Владимир Анненков: «Мы – не фашисты, с мирным населением не воюем!»
Когда началась Великая Отечественная война, Володе Анненкову было 15 лет. С родителями и сёстрами он жил в Ольховском районе Сталинградской области и уже трудился в мясо-молочном совхозе. Парнишка возил корм для скота, скирдовал сено и солому, был помощником у тракториста – пахал и сеял, ездил на лошадях и верблюдах, умел мастерить колёса, брички и сани.
– Ни радио, ни телефона в нашем хуторе Рогачики не было. 22 июня с центральной усадьбы прискакал вестовой и сообщил страшную весть, – вспоминает Владимир Тихонович. – Отец ушёл добровольцем на фронт, защищал Сталинград. Когда немец уже был на подступах к Волге, и фронт проходил рядом с Рогачиками, папка заглянул домой на часок – повидаться с семьёй. Отвёз я его потом ближе к передовой, в холодные окопы, и попрощался, как оказалось, навсегда. В январе 1943-го мы получили похоронку.
В ноябре 1943-го 17-летнего Владимира призвали в армию и направили в Камышинскую кавалерийскую школу. В мае 1944-го новоиспечённых сержантов погрузили в товарные вагоны и повезли на границу с Белоруссией, там пересадили на полуторки и – на фронт.
– И вот тут мы впервые понюхали пороху. Едем, видим вдалеке с горы в нашу сторону движутся немецкие танки, а за ними – автоматчики. Слышится стрельба, а мы, необстрелянные щеглы, – вообще без оружия, лошади где-то отстали. Повыскакивали из машин. Навстречу нам – обоз с ранеными. Один боец шёл сам, опираясь на палочки. Я спросил у него: «Ну как там?» Он сердито мне ответил: «А щас пойдёшь и узнаешь!» И так на душе мне тяжело стало, до сих пор в моей голове звучат те слова. И если бы ни две «Катюши», что подошли из-за леса и открыли огонь, я бы тут с вами не разговаривал. После обстрела реактивными установками горели не только немецкие танки, горела земля, – рассказывает ветеран.
Воевал Владимир Тихонович в составе 3-го гвардейского кавалерийского корпуса 65-го кавалерийского полка 32-й кавалерийской дивизии. Наводчик-миномётчик кавалерийского соединения Анненков освобождал от фашистов Белоруссию, Восточную Пруссию, Германию.
По дорогам войны он прошёл не один, а со своими лошадьми, которые не только возили 120-мм миномёты и другое оружие, но и не раз выручали кавалеристов в трудную минуту. Особо Владимир Тихонович помнит своего первого коня донской породы. Казбек был красавец, боец подкармливал его сахаром, который на фронте некурящим выдавали вместо махорки.
– 22 октября 1944 года мы вышли на границу СССР с Германией, – продолжает Анненков. – Обрадовались, открыли стрельбу, подбрасывали головные уборы. Вдруг к нам приезжает командующий фронтом (будущий маршал) Константин Рокоссовский. Он прошёл перед всем строем, выступил. Вопрос был один – «Как нам вести себя на территории врага?». Генерал ответил: «Мы – не фашисты, с мирным населением не воюем. А будем воевать только с теми, кто будет держать против нас оружие».
Так мы и поступили. 4 ноября 1944-го взяли первый немецкий город Голдап. После боя на улицах было тихо и безлюдно. Население, наслушавшись фашистской пропаганды, нас боялось, считало, что мы придём и всех уничтожим. Кстати, я ни разу не слышал, чтобы немцы называли нас «советскими», они всегда говорили: «русские», «русские идут!»
Ветеран подготовился к нашей встрече. Вот парадный пиджак с наградами, вот фотоальбом, а в тетрадке – записи, самое главное, что надо сказать журналисту. Фронтовик оказался очень скромным человеком. Не жаловался на трудности военного времени, не кичился тем, сколько убил фашистов, а честно делился своими страхами, несмотря на которые наши деды шли на врага и побеждали. Мурашки бежали по коже, в голове вертелось: «А мы бы так смогли?»
Слышит Владимир Тихонович уже плохо, но говорит он хорошо: спокойно, ладно, по существу, и помнит всё до мельчайших деталей. В том числе – и самый страшный свой день на фронте, когда показалось: смерть рядом. Было это в Германии. Продвигались по территории быстро, не встречая особого сопротивления.
– Как-то вошли в лес, и вдруг сзади началась стрельба. Наши лошади с бричками разбежались. Меня с двумя бойцами командир послал выяснить, в чём дело. Только мы выскочили на дорогу, нам кричат: «Немецкие танки идут!» Кинулись в рассыпную – кто куда… Да поздно! Три танка подошли вплотную, на броне – немцы, человек 30. Мы втроем залегли в канаву сбоку дороги. Лежим не живые, не мёртвые. Видели ли нас фрицы – не знаю, только они не стреляли. Один, правда, взял миномёт, потащил и бросил под гусеницы.
Танки ушли также быстро, как и появились, а немцы стали ловить наших лошадей и привязывать их к деревьям, а потом и вовсе расслабились – даже оружие побросали. Мы, тем временем, немного «очухались», оценили обстановку и устроили им «хенде хох». Всех взяли в плен без боя.
А на рассвете 3 мая без единого выстрела перед кавалеристами капитулировал целый Виттенберг. Была сохранена жизнь тысячам людей, не пострадал и сам город.
– С 3 по 5 мая наша дивизия закреплялась на берегу Эльбы. А на другом берегу уже стояли войска США. Потом были встречи с союзниками, митинги. Американцев интересовала наша кавалерийская форма, лошади, они много расспрашивали о службе и не верили, что мы воевали, говорили командирам, что нас – таких ладных и бравых – из тыла доставили, для «показухи», прямо из Москвы.
Между тем, по словам фронтовика, его корпус прошёл с боями 10070 километров. А личный состав получил 42620 орденов и медалей СССР, 184 награды Польши, 50 американских и английских, 15 человек стали Героями Советского Союза.
Лично Владимир Тихонович награждён медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», орденом Отечественной войны II степени и рядом юбилейных медалей.
Одна из них – «За участие в Параде Победы в Москве 9 мая 2000 года» – особо памятная. Представляя Ростовскую область, в составе 5000 фронтовиков Анненков прошёл по Красной площади, побывал на концерте в Кремле, в музее на Поклонной горе, на встрече с молодёжью принимал обращение к тем, кто доживёт до 100-летия Победы в 2045 году.
После войны Владимир Тихонович продолжал службу в Кронштадте, окончил курсы офицеров-политработников, с 1956 года и по сей день живёт в Волгодонске. Везде, где трудился – совхозы, порт, «Союзпечать» – возглавлял парторганизации. Был нештатным корреспондентом местных газет и радио, 15 лет руководил пресс-службой городского Совета ветеранов, встречался с однополчанами – словом, жил активно, просто и открыто, так же, как и громил врага во время войны.
Вдвоём с супругой вырастил двоих детей. Сын Александр выполнял интернациональный долг в Афганистане, полковник (к сожалению, как и жена ветерана, уже ушёл из жизни). Внук Владимир восстанавливал конституционный порядок в Чечне. Подрастают правнуки.
5 мая Владимиру Тихоновичу исполнится 94 года, 12 из которых он прослужил в армии. Прощаясь со мной, ветеран напомнил про свой преклонный возраст, но пообещал, что обязательно доживёт и до дня рождения, и до 75-й годовщины Великой Победы.
Фото сайта «ВП» и из личного архива В.Т. Анненкова