В Новгороде впервые нашли строительную жертву-козу

Череп лежал под нижним венцом четырёхстенного сруба, размеры которого составляли 6х6 метров. По слою сооружение датируется первой половиной – серединой XIII века. В центре постройки находилась прямоугольная печь. Обычно такая черта характерна для кузниц или ювелирных мастерских, однако в этом срубе совсем не было никаких «производственных» находок. Наоборот, находки бытовые: несколько ножей, кресало для разведения огня, крюк для подвешивания (возможно, котла), много фрагментов глиняной посуды. Скорее всего, это была кухня, считает Виктор Сингх, начальник Троицкого XVI раскопа (МГУ).

Череп лежал на шейном основании, его передняя часть была повёрнута к венцу сруба и наклонена под него. Носовая часть, «уходившая» непосредственно под венец, не сохранилась – вероятно, сооружение раздавило её.

Строительные жертвы или жертвоприношения – один из самых распространённых на Земле обрядов: он известен на всей территории Европы, в Китае, Индии, у семитских народов, в Африке, у аборигенов Австралии, Океании и Южной Америки. Животных могли закапывать под фундаментом или на месте будущего строительства. Жертву могли закопать и живой, и убитой, это могли быть и части их тел, и их кости. Известно много европейских средневековых преданий и о человеческих строительных жертвах, но во всех них идёт речь о крупных постройках – замках, укреплениях, соборах, мостах.

Строительный приклад (жертва), с одной стороны, служил платой духам природы – за взятую территорию или срубленные для постройки деревья. С другой стороны, по средневековым представлениями дух животного после жертвы становился хранителем постройки. У восточных славян считалось, что любой дом построен «на чью-то голову», и, если не совершить строительную жертву, здание само заберёт себе душу кого-то из хозяев.

Впервые строительные приклады нашли в Новгороде в 1950-е годы, на Неревском раскопе. Строительные жертвы совершали довольно долго – с X до XIV века, сам ритуал не изменялся. В средневековом Новгороде в прикладах использовали только черепа животных, а не, например, головы: об этом говорит отсутствие нижних челюстей in situ (то есть на своём месте). Иногда челюсти попадаются рядом с черепом или под другими участками постройки (может быть, так «усиливали» магический эффект). Черепа ставили под углом или стеной постройки, могли разместить и несколько черепов – под разные углы. Вероятно, то, где именно клали жертву, зависело от положения входа и печи – основных магических локусов дома.

Использование части животного – это проявление симпатической магии (замена целого частью). Кроме того, это придавало жертве благожелательное или апотропеическое (защитное) значение. Популярность коня в этой роли связана с солярным культом и культом плодородия – это животное было одним из главных животных в славянской мифологии. Коза в качестве строительной жертвы этнографически зафиксирована у северогерманских народов, отмечает Елена Тянина (МГУ). Кроме того, в византийском своде церковных правил (номоканоне) говорится, что вместо человеческой жертвы при закладке здания нужно класть кабана, быка или козла. У славянских народов коза символизирует богатый урожай, а козёл связан с репродуцирующей магией.