Андрей Коробков: «Над Америкой неожиданно вновь встала тень Трампа»
Год штурму Капитолия: почему Байден теряет рейтинг, состоится ли реванш республиканцев и при чем здесь мигранты и безработные?
«Трамп сохранил серьезную поддержку электората, и теперь он становится человеком, который будет решать, кому жить, а кому умирать, на республиканских праймериз», — говорит живший в США профессор Университета Теннеси Андрей Коробков. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о политических раскладах в Америке спустя год после штурма Капитолия, который теперь все больше выглядит как провокация антитрамповских сил.
Год после штурма Капиталия
Годовщину штурма Капитолия, которая отмечается сегодня, американское общество встречает в таком же расколотом состоянии, что и 6 января 2021-го. Однако политические тренды изменились. Тогда уходящий президент Дональд Трамп казался хромой уткой, либеральная пресса упражнялась в издевках по его адресу. Вполне солидные газеты позволяли себе публиковать предсказания о том, что Меланья Трамп теперь уж точно бросит своего мужа, ведь больше незачем притворяться любящей женой. Пророчество, к слову, не сбылось. Новоизбранный президент Джо Байден обещал восстановить в обществе гармонию. Ему демократическая пресса сулила одни успехи. Спустя год тренды развернулись на 180 градусов. Популярность Байдена падает, а параллельно ей вновь растут симпатии к Трампу, все более реальным выглядит реванш республиканцев на ближайших выборах в Конгресс.
При этом Америку будоражит сразу два миграционных потока — внешний и внутренний. Внутри — усиливается раздел страны на «синие» и «красные» (демократические и республиканские) штаты. Республиканцы сотнями тысяч переезжают жить в республиканские штаты, демократы остаются в демократических. Извне — через границу с юга в США идут пешком сотни тысяч латиноамериканцев-нелегалов.
Как отмечал летом в своей работе на сайте клуба «Валдай» профессор Университета Теннеси Андрей Коробков, миграционный кризис, который раньше был просто одним из вопросов внутренней политики США, превратился в один из главных инструментов борьбы республиканцев и демократов. Радикальное крыло демократов стремится заселить колеблющиеся (они же «фиолетовые») штаты, вроде Аризоны и Пенсильвании. Цель — добиться на президентских выборах 2024 года перевеса Байдена либо его преемника над республиканцами. Аппаратчики Демпартии надеются, что мигранты, получив паспорт США, будут голосовать за демократов.
Оправданы ли расчеты демократов, а также о том, в какой атмосфере Америка встречает годовщину «штурма Капитолия», да и был ли вообще такой штурм, Андрей Коробков рассказывает в интервью «БИЗНЕС Online».
Почему Байден так и не легализовал нелегальных мигрантов?
— Андрей Владимирович, полгода назад в комментарии на сайте клуба «Валдай» вы предположили, что Байден не сможет узаконить статус нелегалов, хотя он давал такое обещание перед выборами. Заняв Белый дом, Байден обнародовал подробный план такой легализации, анонсировал внесение соответствующих поправок. Но теперь все про это забыли. Значит ли это, что под угрозой оказалась мечта Демократической партии добиться перевеса над республиканцами за счет голосов мигрантов?
— Я писал, что Байден не только не сможет, но и не захочет выполнить все свои предвыборные обещания в миграционной сфере. Так и происходит. Дело в том, что сам Байден всегда был центристом. По крайней мере, работая в Сенате, он достаточно реалистично оценивал миграционные вопросы.
Предвыборное обещание Байдена стало во многом уступкой леворадикальному крылу Демократической партии. Во время дебатов на праймериз было заметно, как неуютно он себя почувствовал, когда из зала прозвучал вопрос, готовы ли кандидаты в президенты пойти на поголовную амнистию всех 11-ти миллионов нелегалов. И Байден стал последним, кто поднял руку, — когда увидел, что все остальные готовы дать такое обещание.
Да, прошлой весной Байден анонсировал закон, который позволит нелегалам выйти из тени, а также отменить ограничения на прием беженцев. Но уже летом стало ясно, что подобные заявления сами по себе стали приглашением к массовой миграции. Со стороны Мексики начался неконтролируемый поток нарушителей границы — сотни тысяч в месяц. Одновременно начался абсолютный обвал правоохранительной системы и системы иммиграционного контроля. Байден уже не сможет продолжать работу над выполнением своих обещаний, даже если захочет. Поэтому анонсированный им закон отложили в долгий ящик.
Стоит напомнить: американское население исторически растет на две трети за счет естественного прироста и на треть — за счет миграции. При этом среди эмигрантов также примерно треть составляют нелегалы. Поэтому многие демократы, — особенно леваки, — очень хотят стимулировать миграцию и быстро узаконить статус тех, кто уже проник в США нелегально.
Тут, правда, есть интересный момент. Левые радикалы исходят из того, что эмигранты — особенно «цветные», небелые, — обязательно будут голосовать за демократов. Но практика подтверждает такое лишь отчасти. Последние опросы показали, что испаноязычные («испэники») на выборах в Конгресс собираются голосовать и за республиканцев, и за демократов — поровну. Многие из тех, кто прибывает в США из Латинской Америки, — социально консервативны, придерживаются католической морали. Их отталкивает та левацкая платформа, с которой во многом действует сейчас Демпартия. Хотя они сами — бенефициары политики демократов, благодарность «испэников» не безгранична, — освоившись в стране, они начитает голосовать уже за республиканцев.
— Год назад, в те дни, когда Трамп колебался, признавать ли победу Байдена, в республиканской верхушке звучала такая точка зрения: если сейчас махнуть рукой и признать победу Байдена, то в Америке уже никогда не будет республиканского президента. Имелся ли в виду как раз приток мигрантов?
— Нет, не приток мигрантов, а полный слом избирательной машины. Республиканцы, образно говоря, исходили из русской поговорки «Важно не то, кто как голосует, а то, кто и как считает голоса». Республиканцы не думали, что демократы получат преимущество в поддержке электората. Они боялись, что демократам уже удалось построить избирательную машину, при которой подтасовки каждый раз будут иметь массовый характер, что навсегда уничтожит возможность честных выборов.
Споры по этому поводу продолжаются. До сих пор порядка 60 процентов республиканского электората считает, что результаты Байдена были как минимум завышены, а часть считает, что он попросту украл победу у Трампа.
«Все это напоминает царскую Россию перед революцией»
— Многие в России не могут взять в толк, почему люди левых взглядов на Западе, говоря про мигрантов, упорно не делают различия между теми, кто переселился в Штаты законным образом, и нелегалами? Почему? Это как-то связано с комплексом вины белых за времена рабовладения? Если вы украдете кошелек, то вас сочтут преступником и республиканцы, и демократы. А если вы ночью перебежали границу, что тоже незаконно, то демократы будут вас подбадривать и жалеть…
— Во-первых, если вы сейчас украдете кошелек в леворадикальном штате, вроде Калифорнии и Вашингтона, то вас уже не назовут преступником. Времена изменись. Там делается все, чтобы перевести такую кражу в разряд мелкого правонарушения и в любом случае не назначать наказание, связанное с арестом. По этой причине в Калифорнии с прошлого года началась волна грабежей. Бандиты знают: если вы украли на сумму меньше 1000 долларов, то на вас вообще не заведут уголовного дела.
Что касается миграции, то подавляющее большинство американцев считают нелегалов преступниками, — и это не только республиканцы, но и центристы. Причем, значительная доля новых американцев, тех, кто приехал в США законным путем, с крайним раздражением воспринимают призывы к амнистии нелегалов. Многие из этих людей обладают высокой квалификацией, высшим образованием. Они когда-то приехали по временным визам и потом долгие годы, часто больше 10 лет, ждали получения постоянного статуса. Для них оскорбительны требования раздать грин-карты тем, кто тайком перебежал мексиканскую границу. Кроме того, нарушители — это чаще всего люди малообразованные, с низкой квалификацией.
— Так почему все-таки в восприятии левых это не преступление? Ими движет какая-то запредельная жалость к обездоленным «испэникам»?
— Есть много факторов. Но главный — это неприязнь к политической системе США, причем она настолько глубокая, что ненавидят уже и отцов-основателей этой системы, живших 250 лет назад. Соответственно, в нарушении границы левакам видится протест против лицемерия правящих кругов. Этакий прорыв к свободе.
Все это мне напоминает царскую Россию перед революцией, когда интеллигенция симпатизировала политическим преступникам, — вплоть до того, что их регулярно оправдывали суды присяжных. Оправдывались любые акты насилия со стороны тогдашних ультра-левых, если они были направлены против государства, включая убийства губернаторов или налеты на банки. Вспомните, как присяжные оправдали террористку Веру Засулич.
«Республиканские кандидаты потянулись на поклон к Трампу»
— А как вообще изменились настроения за год правления Байдена? Когда он только победил, либералы выражали уверенность в том, что он сможет успокоить страсти, объединить народ…
— Раскол только усилился. Практически не осталось пространства для компромисса. Причем, политика и риторика Байдена вызвали отторжение не только у республиканцев, но и у значительной части независимых избирателей. У Байдена сейчас рекордно низкий рейтинг — 36 процентов, но среди независимых — всего 29 процентов. То есть он теряет политический центр, который дал ему победу год назад. Соответственно тают и его шансы выиграть выборы-2024. Теряя личную поддержку, он тянет за собой и всю партию. Поэтому демократическая элита — в состоянии абсолютной паники. Панику усиливает тот факт, что рейтинги вице-президента Камалы Харрис — упали и того ниже, а ведь многие демократы год назад видели в ней потенциальную преемницу Байдена, будущую первую в истории леди-президента. Но вместо этого, Харрис побила исторический антирекорд — ей симпатизирует всего 28 процентов американцев, что означает, что значительная доля демократов тоже в ней разочарована.
Поскольку все ждут разгромного поражения демократов на ноябрьских выборах в Конгресс, над страной опять встает тень Трампа. Экс-президент сохранил серьезную поддержку электората и теперь он становится человеком, который будет решать кому жить, а кому умирать на республиканских праймериз. Многие республиканские кандидаты потянулись на поклон к Трампу. Одновременно начались многочисленные попытки дискредитировать экс-президента, закрыть ему дорогу на выборы-2024, втянуть его в очередные бесконечные расследования. Трампа опять пытаются привязать к каким-то налоговым нарушениям, к событиям 6 января.
Причем, я уверен, за этими попытками стоят не только демократы, но и часть республиканцев, поскольку Трамп воспринимается как системная угроза для всей политической элиты. Чем слабее будет Байден, чем ближе будут выборы, тем жестче будет кампания против Трампа.
— Вы не преувеличиваете, говоря о панике? До выборов в Конгресс еще 10 месяцев, до президентских — почти три года. У Байдена есть время поправить свой рейтинг.
— Десятки видных демократов отказываются баллотироваться в Конгресс. Отказываются даже те, кто обычно избирался от «безопасных» для демократов округов. Теперь они уверяют, что решили «начать новую жизнь». Это факт, который достаточно ясно указывает на степень неуверенности элиты Демократической партии в своих шансах.
Ирония состоит в том, что сила Трампа в определенный момент может превратиться в его слабость. Уже ясно, что Трамп будет продвигать в Конгресс достаточно радикальные, можно сказать — праворадикальные фигуры. Трамп будет топить республиканцев-центристов, которые отшатнулись от него, когда он казался «хромой уткой». Будет мстить тем однопартийцам, кто голосовал против него во время импичмента — это фигуры типа Лиз Чейни, конгрессвумен от Вайоминга, дочери бывшего вице-президента Дика Чейни.
В общем, Трамп сгоряча может выставить настолько радикальные фигуры, что центристы от него отшатнутся и опять проголосуют за демократов, несмотря на сильнейшее раздражение от Байдена. В этом и заключается сейчас главная надежда демократов.
«Многие американцы за два года привыкли или не работать, или работать на дому»
— Ранее вы писали, что республиканцы, связанные с крупным бизнесом, могут потребовать от своей партии и лично от Трампа, изменить отношение к мигрантам. Не ужесточить, а смягчить политику, впустить их в страну побольше. По этому поводу Республиканская партия не расколется? Или Трамп, страшно сказать, подобреет к гастарбайтерам?
— Когда мы говорим про большой бизнес, мы говорим о двух очень разных блоках. Трамп опирался на реальный сектор, — на промышленность и сельское хозяйство. Против Трампа выступали глобалистские группы, — это финансы и хайтек, «цифровые олигархи». И как раз этих иммиграция волнует мало, потому что они работают с капиталом, технологиями. Им не нужны большие трудовые ресурсы. Так вот даже крупный бизнес, связанный с реальным сектором, в отличие от Трампа, всегда был благожелателен к массированной миграции, потому что нуждается в рабочих руках.
В недавней истории США было два президента, очень консервативные, представлявшие интересы крупного бизнеса, — и при этом либералы в миграционной сфере. Это Рональд Рейган, который, например, провел полномасштабную амнистию для нелегалов. Другой — Джордж Буш-младший, который тоже попытался провести либеральную миграционную реформу, но не смог из-за сопротивления собственной партии.
Кстати, и Трамп был не против миграции как таковой. Он был скептически настроен к приему беженцев, воссоединению семей и так далее. Хотел остановить приток нелегалов и «чернорабочих», и при этом он сам же зазывал в США людей с высокой квалификацией.
А сейчас крупный бизнес особенно гостеприимно настроен к гастарбайтерам. Дело в том, что на рынке труда США сложилась абсолютно катастрофическая ситуация, — не хватает миллионов рабочих рук.
Причин тому несколько. Во-первых, это странное поведение демократов, бросивших гигантские суммы на пособия безработным. Тем самым они убили стимул возвращаться на работу для тех, кто и так мало зарабатывал. При Трампе, во время локдауна, безработным американцам платили по 600 долларов в неделю. Затем сумму сократили наполовину. В 2021 году, когда стала доступной вакцина, пособия можно было бы уже и отменить, однако Байден все платил и платил. По сути американцам платили за то, чтобы они продолжали сидеть дома. Потом, наконец, эти выплаты отменили. Однако многие демократические штаты продолжают выдавать у себя высокие пособия по безработице, прямо уже не связанные с ковидом.
Поскольку многие американцы за два года привыкли или не работать, или работать на дому, их модель поведения изменилась. Они говорят: «А мы больше не хотим ходить каждый день на работу». И пока им хватает денег, они тянут время. Многие надеются, что придет какой-нибудь новый штамм, опять будет полный локдаун, — и им опять будут давать по 600 долларов в неделю.
В то же время сезонные рабочие из Латинской Америки, которые до пандемии регулярно приезжали в Штаты, сейчас не могут попасть в страну, если они хотят приехать легально. Даже если у них есть сертификат о вакцинации, они не могут пересечь границу, потому что им негде получить визу. Американские консульства, в большинстве своем, по-прежнему закрыты из-за ковида.
В результате некому работать — в сфере услуг, в промышленности и сельском хозяйстве. Не хватает дальнобойщиков. Некому возить, некому обрабатывать продукцию. Нарушается цепь поставок. Возникает дополнительные инфляционное давление, цены, — в том числе на продукты питания, — быстро растут. Появилось и явление, о котором хорошо знали в СССР, но не знали в США — дефицит товаров.
«С апреля по июль Нью-Йорк покинуло 400 тысяч человек, Калифорнию — 430 тысяч»
— То есть за год правления Байдена патерналистские настроения у левой части общества усилились?
— Да. К халяве быстро привыкаешь.
— Некоторые советские эмигранты, типичные обитатели Брайтон-Бичворчат, что США на глазах превращаются в «Социалистические Штаты Америки». Это преувеличение? Вы как-то уже говорили, что в Америке происходят небывалые, колоссальные перемены. Может, теперь и социализм в Америке перестал быть фантастикой?
— Байден был избран не столько как Байден, сколько как анти-Трамп. Его попытки ввести в действие левые механизмы привели к стремительному падению популярности и его лично, и демократов. Осенние выборы многое покажут. Но уже видно, что попытки резко перераспределить доходы от одних социальных групп к другим наталкиваются на серьезное сопротивление. Антикоммунизм укоренился в американском народе очень глубоко.
— Вы упомянули про волну грабежей в Калифорнии. Известно, что по этой причине крупный бизнес еще год назад начал перебираться оттуда в республиканский Техас. В том числе уезжают хайтек-корпорации из Силиконовой долины. В Техас перенесли свои штаб-квартиры Илон Маск, Hewlett Packard, Oracle. Этот бег продолжается?
— Да, крупные компании уходят от преступности, от налогов, от всевозможных регулирующих актов, с помощью которых местные власти вмешивались в их работу.
Но надо сказать, что это часть более общего процесса реструктуризации рынка труда. С начала пандемии где-то треть офисных сотрудников, «белых воротничков», перешла в онлайн. После чего начался их массовый исход с Северо-Востока и Юго-Запада США в города Юга. Они говорят: «Мы не хотим возвращаться в офисы. Мы убедились, что можем делать все то же самое из дома. Тогда зачем нам жить в крохотных квартирках Нью-Йорка и Нью-Джерси? Лучше купить себе дом, скажем, во Флориде или в Техасе, на побережье Мексиканского залива. Будем работать оттуда».
Действительно, этот отток вызван также стремительным ростом преступности в городах, которыми управляют левые радикалы. В демократических штатах растут налоги не только для компаний, но и для частных лиц, усиливается регулирование разных сфер жизни, вводится все больше запретов.
Есть статистика: всего за несколько месяцев уходящего года, с апреля по июль Нью-Йорк покинуло 400 тысяч человек, Калифорнию — 430 тысяч. Зато выросло население республиканских штатов. Флорида: плюс 260 тысяч, Техас — плюс 210 тысяч.
Такие города, как Майами, Даллас, Хьюстон, Нешвилл, где я сам живу, Атланта, Шарлотт испытывают взрывной рост населения. Из-за этого тут быстро дорожает недвижимость, растут цены на услуги. В общем, в США усиливается не только внешняя, но и чисто внутренняя миграция.
— Выходит, что заодно ускоряется раскол США на «синие и красные» штаты, то есть на демократические и республиканские?
— Да, при этом, ирония состоит в том, что в результате ухода крупного бизнеса и богатых людей проблемы в «синих» только увеличиваются. Когда Лос-Анджелес или Сиэтл теряют крупные бизнесы, они теряют и налоговую базу. В итоге местные власти пытаются компенсировать свои потери еще более серьезным взвинчиванием налогов.
Кто же все-таки организовал штурм Капитолия?
— Исполняется ровно год штурму Капитолия. С легкой руки прессы США весь мир повторяет именно эту формулировку. Байден тоже использует термин «внутренний терроризм». Между тем в судебных приговорах участникам штурма ничего подобного не говорится. Людей осудили за «воспрепятствование работе федеральных органов власти», за хулиганство. Никакого террора или «участия в путче». А был ли штурм, Андрей Владимирович? Ведь толпа демонстрантов, которая протолкалась сквозь цепочку полиции в здание, была безоружна, за редким исключением. Кроме нескольких драк с охранниками, никакого насилия не было. Погрома в здании тоже не было. Толпа пришла, выразила свое мнение и через пару часов ушла. Как известно, за полгода до тех событий, толпа манифестантов также зашла в здание парламента штата Миннесота, чтобы протестовать против ковидных запретов. При этом там толпа была вооружена. Пришли бородатые люди с крайне правыми взглядами, с автоматами и пулеметами. «Ополченцы», как они себя называли, покричали, высказали свой протест и спокойно ушли.
— Надо учитывать американскую культуру. Огромная доля населения владеет оружием и при этом искренне верит, что вторая поправка к Конституции гарантирует право рядовых граждан защищать себя от злоупотреблений власти. Не только от преступников, а именно и от злоупотреблений государственной власти. Таково традиционное американское восприятие.
Да, в Миннесоте толпа вошла в здание парламента под лозунгом «Мы вооружены — и мы готовы защищать Конституцию!». То есть эти ополченцы, как они это понимали, собирались не нарушать Конституцию, а защищать ее. Но такое поведение, разумеется, вызывает озабоченность не только у властей, но и у многих обычных людей.
Что касается событий 6 января, то напомню: это была уже третья подобная акция сторонников Трампа. Первые две встречи прошли абсолютно мирно. Как и в Миннесоте, в Вашингтоне демонстранты вошли в здание парламента мирно и ушли мирно, если не считать отдельных происшествий. Хотя, конечно, они помешали заседанию Конгресса. В любом случае, скорее всего, это не было попыткой захвата власти, это был спонтанный порыв людей, заподозривших массированные подтасовки на выборах.
К сожалению, демократы создали в Конгрессе комиссию по расследованию, в которую не пустили республиканцев, за исключением двоих — все той же Лиз Чейни и Адама Кизингира. Эти двое вошли в состав комиссии вопреки решению руководства своей партии. Оба испытывают явную ненависть к Трампу, поэтому заранее ясно, что они подпишутся под любыми обвинениями в адрес бывшего президента, даже в отсутствие улик. Ясно, что комиссия придет к выводу, что готовился государственный переворот, был заговор, и Трамп к нему причастен.
Что же на самом деле произошло? Уже ясно, что в толпе были профессиональные провокаторы, которым удалось перевести ход событий в конфликтное, насильственное русло. Их лица остались на видео, их узнали журналисты, поскольку эти провокаторы мелькали в подобной роли на прежних митингах. Однако комиссия Конгресса игнорирует эту информацию, поскольку она мешает делать «нужные» выводы.
Руководил ли провокаторами кто-то из-за кулис — демократы, республиканцы или какая-то третья сила? Пока об этом говорить рано, потому что нет фактов. Чтобы выяснить, понадобится настоящая двухпартийная комиссия, которая будет работать только с фактами, в нейтральном стиле. Создать такую комиссию удастся не раньше 2023 года, — в случае, если республиканцы вернут себе большинство хотя бы в одной из палат Конгресса.
— А пока ФБР продолжает охоту за участниками «штурма Капитолия». Некоторые из них сбежали за границу. Правда ли, что именно по этой причине крайне правые группы, вроде «Прауд Бойс», сейчас легли на дно? Их не видно и не слышно.
— Деятельность таких групп была совершенно незаметна на бытовом уровне и раньше. Я вот живу на американском Юге больше 30 лет, изучаю проблемы национализма — так вот я вообще ни разу не видел «живьем» ни одного пикета представителя подобных групп. А вот манифестации леваков в нашем кампусе вижу все время.
Элитная пресса раздувает влияние крайне правых групп, преувеличивает их численность, — чтобы напугать обывателя. С приходом к власти Байдена эти группы оказались под ударом, против них возбуждаются уголовные дела.
— В «Вашингтон пост» недавно появилось обращение трех отставных генералов, которые на полном серьезе предвещают Америке попытку государственного переворота и даже вторую гражданскую войну после выборов 2024 года? Это тоже преувеличение?
— Да, преувеличение. Но сам факт публикации символичен. В отличие, скажем, от Франции и других европейских стран, в Америке генералы подчеркнуто аполитичны, обычно они не выступают с такими заявлениями. Тот факт, что генералы нарушили обет молчания, указывает на растущее раздражение действиями политиков и в военной среде тоже.
Другое дело, что Америка — это страна, где на руках у населения почти 400 млн стволов. В случае роста социальной напряженности, вот это обстоятельство может стать реальной угрозой.
Виктор Исмагилов