«Вся московская тусовка ездит в Суздаль». Как живут маленькие города и деревни и почему отдых там стал очень популярным

Надежда Артес, сотрудница одной из крупнейших российских IT-компаний, живет в собственном доме на Валдае и знает о маленьких городах и селах если не все, то почти все. О том, как она сама решилась уехать в деревню, девушка рассказала в первой части своей беседы с «Мослентой». В второй — мы поговорили о том, почему складывается впечатление, что за границами крупных городов жизнь замирает, как создать в регионах принципиально новую среду, зачем столичная элита ездит отдыхать в Суздаль и как столичным специалистам завоевать доверие деревенских жителей. Ниже — монолог Надежды. Про российскую глубинку и неожиданные открытия Когда я впервые переехала в деревню, в дом, где жила со своим бывшим молодым человеком, у меня появилась новая, очень интересная работа. Я начала заниматься консалтингом для регионов — вместе с различными архитектурными бюро ездила по разным городам, работала над концептами их развития. Как правило, это были городки в Ивановской и Владимиркой областях. Мы создавали проекты, выигрывали гранты и потом уже вместе со строителями перестраивали либо центр города, либо создавали какие-то отдельные объекты. Я побывала во многих местах, в том числе работала в Суздале. Тогда стало понятно, что жизнь за пределами крупных мегаполисов не заканчивается. Глубинку можно очень хорошо развивать. Про столичную элиту и отдых по-русски Если посмотреть на тот же Суздаль, он изначально был туристическим городом. Туда и во времена СССР автобусами людей возили. Сейчас он вообще превратился в очень популярное место отдыха. Вся московская тусовка, весь столичный свет ездит в Суздаль на выходные. Я серьезно. Они приезжают, гуляют, развлекаются. Кому-то интересны церкви, кому-то — нет. Например, туда ездят за чем-то новым, неожиданным и неосвоенным. В городе множество мастерских, где можно что-то делать своими руками — ковать, лепить горшки, собирать что-то. А еще в Суздале очень вкусная кухня. Особенно популярны у приезжающей публики местные настойки. В общем, этот город — максимальная концентрация русского духа, упакованная в очень красивую форму. И за этим следят очень хорошо. Так, здесь запрещена высотная застройка. Ее нет вообще. К тому же если на чьей-то земле стоит какая-то историческая изба, и она, не дай бог, сгниет, владелец участка должен будет восстановить ее по старым чертежам и фотографиям. И никаких разговоров. А зимой тут — лошади, сани. В этом городе сохраняется все. И происходит это благодаря активным людям, которые всем этим занимаются. Так что туристам там очень классно. Про места, где деньги лежат Если мы говорим о развитии чего бы то ни было, первый вопрос — откуда взять деньги. Кто заплатит за создание чего-то и за то, чтобы это что-то жило? Если нет источников финансирования, развитие в лучшем случае будет медленным или стагнирующим. Если они так и не появятся, у маленького города или деревни есть все шансы просто исчезнуть с карты. И они исчезают. Про моногорода и города-призраки Одно из очень интересных явлений в нашей стране — моногорода, создававшиеся когда-то под конкретное производство. Они развивались, когда индустриализация была на пике. Сейчас такие городки тоже продолжают жить, но рост здесь уже очень медленный. В некоторых местах заводы и фабрики, которые были градообразующими предприятиями, позакрывались. И городки вокруг них оказались в тяжелом положении. На их месте либо уже ничего нет, либо некая жизнь там все еще продолжается, но это только тень прошлого. Это города-призраки. Очень просто понять, что ты приехал в один из них. Там нет живой инфраструктуры. В обычных городах ее полно: магазинчики и небольшие лавочки, таксисты, бабушки, торгующие на рынке чем-то со своих дач и так далее. Если все это есть, значит, и жизнь тут есть, есть какое-то предприятие, которое дает людям рабочие места. Они могут прокормить свои семьи. Понятно, что во многих случаях с натяжкой, но жизнь можно назвать комфортной. Все эти, казалось бы, мелочи — очень важная история. Это элементы экосистемы каждого города. Нельзя, например, поместить в какое-то место только туриста, убрав местного жителя. Над сервисом некому будет работать, чтобы туристу город понравился. Про глухоту человеческую Пока я работала в консалтинге, поняла главную проблему наших малых городов. Она в том, что люди просто не могут договориться между собой. Принцип один — чтобы все работало, государство должно договориться с бизнесом, а бизнес — с людьми. Это целый набор процессов. Например, кто-то открывает кафе и делает цены доступными для местных жителей. Те ходят туда, платят, а потом владелец заведения выплачивает налог в местный бюджет. Эти средства дальше расходуются на разные проекты по улучшению городской или деревенской среды. Но у нас часто местные власти не могут услышать предпринимателей. В атмосфере такой глухоты часто возникает одна и та же картина — есть место, которое можно обустроить для самых разных предпринимателей, в том числе и для самозанятых, например, сделать ярмарку. Но ничего не делается, потому что никто не знает, как к этой задаче подойти. Никто не может пойти на переговоры и сделать их эффективными. В общем, пока я работала в консалтинге, только и делала, что со всеми договаривалась. Все потому, что связи между людьми разорваны, никто никому не доверяет. Про людей и их желания Вторая серьезная проблема — люди просто не знают, чего они хотят. Вот живет человек, плывет по течению. Идет его жизнь, как получится, и он сам ничего менять не хочет. Просто не задается вопросом, что происходит, почему так и можно ли с этим что-то сделать. Осознавать что-то подобное, давать себе ответы на эти вопросы начинают единицы. Они, как правило, и становятся кем-то довольно значимым в своих родных местах. Это они запускают какие-то небольшие бизнесы и начинают управлять своей жизнью, а также жизнью своих семей. Про разную мотивацию, ритм городов и опасность остаться без крыши над головой Вот только не надо думать, что в городах люди умнее или предприимчивее сами по себе. Все проще и сложнее одновременно. В городе, а особенно в большом городе жить намного дороже. И тебе, хочешь ты того или нет, приходится постоянно крутиться. Причем остановиться ты не можешь. Надо зарабатывать на оплату коммуналки, аренды, на еду, вещи, технику — на все. Мозг в таких условиях работает быстрее и эффективнее. У него выхода нет. Но даже при таких условиях в наших городах полно людей, которые занимаются чем угодно, только не тем, что им по-настоящему нравится. Они не ощущают себя счастливыми. Этому тоже есть рад причин, например, в Москве мало кто может приобрести собственное жилье. Приходится думать в первую очередь именно о заработке, а не о самореализации. В деревне все по-другому. Если у тебя есть дом и хоть какое-то минимальное хозяйство, ты можешь, конечно, еще куда-то сходить, где-то подработать, но это уже не так важно. Тебе достаточно. Тебе просто многое не нужно. Я это ощущаю на себе. Когда живу в деревне, мои расходы опускаются практически до нуля. А вот в городе они резко взлетают вверх, увеличиваются раз в пять, семь, а то и в десять. При этом сейчас даже в деревнях есть пункты выдачи заказов различных маркетплейсов, так что ездить в город за покупками особо не надо. Сельскому жителю, который родился и вырос здесь, неоткуда брать мотивацию. Почти нет движка, который бы его шевелил, заставлял двигаться. В деревне очень легко остановиться и подвиснуть в каком-то одном состоянии. И внезапно ты начинаешь думать: а мне и так нормально, ничего делать не надо, все хорошо. Про причинение добра, белые кроссовки и монастырь Помочь жителям в селах и маленьких городах запустить какой-то классный стартап можно. Но тут важно соблюдать баланс. Есть люди, которые просто несут добро, не особо интересуясь, нужно оно кому-то или нет, готовы ли к нему люди. В моей жизни такой период тоже был. Это очень эгоистично. Если ты это свое понимание добра навязываешь, ничего хорошего не получается. В идеале твоя помощь должна быть ответом на какой-то запрос. Например, ты приезжаешь в маленький город и пытаешься наладить контакт с местными жителями. А они знают: ты из Москвы или из Петербурга. Это для них другая вселенная. И вот ты едешь в дождь и в грязь на место, где, к примеру, проходит граница этого города. Местность тебе нужно осмотреть. В этот момент твоя задача — по прибытии выйти из машины и своими ногами дойти до нужной точки, даже если на тебе новейшие белые кроссовки. Ты по-другому просто не заслужишь доверия у местных жителей. И лицо у тебя при этом должно быть спокойное, а то и улыбающееся. Вот тогда поверят, что тебе не все равно. Однажды мы приехали в совсем маленький городок, и нас поселили в монастырь. Просто некуда было больше. Нет там никаких отелей. Конечно, там не было привычных нам условий. Откуда? Помню, мы пельмени варили. А вода в тех местах очень насыщена железом — коричневая. И вот мы варим эти пельмени, едим, смеемся… Когда тебе нравится то, что ты делаешь, можно и еду в ржавой воде сварить, а потом сказать: все, вот теперь начинаем проектировать тут супер-город! Про контакт с местной властью Если ведешь себя так, тебе доверяют. И это долговременный эффект, он просто так не проходит. Помню, мы один город дважды дорабатывали. Сначала с одним проектом разобрались — сделали зону с деревянной детской площадкой в центре, прогулочными тропинками. Через год должна была стартовать вторая часть проекта. И вот я зимой поехала в этот город. Заезжала очень поздно вечером, фактически ночью. Причем была я там в тот раз просто проездом. Но, узнав, что я приеду, меня уже на въезде встречал глава города. Он в тот раз показал мне, что получилось сделать после нашей совместной работы. И было видно, что он очень гордится этим. Он объяснял, где и что создавалось прямо по нашим проектам, где появились какие-то изменения в силу естественных причин. Подарки дарил. И он хотел продолжать работу. Просто человек почувствовал: у него что-то получилось. Он не захотел останавливаться. Так и происходят все изменения. Насильно ничего не получится. Твоя задача — дать среду, с которой человек будет взаимодействовать, контактировать, получать новый опыт. Тогда у него будет меняться сознание. Он будет вовлекаться в процесс сильнее. Мы в больших городах от такого отвыкли. У нас вообще другой язык коммуникации, другая вовлеченность. Но если что-то делать в маленьких городах или деревнях, нужно обязательно контактировать с местной администрацией. Если она не готова тебя поддержать, все будет неэффективным. Что ни делай, толку не будет. Нужно подождать. Может быть, они пока не готовы. Может, увидят, как перестраиваются соседние городки, и решатся на изменения и у себя. Но заставлять? А как? Про чисто деревенский бизнес В маленьких городках и деревнях деньги зарабатывают очень по-разному. Например, там, где я живу, мужики часто подрабатывают на стройках. В этом им помогают те, кто переехал в деревню из города. Мы же, городские, ничего не понимаем, не знаем, как и что нужно делать. Когда я только переехала, мне сказали, что нужно построить дровник. А я вообще не знала, что это такое. Вот как его строить? Каким он должен быть? Пришел человек, я говорю ему: поставь мне просто какой-то ящик или коробку деревянную. А он мне: «нет». Дровник — это специальная постройка, у которой сверху есть вентиляция. Она по определенным правилам строится. И вот тогда я поняла: без этих людей я вообще ничего не смогу сделать тут нормально. Так что я все делаю вместе с местными и радуюсь, что могу заплатить за это. Работы очень тяжелые. Не представляю, чтобы городской житель физически мог сделать что-то подобное. К тому же он бы просто не знал, как это сделать правильно. Конечно, стройка — не единственный источник доходов для деревенских жителей. Многие торгуют собственными продуктами, сейчас в деревнях развиваются фермерские хозяйства, пусть пока и не в глобальных масштабах. Но это есть. Чисто деревенский и очень классный бизнес — заготовка дров для всех. Это вообще товар номер один в деревне. С городками ситуация чуть иная. Если это не город-призрак, в нем есть хотя бы одно градообразующее предприятие. Там большинство и работает. А еще кто-то сидит на почте, кто-то — в администрации. И, конечно, что в городках, что в деревнях есть какие-то магазинчики, хотя бы продуктовые. И там тоже работают люди. В общем, все пристроены. В моей деревне я не видела натуральных маргиналов, которые бы вообще ничем не занимались. Про самое главное для приезжего человека Для городского жителя, стремящегося переехать в деревню, один из решающих факторов — интернет. У таких, как я, как правило, удаленная работа. Другой вариант — в деревне люди занимаются каким-то своим маленьким производством, но, чтобы потом продвигать свою продукцию, им тоже нужна Сеть. Так что, когда я выбирала дом, смотрела на покрытие и разных операторов. Рядом со мной есть вышка, но все же я купила специальный набор для усиления сигнала. Это очень помогает. В деревнях сигнал проходит немного иначе, чем в городских условиях. Например, когда у нас начинается метель или вышку обносит снегом, он хуже. На него также влияет ветер и дождь. Усилитель нужен. И все равно, когда я работаю, а погода начинает портиться, я тут же предупреждаю коллег: могут быть перебои. Те, кто работает со мной давно, реагируют спокойно: у Нади в деревне опять погода испортилась, нормально. Бывает. Так что не стоит думать, что переезд в деревню — окончательный и бесповоротный разрыв с цивилизацией. Ничего подобного. Здесь можно создать все условия для комфортной работы, если у тебя удаленка. Про сельскую смекалку, новые идеи и забор в стиле ранчо Жители деревень знают намного больше о загородном образе жизни, чем мы. У горожан есть ощущение, что они умнее деревенских людей, но это неправильный подход. Человек из города знает город. Вот и все. Но если он останется в деревне один, он просто не выживет. Он не готов к такой жизни, ко всем этим моментам с обслуживанием дома, к диким животным, в конце концов. А деревенские там в своей стихии. Учить их жить — самое плохое, что можно придумать. У них своя смекалка есть. Но вот предложить им что-то новое, полезное, дать им какой-то инструмент, показать, что можно сделать что-то еще — хорошая идея. К примеру, здесь у всех были глухие заборы. А я попросила, чтобы мой сделали в стиле ранчо — две доски на столбах и все. Мне сельские говорили: «С ума сошла? Все видно. У тебя шариться будут!» Но я настояла на своем, несмотря на то, что строители поначалу отказывались такой забор делать. Через некоторое время все же мы пришли к согласию. Да, это очень необычно для деревни, но заинтересовало всех. Про возможность влиять на людей Раньше социальной активности в деревнях у меня было больше. Я к детям привозила и преподавателей, и других специалистов. Они учили языкам, быстрому запоминанию, делали с детьми какие-то технические эксперименты. Тогда у меня было на это время. Сейчас я — директор по развитию крупного проекта в сфере онлайн-образования. И это для меня очень классная история, потому что это возможность заниматься массовым просвещением, влиять на мышление людей в том числе относительно деревень и малых городов. Про самый опасный миф Самое главное для нас всех — тех, кто любит деревни и маленькие города и хотел бы, чтобы как можно больше из сохранилось, и тех, кто просто живет в них много лет, — понять, что все придется делать самим. Ощущение, что однажды кто-то придет и сделает жизнь лучше, губительно. Оно снимает с нас ответственность и дарит ложную надежду на приход какого-то спасителя. Но так не бывает. Механизм развития в деревне, по сути, тот же, что и везде. Вот открывает кто-то свой бизнес, делает мед. Если дела идут хорошо, он становится предпринимателем покрупнее, а потом и совсем большим. Так появляются производственные мощности, запускается предприятие, создаются рабочие места. Про то, что будет дальше Говорить, что деревни и малые города у нас умирают и окончательно уходят в историю, мягко говоря, преждевременно. Процессы исчезновения одних и развития других идут параллельно. Они и продолжат идти. Мне сложно только сказать, в какой пропорции. Страна — живой организм. Что-то у нее иногда болит, где-то какой-то сосуд пересыхает, а то и вообще отмирает. Но где-то или все нормально, или требуется просто небольшое локальное лечение. Так что бить тревогу или плакать по погибшей деревне не надо. Да, и сегодня люди уезжают в города, но многие и едут в деревни. Это цикл, который базируется на всех процессах, что происходят внутри нашей страны. Люди просто ищут счастья там, где, как им кажется, его больше. И это нормально. Только бы нашли.