12 месяцев зима, остальное - лето
Колыма благословенная
Александр ПРОХАНОВ.
В последние месяцы я непрерывно двигаюсь по России, реализуя мой проект, этакую затею — поиск русской мечты. Ямал, ваш родной Урал, Марий Эл, Псков, Белгородчина, Брянщина, Осетии Северная и Южная, Амурская область, Архангельск, Чечня — в каждом регионе стараюсь отыскать его особую миссию. И даже не миссию, а какое-то глубинное наполнение, которое делает этот регион неповторимым, бесценным для державы в целом. Такая неповторимость, такая внутренняя сущность, которую я называю мечтой, существует. И когда ехал в Магадан, то подумал: а что здесь могло бы быть таким интегралом? Какая интегральная задача, сущность и мечта? Я подумал, что Магадан — это место приложения вековечных русских усилий по освоению неудобиц, по освоению самых тяжёлых, страшных и необжитых, неочеловеченных, неодухотворённых мест земли. Русскому народу выпала эта потрясающая — и прекрасная, и ужасная — миссия. Ведь все цивилизации зарождались по берегам тёплых морей, Средиземного, например. А русские освоили, по существу, Луну: вся Сибирь, пояс холода, Верхоянск… Сколько трудов, сколько преодолений! Там надо было проложить дороги, построить котельные, ТЭЦ. Это огромная общечеловеческая задача. И миссия Магадана в данном случае — продолжение этой тяжелейшей работы.
А зэки? Это же не являлось садистской задачей советской власти — посадить людей в лагеря, загнать в суровые условия. Но необходимо было в кратчайшие сроки добыть золото для строительства оборонных заводов. Мы осваивали эту территорию в предчувствии войны. И заключённые, которые добывали это золото и гибли здесь, совершили подвиг не меньший, чем люди, сражавшиеся на фронте. Удастся ли перевести эти скорби, плачи и это огромное горе (ведь у каждого из нас в роду есть несчастные жертвы) в форму русского сурового героизма, патетики и даже русской неизбежности?
Так я подумал, ещё не зная этого края. Но может быть, когда я буду уезжать отсюда, у меня возникнет другое ощущение.
Cергей НОСОВ.
Думаю, общение с людьми вам многое даст для понимания. Люди здесь просто удивительные. Они образованные, рассудительные, мудрые, сильные. Например, Михаил Николаевич Котов, сын репрессированного, который здесь сидел. Причём отец дожил до девяноста с лишним лет. Так вот, сын репрессированного стал секретарём обкома комсомола Магаданской области. В 90-е годы, когда всё рухнуло, будучи геологом по образованию, он пошёл работать в рыбную отрасль и поднял её! Сегодня его компания — одна из успешных в Магадане, со связями в Китае, в Корее, развивается, заказывает новые суда, имеет уникальные предложения, ориентированные на рынок переработки краба. Сразу несколько линий работает на одном корабле: для российских, японских, американских потребителей…
То есть здесь живут и работают люди мыслящие, целые коллективы с идеями, с желанием их воплощать. А какие захватывающие рассказы можно услышать об истории Колымы, о красоте этих мест! Даже люди, которые начинали жизненный путь здесь заключёнными, прониклись любовью к этому краю. Я абсолютно с вами согласен, что заключённые — это не только жертвы, это герои-труженики! Кстати, по замыслу Эрнста Неизвестного, "Маска скорби" должна была быть поставлена в Магадане, на Урале и в Воркуте — это общий ГУЛАГ. На Урале трудармия набиралась в том числе из представителей среднеазиатских республик. Много людей работало в тяжёлых условиях, с потерями и жертвами. Это тоже наша история, это цена Победы. И вопрос другой: настолько дорогую цену заплатил наш народ и за Победу, и за то, чтобы оставаться независимым и великим государством? Народ же никогда за ценой не стоял. Мы должны свято помнить те жертвы, ту кровь, те потери, которые на этот алтарь положены. Не только помнить, но и беречь то, что ими было завоёвано, простроено, сохранено.
А либеральные теории предлагают нам раздарить всё это, уйти с Дальнего Востока, ужаться до двух-трёх регионов. Чтобы не думать о людях, которые это предлагают, плохо, отнесём такие идеи на счёт непонимания.
И замечу: мы никогда, даже во времена царской России, не уничтожали людей за инакомыслие. В этом, кстати, и сила нашего народа. Необходимо эту традицию терпимого отношения к другому мнению сохранить. Но при этом мы должны помнить, что слишком дорогую цену заплатили, чтобы это всё забыть, раздать, выкинуть!
Ведь нам бесплатно наши союзники ничего не давали. Золото было нужно стране, и мы за всё платили золотом и кровью. Вы правы: тот труд, потери, лишения и страдания, которые были здесь, они также работали на Победу.
Один из самых знаменитых заключённых Колымы — Сергей Павлович Королёв. И он здесь не золото добывал: ему были созданы условия, и он работал в своём направлении.
Александр ПРОХАНОВ.
В последние месяцы я непрерывно двигаюсь по России, реализуя мой проект, этакую затею — поиск русской мечты. Ямал, ваш родной Урал, Марий Эл, Псков, Белгородчина, Брянщина, Осетии Северная и Южная, Амурская область, Архангельск, Чечня — в каждом регионе стараюсь отыскать его особую миссию. И даже не миссию, а какое-то глубинное наполнение, которое делает этот регион неповторимым, бесценным для державы в целом. Такая неповторимость, такая внутренняя сущность, которую я называю мечтой, существует. И когда ехал в Магадан, то подумал: а что здесь могло бы быть таким интегралом? Какая интегральная задача, сущность и мечта? Я подумал, что Магадан — это место приложения вековечных русских усилий по освоению неудобиц, по освоению самых тяжёлых, страшных и необжитых, неочеловеченных, неодухотворённых мест земли. Русскому народу выпала эта потрясающая — и прекрасная, и ужасная — миссия. Ведь все цивилизации зарождались по берегам тёплых морей, Средиземного, например. А русские освоили, по существу, Луну: вся Сибирь, пояс холода, Верхоянск… Сколько трудов, сколько преодолений! Там надо было проложить дороги, построить котельные, ТЭЦ. Это огромная общечеловеческая задача. И миссия Магадана в данном случае — продолжение этой тяжелейшей работы.
А зэки? Это же не являлось садистской задачей советской власти — посадить людей в лагеря, загнать в суровые условия. Но необходимо было в кратчайшие сроки добыть золото для строительства оборонных заводов. Мы осваивали эту территорию в предчувствии войны. И заключённые, которые добывали это золото и гибли здесь, совершили подвиг не меньший, чем люди, сражавшиеся на фронте. Удастся ли перевести эти скорби, плачи и это огромное горе (ведь у каждого из нас в роду есть несчастные жертвы) в форму русского сурового героизма, патетики и даже русской неизбежности?
Так я подумал, ещё не зная этого края. Но может быть, когда я буду уезжать отсюда, у меня возникнет другое ощущение.
Cергей НОСОВ.
Думаю, общение с людьми вам многое даст для понимания. Люди здесь просто удивительные. Они образованные, рассудительные, мудрые, сильные. Например, Михаил Николаевич Котов, сын репрессированного, который здесь сидел. Причём отец дожил до девяноста с лишним лет. Так вот, сын репрессированного стал секретарём обкома комсомола Магаданской области. В 90-е годы, когда всё рухнуло, будучи геологом по образованию, он пошёл работать в рыбную отрасль и поднял её! Сегодня его компания — одна из успешных в Магадане, со связями в Китае, в Корее, развивается, заказывает новые суда, имеет уникальные предложения, ориентированные на рынок переработки краба. Сразу несколько линий работает на одном корабле: для российских, японских, американских потребителей…
То есть здесь живут и работают люди мыслящие, целые коллективы с идеями, с желанием их воплощать. А какие захватывающие рассказы можно услышать об истории Колымы, о красоте этих мест! Даже люди, которые начинали жизненный путь здесь заключёнными, прониклись любовью к этому краю. Я абсолютно с вами согласен, что заключённые — это не только жертвы, это герои-труженики! Кстати, по замыслу Эрнста Неизвестного, "Маска скорби" должна была быть поставлена в Магадане, на Урале и в Воркуте — это общий ГУЛАГ. На Урале трудармия набиралась в том числе из представителей среднеазиатских республик. Много людей работало в тяжёлых условиях, с потерями и жертвами. Это тоже наша история, это цена Победы. И вопрос другой: настолько дорогую цену заплатил наш народ и за Победу, и за то, чтобы оставаться независимым и великим государством? Народ же никогда за ценой не стоял. Мы должны свято помнить те жертвы, ту кровь, те потери, которые на этот алтарь положены. Не только помнить, но и беречь то, что ими было завоёвано, простроено, сохранено.
А либеральные теории предлагают нам раздарить всё это, уйти с Дальнего Востока, ужаться до двух-трёх регионов. Чтобы не думать о людях, которые это предлагают, плохо, отнесём такие идеи на счёт непонимания.
И замечу: мы никогда, даже во времена царской России, не уничтожали людей за инакомыслие. В этом, кстати, и сила нашего народа. Необходимо эту традицию терпимого отношения к другому мнению сохранить. Но при этом мы должны помнить, что слишком дорогую цену заплатили, чтобы это всё забыть, раздать, выкинуть!
Ведь нам бесплатно наши союзники ничего не давали. Золото было нужно стране, и мы за всё платили золотом и кровью. Вы правы: тот труд, потери, лишения и страдания, которые были здесь, они также работали на Победу.
Один из самых знаменитых заключённых Колымы — Сергей Павлович Королёв. И он здесь не золото добывал: ему были созданы условия, и он работал в своём направлении.