С думой о России вместо программы реформ
0
225
В канун празднования 15-летия признания государственности Южной Осетии в Цхинвале возобновился дискурс о присоединении к России. Оппозиционные ресурсы упрекают президента республики Алана Гаглоева в срыве референдума, назначенного его предшественников Анатолием Бибиловым на июль прошлого года, из-за чего присоединение невозможно в ближайшей перспективе.
В канун празднования 15-летия признания гоcударственности Южной Осетии в республике возобновился дискурс о присоединении к России.
На этот раз его спровоцировал Дмитрий Медведев. В своей аналитической статье, посвященной событиям 2008 года, он заявил, что тема вхождения Абхазии и Южной Осетии в состав России не утратила актуальности и может быть реализована, если на то «возникнут веские причины».
Информационные ресурсы, поддерживающие экс-президента Бибилова, не упустили повода упрекнуть Алана Гаглоева за отмену референдума о вхождении в состав России, назначенного Анатолием Ильичом перед отставкой на конец июля прошлого года:
«Если бы Алан Гаглоев в нарушение Конституции не отменил референдум, а продолжил бы благое дело, начатое Бибиловым год назад, то России было бы на чем основывать свое решение о присоединении Южной Осетии. Но нет – дорвавшись до власти, Гаглоев только портит и рушит все хорошие начинания. Плюс ко всему он прекрасно понимает, что, если мы войдем в состав России, его президентское кресло тут же будет потеряно. Одним словом, одному человеку не выгоден референдум и вхождение в состав России, а страдает вся Республика Южная Осетия».
Немного истории.
Первый референдум о независимости Южной Осетии состоялся 19 января 1992 года. В рамках плебисцита впервые была поднята и тема воссоединения с Россией. На вопрос: «Согласны ли вы с решением Верховного Совета Республики Южная Осетия от 1 сентября 1991 г. о воссоединении с Россией?», 99,89 % участников референдума ответили положительно.
Второй референдум провел уже президент Эдуард Кокойты 12 ноября 2006 года. Вопрос плебисцита: «Должна ли республика Южная Осетия сохранить свой нынешний статус независимого государства и быть признанной международным сообществом?» Тогда 99% проголосовавших избирателей поддержали независимость при явке 95%.
По словам Эдуарда Джабеевича, вопрос о воссоединении с Россией на голосование не ставили по просьбе Кремля. В интервью «Эху Кавказа» Эдуард Кокойты так объяснил необходимость проведения второго референдума через пятнадцать лет после первого:
«Почему я второй раз провел этот референдум? Чтобы показать международному сообществу, что по прошествии лет поменялись поколения, но воля народа к независимости от Грузии не изменилась, несмотря на те испытания, трагедии, через которые мы проходили. Тогда мы это продемонстрировали».
Уже после признания независимости, вспоминает Эдуард Кокойты, он в последний раз поднял тему воссоединения на заседании V конференции Международного дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи:
«Когда мы выступали на валдайском клубе, Сергей Васильевич (Багапш) сказал, что они будут укреплять свою государственность. Он очень грамотно и, как всегда, мудро выступил. Но я им сказал, мы готовы отказаться от своей независимости в пользу объединения нашего малочисленного народа в составе Российской Федерации. Это были мои слова, я хотел обратить их внимание, что мы разделенный народ. Вечером у меня была встреча с Владимиром Владимировичем, это была первая встреча после войны. Тогда он сказал мне: «Я с большим уважением отношусь к вашему мнению, но позволю себе с вами не согласиться. Эдуард Джабеевич, запомните, вопрос вхождения Южной Осетии в состав России в повестке дня больше не стоит. Мы вас признали, как независимое государство, и мы будем поддерживать вас как независимое государство». Тогда с какой стати Бибилов и ему подобные начали пиариться на теме объединения? Путин сказал свое слово, зачем лишний раз его подставлять и лишний раз давать какие-то поводы прогрузинским лоббистам здесь, в Российской Федерации?
– С той встречи прошло уже много лет, может быть, мнение Путина за это время изменилось?
– Я спрашивал Леонида Харитоновича (Тибилова): «Владимир Владимирович вам говорил, что нужно войти в состав Российской Федерации?» Он ответил, что нет. Я ему: «В таком случае, что вы оба затеяли? Вы выводите народ Южной Осетии на минное поле! Что вы заладили с этим референдумом? В угоду ваших политических игр вы с Бибиловым дискредитировали идею референдума». Я в Москве с Сурковым разговаривал, с Козаком. Я им объяснял, что не надо проводить этот референдум. Если вы готовы ввести нас в состав России (хотя я знаю, что президент другого мнения), то сделайте это без всяких референдумов. Два плебисцита уже было. Проводя третий, мы, во-первых, их как бы дезавуируем. А во-вторых, я им говорю: послушайте, с учетом ваших действий и отдельных ваших чиновников, которые, не побоюсь такого примера, повели себя в Южной Осетии, как слон в посудной лавке, вы сегодня уверены, что мы наберем хотя бы 60%?
– В самом деле, 60% – это не тот результат, после которого можно идти на присоединение.
– Да даже если 70%!»
Депутат парламента Южной Осетии Давид Санакоев считает, что тема присоединения более неактуальна. В качестве аргумента он приводит заявление руководителя четвертого департамента МИД РФ Дениса Гончара, сделанное им 4 августа:
«Суверенитет Абхазии и Южной Осетии не подлежит пересмотру, признан рядом государств, с другими идут контакты по линии гражданских обществ и деловых кругов. Россия нацелена на выстраивание долгосрочных союзнических отношений с братскими народами Абхазии и Южной Осетии, с которыми нас связывают давние исторические узы. Эта позиция не подвержена конъюнктуре».
Говорит Давид Санакоев:
«Глобальные политические изменения последнего времени на позицию Москвы не повлияли – суверенитет Абхазии и Южной Осетии пересмотру не подлежит. Поэтому, давайте уже и мы оставим эту тему. Мы не можем пятнадцать лет спорить о том, что делать с нашей независимостью! Мне кажется, тему присоединения эксплуатируют по кругу именно те политики, которым просто нечего предложить народу. Они или не знают, как обустроить жизнь в республике, или не хотят этим заниматься. Для них это своеобразный выход из положения – ничего не надо делать, не надо развивать государственность, если завтра прямиком в Россию. Она сама все за нас сделает. Поэтому неслучайно всякий раз после смены власти поднимается суета вокруг назначений на должности, вокруг зарплат, чего угодно, но только не реформ».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Facebook
Telegram
Instagram
Twitter
Youtube
В канун празднования 15-летия признания гоcударственности Южной Осетии в республике возобновился дискурс о присоединении к России.
На этот раз его спровоцировал Дмитрий Медведев. В своей аналитической статье, посвященной событиям 2008 года, он заявил, что тема вхождения Абхазии и Южной Осетии в состав России не утратила актуальности и может быть реализована, если на то «возникнут веские причины».
Информационные ресурсы, поддерживающие экс-президента Бибилова, не упустили повода упрекнуть Алана Гаглоева за отмену референдума о вхождении в состав России, назначенного Анатолием Ильичом перед отставкой на конец июля прошлого года:
«Если бы Алан Гаглоев в нарушение Конституции не отменил референдум, а продолжил бы благое дело, начатое Бибиловым год назад, то России было бы на чем основывать свое решение о присоединении Южной Осетии. Но нет – дорвавшись до власти, Гаглоев только портит и рушит все хорошие начинания. Плюс ко всему он прекрасно понимает, что, если мы войдем в состав России, его президентское кресло тут же будет потеряно. Одним словом, одному человеку не выгоден референдум и вхождение в состав России, а страдает вся Республика Южная Осетия».
Немного истории.
Первый референдум о независимости Южной Осетии состоялся 19 января 1992 года. В рамках плебисцита впервые была поднята и тема воссоединения с Россией. На вопрос: «Согласны ли вы с решением Верховного Совета Республики Южная Осетия от 1 сентября 1991 г. о воссоединении с Россией?», 99,89 % участников референдума ответили положительно.
Второй референдум провел уже президент Эдуард Кокойты 12 ноября 2006 года. Вопрос плебисцита: «Должна ли республика Южная Осетия сохранить свой нынешний статус независимого государства и быть признанной международным сообществом?» Тогда 99% проголосовавших избирателей поддержали независимость при явке 95%.
По словам Эдуарда Джабеевича, вопрос о воссоединении с Россией на голосование не ставили по просьбе Кремля. В интервью «Эху Кавказа» Эдуард Кокойты так объяснил необходимость проведения второго референдума через пятнадцать лет после первого:
«Почему я второй раз провел этот референдум? Чтобы показать международному сообществу, что по прошествии лет поменялись поколения, но воля народа к независимости от Грузии не изменилась, несмотря на те испытания, трагедии, через которые мы проходили. Тогда мы это продемонстрировали».
Уже после признания независимости, вспоминает Эдуард Кокойты, он в последний раз поднял тему воссоединения на заседании V конференции Международного дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи:
«Когда мы выступали на валдайском клубе, Сергей Васильевич (Багапш) сказал, что они будут укреплять свою государственность. Он очень грамотно и, как всегда, мудро выступил. Но я им сказал, мы готовы отказаться от своей независимости в пользу объединения нашего малочисленного народа в составе Российской Федерации. Это были мои слова, я хотел обратить их внимание, что мы разделенный народ. Вечером у меня была встреча с Владимиром Владимировичем, это была первая встреча после войны. Тогда он сказал мне: «Я с большим уважением отношусь к вашему мнению, но позволю себе с вами не согласиться. Эдуард Джабеевич, запомните, вопрос вхождения Южной Осетии в состав России в повестке дня больше не стоит. Мы вас признали, как независимое государство, и мы будем поддерживать вас как независимое государство». Тогда с какой стати Бибилов и ему подобные начали пиариться на теме объединения? Путин сказал свое слово, зачем лишний раз его подставлять и лишний раз давать какие-то поводы прогрузинским лоббистам здесь, в Российской Федерации?
– С той встречи прошло уже много лет, может быть, мнение Путина за это время изменилось?
– Я спрашивал Леонида Харитоновича (Тибилова): «Владимир Владимирович вам говорил, что нужно войти в состав Российской Федерации?» Он ответил, что нет. Я ему: «В таком случае, что вы оба затеяли? Вы выводите народ Южной Осетии на минное поле! Что вы заладили с этим референдумом? В угоду ваших политических игр вы с Бибиловым дискредитировали идею референдума». Я в Москве с Сурковым разговаривал, с Козаком. Я им объяснял, что не надо проводить этот референдум. Если вы готовы ввести нас в состав России (хотя я знаю, что президент другого мнения), то сделайте это без всяких референдумов. Два плебисцита уже было. Проводя третий, мы, во-первых, их как бы дезавуируем. А во-вторых, я им говорю: послушайте, с учетом ваших действий и отдельных ваших чиновников, которые, не побоюсь такого примера, повели себя в Южной Осетии, как слон в посудной лавке, вы сегодня уверены, что мы наберем хотя бы 60%?
– В самом деле, 60% – это не тот результат, после которого можно идти на присоединение.
– Да даже если 70%!»
Депутат парламента Южной Осетии Давид Санакоев считает, что тема присоединения более неактуальна. В качестве аргумента он приводит заявление руководителя четвертого департамента МИД РФ Дениса Гончара, сделанное им 4 августа:
«Суверенитет Абхазии и Южной Осетии не подлежит пересмотру, признан рядом государств, с другими идут контакты по линии гражданских обществ и деловых кругов. Россия нацелена на выстраивание долгосрочных союзнических отношений с братскими народами Абхазии и Южной Осетии, с которыми нас связывают давние исторические узы. Эта позиция не подвержена конъюнктуре».
Говорит Давид Санакоев:
«Глобальные политические изменения последнего времени на позицию Москвы не повлияли – суверенитет Абхазии и Южной Осетии пересмотру не подлежит. Поэтому, давайте уже и мы оставим эту тему. Мы не можем пятнадцать лет спорить о том, что делать с нашей независимостью! Мне кажется, тему присоединения эксплуатируют по кругу именно те политики, которым просто нечего предложить народу. Они или не знают, как обустроить жизнь в республике, или не хотят этим заниматься. Для них это своеобразный выход из положения – ничего не надо делать, не надо развивать государственность, если завтра прямиком в Россию. Она сама все за нас сделает. Поэтому неслучайно всякий раз после смены власти поднимается суета вокруг назначений на должности, вокруг зарплат, чего угодно, но только не реформ».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Telegram
Youtube