной и жестокой битве за мир и спокойствие на своей земле.
Юность-война
Маша родилась 31 марта 1920 года, в 16 лет закончила педагогическое училище, была сначала учительницей. Но не только мальчишки, но и девочки мечтали тогда о небе. Папанин, челюскинцы были ее любимыми героями, а особенного ее уважения, конечно, были удостоены их небесные спасители: Водопьянов, Леваневский, Ляпидевский. И Маша пошла учиться в Калининский аэроклуб, окончив который стала летчиком-инструктором.
Эти навыки оказались скоро очень нужными: началась война, уже в октябре Маша ушла на фронт добровольцем. За четыре месяца окончила курсы летчиков при Энгельсской военной авиационной школе пилотов и в звании младшего лейтенанта была зачислена замкомандира эскадрильи в 588-й ночной легкобомбардировочный авиационный полк, который впоследствии за мужество и героизм личного состава был преобразован в 46-й гвардейский ночной бомбардировочный авиационный полк.
Он был единственный, в котором все должности, включая механиков и техников, занимали женщины. А вообще полков, укомплектованных женщинами-летчицами, было в ВВС СССР три.
"Кукурузники" с бомбами
Самолеты У-2, впоследствии По-2, были по большей части фанерными. Приведем фрагмент из технического описания модели: "Конструкция самолета У-2 была деревянная из сосны и фанеры, с полотняной обшивкой, узлы — из мягкой стали, стойки коробки крыльев первоначально — дуралюминовые каплевидные трубы, вскоре замененные стальными круглыми трубами с примотанными к ним лентой на клее деревянными обтекателями (для удешевления). Фюзеляж — с фанерной передней частью и расчалочной хвостовой, верхняя грань задней части закрывалась съемным выпуклым гарготом из 1-мм фанеры для удобства осмотра..."
Но было одно бесценное преимущество: По-2 были бесшумными, за что их прозвали "небесными тихоходами".
На таких "маленьких деревянных бомбовозах с полотняными крыльями" вылетали девушки в ночь, чтобы снова и снова уничтожать личный состав, боеприпасы врага. На По-2 летчицы 46-го гвардейского ночного бомбардировочного женского полка вылетели на боевые задания около 25 тыс. раз, из них около 10 тыс. вылетов пришлось на долю эскадрильи Смирновой, а сама она поднялась в небо 940 раз.
"От заката до восхода солнца над их [немецкими] головами висели невидимые в темноте "рус фанер" и методично сбрасывали бомбы. При этом нельзя было определить, где и когда упадет следующая", — писала Ольга Голубева-Терес.
Основной тактикой ночных бомбардировок на тихоходных самолетах По-2 было почти бесшумное пикирование на цель с выключенным мотором — так достигался максимальный эффект внезапности.
Все это выводило немцев из себя, "угнетающе действовало на психику". За каждый сбитый "рус фанер", вспоминала Голубева-Терес, немцу положен был Рыцарский крест Железного креста — высшая награда рейха.
Один сложнее другого
Вылеты и возвращения в полной темноте были один сложнее другого. Чем ближе к цели, тем опаснее, так как прожекторы и зенитные орудия врага были всегда наготове. В дополнение ко всему местность по понятным причинам часто менялась, и от штурманов требовалось исключительное знание аэронавигации.
Одной из черт Смирновой единодушно называют чрезвычайное упорство и настойчивость. Она выполняла задание, даже когда оно казалось невыполнимым. Самый трудный вылет выбрать, пожалуй, невозможно. Например, во время освобождения Крыма, как вспоминала она впоследствии, выполнив задание, она попала в низкую облачность. Снизиться, чтобы уйти из-под облачности, Мария не успела.
Самолет был легким, и штормовым ветром его бросало из стороны в сторону — "то кинет вверх метров на пятьдесят, то бросит с силой вниз, к самой воде". Так летчица боролась со стихией целых два часа, "Но мы долетели", — спокойно и без эмоций расказывала современникам Смирнова.
Другой сложный полет был у переправы у поселков Петровское и Красный Октябрь. Во время повторного вылета лететь пришлось на самолете, поврежденном из крупнокалиберного зенитного пулемета. Мотор забарахлил, но Смирнова все равно не ушла от цели. Только сбросив бомбы на вражеские позиции, она дотянула самолет до своего аэродрома.
Очень часто после посадки летчицы слышали один и тот же вопрос: "Ума не приложу, как же вы сели?" Ответ был тоже одним и тем же: "Хочешь жить — сядешь". Они возвращались на самолетах с десятками повреждений, с крупными осколками в креслах, чудом уцелевшие. После таких полетов, как вспоминала Ольга Голубева-Терес, с трудом удавалось шевелиться, а заснуть иногда и вовсе не получалось.
Руководитель
В жизни смешливая, в полку Мария была очень строгой и требовательной — не только к себе, но и к другим. Так что Ольга Голубева-Терес вспоминала о ней как о "неулыбчивой", но очень выдержанной: "Строго спрашивая с подчиненного, она никогда не повышала голоса, не срывалась на крик, умела смотреть на данную ей власть как на свою обязанность, как на необходимую сторону своей работы".
Комэска ее назначили в 1943 году. Эскадрилья Марии Смирновой в 1943–1944 годах в составе полка поддерживала высадку десантов на Керченском полуострове, участвовала в освобождении Крыма и Севастополя. В 1944 году полк принимал участие в освобождении от противника Белоруссии и Польши. Потом были Восточная Пруссия, Гдынь и Гданьск.
Звезду Героя Советского Союза Марии вручили за "проявленный в ходе освобождения Крыма от врага героизм". На тот момент она совершила 805 боевых вылетов. Задания, как отмечало руководство, она выполняла безупречно. Однополчанки к тому времени тоже считали ее асом.
Победу 46-й гвардейский бап встретил на аэродроме в районе города Нойбраненбурга недалеко от Берлина.
После войны
Окончив войну, дальнейшую жизнь Мария провела на земле. В 1954 году окончила Тамбовскую областную партийную школу, была инструктором отдела пропаганды и агитации Тамбовского горкома КПСС, затем инструктором райкома КПСС города Володарска.
На этой должности ей тоже пришлось побороться, только на этот раз не с нацистами, а совсем с другим врагом.
В период, когда за ней был закреплен Лихославльский район, в который входил и бывший Новокарельский, где она родилась, все колхозы вокруг считались отстающими, и Мария решила узнать причину, выбрав для этого период весеннего сева.
Несмотря на хорошую погоду, трактор ДТ-54 не двигался, хотя машина была новой. Но кабина продырявлена, внутри мусор и грязь, гусеница трактора лежит на земле, а тракторист и его помощник крепко спят в тени кустов. Разбуженные объяснили, что не работают из-за неисправности трактора.
"Неполадки машины можно было легко устранить, но трактористы меньше всего об этом думали". Такую же картину инструктор увидела и возле второй, третьей машин. Побывала в мастерских и там увидела беспорядок.
Мария, которая была не только строгим руководителем, но и сверхаккуратной и такой же сверхбережливой, была вне себя от возмущения. Собрав всех в правлении, она сразу начала серьезный разговор. К тому времени трактористы и механики узнали в ней знаменитую землячку. Выяснилось, что председатель колхоза "отпустил вожжи", и подчиненные тут же этим воспользовались.
Некоторых деталей и правда недоставало, и машины простаивали. Смирнова решила и этот вопрос, помогла все отремонтировать. Так и "подтянулись". В итоге сев в колхозе закончили одни из первых.
Позднее Мария работала инструктором отдела партийных органов Калининского горкома КПСС, инженером отдела кадров и учебных заведений Калининского совнархоза. Затем в течение десяти лет была начальником отдела кадров камвольного комбината в Калинине, как тогда называлась Тверь.
Но главной ее работой, наверное, можно назвать общественную, которой она занималась очень активно, — возглавляла Калининский областной совет ветеранов, ее часто приглашали выступить с рассказами о фронтовых событиях.
Не раз избирали Смирнову депутатом областного и районного советов народных депутатов, удостоена звания "Почетный гражданин города Твери". Жизнь отважной летчицы оборвалась в 2002 году, ей было 82 года.