«Палач из Людвигсбурга»: как в СССР сначала посадили нациста Шюле, потом выпустили, а затем снова пытались схватить
Военные преступники часто не оставляют даже имен, поэтому поиск виновных продолжается десятилетиями. И даже если подозреваемый известен - обвинение может не дойти до суда из-за международных политических разногласий. Яркий пример - дело Эрвина Шюле, главы Центрального ведомства управлений юстиции земель ФРГ по преследованию нацистских преступлений. В 1965 году этот западногерманский обер-прокурор обвинялся Советским Союзом в совершении военных преступлений на территории Чудовского района Новгородской области. Формально его дело началось еще после войны - в 1949 году лейтенант Эрвин Шюле был осужден на 25 лет за военные преступления в Чудове, без доказательств личной вины. После кассационной жалобы оставшийся срок наказания был заменен в 1950 году выдворением домой, в Штутгарт (ФРГ).
Эрвин Эрнест Шюле родился в 1913 году в городе Штутгарт, там же закончил юридический факультет университета и остался работать: С 1934 по 1938 год был служащим суда, в 1938-1940 годах адвокатом. Мобилизован в вермахт 18 января 1940 года, военную подготовку получил в оккупированной Чехословакии, затем в составе 215-й дивизии принял участие в войне против Франции. В октябре 1941 года дивизию срочно перебросили на Восточный фронт под Ленинград. В районном центре Чудово разместились тыловые подразделения, а боевые части заняли позиции по реке Волхов около поселка Грузино. В 1942 году Шюле присвоили звание лейтенанта, а через несколько месяцев перевели в дивизионный отдел I-Ц, ведавший фронтовой разведкой и контрразведкой. Впоследствии Шюле служил в охранном полку в Париже, принимал участие в боях. В ходе войны получил высокие боевые награды.
После пленения в пересыльном лагере Шюле опросили о службе и направили в советский лагерь военнопленных № 270 в Боровичах. В феврале и марте 1947 года его несколько раз допрашивали о службе в вермахте. Шюле изложил свою биографию, карьеру в вермахте, но отрицал любые военные преступления во Франции, Чудовском районе и Силезии. Доказательств не было, поэтому его оставили в покое на два года.
Новое внимание Шюле привлек в 1949 году. 20 августа и 28 октября 1949 года с ним беседовали два оперуполномоченных в чине младших лейтенантов. Допросы ничего не принесли, фактов не было, но в декабре 1949 года Шюле получил 25 лет.
После войны немецких (и не только) военнопленных в СССР было много, следователей и времени не хватало. Поэтому в 1948-1949 годах межведомственные комиссии МВД СССР и Генеральной прокуратуры СССР быстро просмотрели тысячи дел на подозреваемых. Уровень этих быстротечных расследований современные юристы оценивают крайне низко.
29 апреля 1950 года Военная коллегия Верховного Суда СССР рассмотрела дело Шюле и заменила срок наказания депортацией из Советского Союза.
Уточним, что в начале 1950-х годов (вплоть до 1956 года) все немецкие военные преступники из лагерей СССР были переданы властям ФРГ и ГДР - то есть, по факту, отпущены домой. Были амнистированы в 1955 году даже каратели из числа советских граждан - исполнители многих военных преступлений (свою вину они умело скрывали). Так, был выпущен почти весь арестованный состав батальона «Шелонь», виновный в расстрелах сотен новгородцев.
Хоть Эрвин Шюле не был формально реабилитирован Верховным Судом СССР, власти ФРГ позволили ему стать прокурором уже в 1950 году. В условиях нехватки кадров он быстро делал юридическую карьеру и стал в 1958 году обер-прокурором и первым начальником Центрального ведомства управлений юстиции земель ФРГ по преследованию нацистских преступлений.
Пока в Москве готовились торжества по случаю двадцатилетней годовщины Победы 1945 года, в ФРГ истекал двадцатилетний срок давности нацистских преступлений к 1 мая 1965 года. Как утверждает историк М. Н. Петров, обер-прокурор Эрвин Шюле активно поддерживал это решение властей: «Деятельное участие Шюле в кампании за признание давности преступлений нацистского режима никоим образом не устраивало власти Советского Союза, которые неустанно выступали за наказание организаторов, руководителей, исполнителей и пособников военных преступлений и преступлений против человечности».
В 1965 году за Шюле вновь взялись советские следователи. По материалам дознания 27 февраля 1965 года в главной советской газете «Правда» появилась большая статья К. Распевина «Господин Шюле ведет следствие» с двумя фотопортретами Э. Шюле в лагере и в своем прокурорском кабинете. Публикация имела последствия - отклики свидетелей преступлений Шюле.
Свидетель А. Т. Егупова утверждала, что в декабре 1941 г. Шюле избил ее во время обыска, а когда женщина упала под ударами, пинал сапогами, грозил расстрелять троих детей. Семнадцатилетнюю А. Антакову, заболевшую тифом, Шюле исхлестал плеткой, когда она присела на обочину после дорожных работ.
Летом 1942 года некоторые голодные жители ходили стричь ножницами колосья ржи, посеянной кем-то на огородах города Чудова. Об этом А. Т. Егупова рассказала нищенствовавшему «дяде Феде», пожилому мужчине, работавшему до войны бухгалтером стеклозавода в Малой Вишере. На ее же глазах группа нацистов остановила идущего с колосками «дядю Федю» и Шюле в упор застрелил его из пистолета.
Как еще показала А. Т. Егупова, летом 1942 года группа женщин работала на строительстве дороги. Вместе с ними трудилась девушка Мария, не из числа местных жителей. Мизерный паек за работу выдавали в комендатуре на Грузинском шоссе. Мария стала возмущаться, что работали неделю, а почти ничего не получили. В это время подошел Шюле. Девушка показала ему полученный паек и сказала: «Мало». Шюле закричал на нее, ударил кулаком по голове, а потом схватил за волосы и, ругаясь, потащил за комендатуру, затем А. Т. Егупова услышала выстрел.
Все итоги расследования широко доводились до сведения граждан СССР, ГДР и, отчасти, ФРГ. В сентябре 1965 года «Правда» опубликовала статью «Палач из Людвигсбурга». Газета «Известия» дала подборку материалов с требованием судить военного преступника, скрывшегося под личиной обер-прокурора ФРГ.
Данные следствия были изучены в ЦК КПСС и КГБ СССР. На их основе Министерство иностранных дел Советского Союза 13 сентября 1965 года передало ноту посольству ФРГ в Москве. В документе излагались факты преступной деятельности Эрвина Эрнста Шюле на временно оккупированной советской территории, прилагались копии протоколов допросов свидетелей и акты осмотра мест, где Шюле совершил злодеяния. МИД выразил надежду, что власти ФРГ рассмотрят материалы и привлекут прокурора к уголовной ответственности.
Из-за резонанса правительство ФРГ вынуждено было освободить в 1966 году Шюле от руководства Центральным ведомством. Судебные власти начали расследование, но протекало оно вяло, поэтому в марте 1966 года советские власти предложили западногерманским юристам приехать в Чудово для проведения необходимых действий. Также СССР выразил готовность предоставить возможность свидетелям выехать в ФРГ для дачи показаний и участия в очных ставках с обвиняемым Шюле. Предложение было отклонено, а в следующем году министерство юстиции земли Баден-Вюртемберг прекратило расследование по делу Шюле, сочтя выдвинутые обвинения в совершении им военных преступлениях «необоснованными».
Парадоксально, что надежда в этих расследованиях возлагается и на то самое Центральное ведомство, первым главой которого стал Эрвин Шюле.
Источник: Асташкин Д. Ю. «Дело Эрвина Шюле» и военные преступления на оккупированной территории Новгородской области // Новгородский исторический сборник. — 2015. — С. 331-349.