Андрей Полонский

В глобальном идеологическом противостоянии первой половины XXI века Россия стоит на стороне человека и его истории, когда судьбы множества самых разных народов и культур – каждая со своим голосом и своей правдой – объединяются в общую судьбу человечества.

Выступая на «Валдае», президент России Владимир Путин представил структурированный и продуманный образ мироустройства будущего, каким его видит Россия. Это открытый мир суверенных государств, который становится лучшим противоядием против глобализма в его западной интерпретации, так как избавляет от унификации и доминирования. Фактически Россия предлагает своего рода «срединный путь», который позволяет избежать и рисков изоляционизма, и одновременно подчинения очень разных и «цветуще-сложных» культур стандартам и шаблонам, придуманным самопровозглашенным «классом избранных», персонажами, невесть с чего возомнившими себя вождями и наставниками человечества.

Первый из «принципов Путина» – открытый и взаимосвязанный мир без барьеров для развития и самореализации людей.

Действительно, наивысшие достижения человеческой мысли и духа призваны служить всем людям на земле. Технологии, которые облегчают жизнь, лекарства, которые помогают победить эпидемии и редкие болезни, памятники культуры и произведения искусства не могут оставаться достоянием какой-то одной группы стран, тем более в ущерб другим. Здесь противоестественно выстраивать предумышленные барьеры; государства и их граждане должны стремиться к взаимопониманию и сотрудничеству.

На поверхностный взгляд может показаться, что «открытость» – термин из западной пропагандистской обоймы. От фундаментальной работы Карла Поппера «Открытое общество и его враги» до нынешних леволиберальных концепций в духе Демпартии США, он долго входил в арсенал политической демагогии этого извода.

Борьба за «право на свободное перемещение» была одним из идеологических клише антисоветской пропаганды в годы холодной войны. Рекламируя свой образ жизни, англосаксонский политикум до сих пор пытается рекрутировать «лучшие умы» в свои исследовательские центры и университеты, полагая что именно где-то там, между Лондоном и Алабамой, и располагается «интеллектуальный центр» человечества.

Но как это случилось с большинством навскидку привлекательных западных политико-культурных тезисов, развитие последних десятилетий с неотменяемой жесткостью показало ложь и лицемерие этой версии «открытости». Едва только «свободный выезд» из постсоветских стран стал возможным, западные правительства принялись ставить новые и новые условия и препоны на пути свободных перемещений людей, идей и технологий, тщательно оберегая свои собственные интересы. Ситуация с беженцами из стран Востока, где США и их союзники регулярно устраивали «цветные революции», порождая горе и хаос, довело эту проблему до зловещей карикатуры. Эволюцию завершили даже не так называемые санкции, посягнувшие на все принципы «открытости», которые только можно себе представить, а заявления некоторых европейских политиков, что само посещение их территорий – это как бы «привилегия», а народы, граждане государств, идущих против «их» правил, этой привилегии недостойны.

Так что полюса – как это уже не раз бывало в истории – поменяли знаки буквально на наших глазах. Тут было бы уместно вспомнить Шварца с его знаменитой сказкой о юноше и драконе, где драконоборец сам становится драконом. Уместно, если бы не очевидный факт, что этого «юноши», который был иногда так прекрасен в нашем коллективном воображении, никогда не существовало. Существовал обрюзгший и дрожащий над своими уворованными сокровищами старик, в какой-то момент научившийся плодить иллюзии, пользуясь нашей восторженностью и наивностью.

Так что строительство открытого и взаимосвязанного мира – дело будущего и дело России. Путь к нему ведет через победу в новом идейном противостоянии, слом тех сил, которые готовы до последнего «защищать территорию» от любых форм неподчинения и инакомыслия.

Второй принцип. Никакой мир без барьеров невозможен без сохранения многообразия и без признания недопустимости навязывания любой стране или народу того, как им жить.

В чем главный ужас унификации по западным рецептам, помимо ее откровенного уродства? В мире, живущем по единым правилам и стандартам, уничтожаются вековые традиции, образ жизни и способ мировидения множества культур и языков, у людей уходит почва из-под ног, они теряют место в ряду поколений, между предками и потомками, теряют чувство истории. Такими персонажами легко манипулировать, они готовы разменять свою личность на потребительские приманки и рекламные модули. И если нет традиции, нет самостоятельного политического и культурного уклада, различий, то исчезает и точка опоры, которая дает возможность сопротивляться расчеловечиванию человека. Простейший пример – попытка «гендерной революции» с родителем номер один и родителем номер два, поощрением к смене пола в детстве и отрочестве, ну и такое прочее.

Если бы нынешний мир строился под копирку набирающих силу в недружественных странах идей и теорий, остановить тотальную дегуманизацию было бы очень сложно. Прямо на наших глазах многообразие законов и социокультурных традиций разных государств, культур и цивилизаций остается одним из главных препятствий на пути тотальной дегуманизации, разрушения человеческого в человеке.

Помимо того, любой диалог между людьми, народами и странами интересен только тогда, когда каждый укоренен на своей почве, когда он знает, что он отстаивает и о чем ведет речь. Многообразие поощряет развитие, а усреднение и унификация убивают его, останавливая историческое время.

Кроме того, как отметил Путин, «никто не имеет права, да и не может управлять миром за других или от имени других». Поэтому мир будущего – «это мир коллективных решений, принимаемых на тех уровнях, на которых они наиболее эффективны, и тем составом участников, кто действительно способен внести значительный вклад в урегулирование конкретной проблемы».

Поэтому Россия за равноправие и справедливость для всех, «за всеобщую безопасность и прочный мир, построенный на уважении интересов всех: от великих, больших государств до малых стран», и за международные отношения, свободные от «блокового подхода», наследия колониальной эпохи и холодной войны.

В глобальном идеологическом противостоянии первой половины XXI века Россия стоит на стороне человека и его истории, когда судьбы множества самых разных народов и культур – каждая со своим голосом и своей правдой – объединяются в общую судьбу человечества, украшая и обогащая ее, предвосхищая будущее, основанное на прошлом и настоящем.

И это ответ на вопрос – за что мы боремся.