Потепление или индустрия? Риторика об отказе от нефти ведёт к росту цен
Притом что возобновляемые источники энергии (ВИЭ) до сих пор не могут обеспечить её устойчивое поступление, а производство их сопряжено с серьёзными нагрузками на экологию, мир усиленно толкают в «зелёную» энергетику.
Вот вам, бабушка, и Юрьев день
Морозы, с началом декабря добравшиеся до средней полосы России, уже успели установить несколько рекордов. 6 декабря в Санкт-Петербурге была зафиксирована температура в –21°С, это ниже самого минимального показателя за историю наблюдений (он отмечен в 1893 г.). На следующий день самую низкую за последние 35 лет температуру зарегистрировали шведские синоптики – 43,8 градуса ниже нуля.
По всей видимости, следующий рекорд установят арктические льды. Сообщается, что на всей протяжённости российского Северного морского пути ледовая обстановка остаётся сложной, границы льдов соответствуют средним значениям 1981–2010 гг., а на некоторых участках и выше.
Главный редактор издания «Морской бюллетень» Михаил Войтенко подчеркнул в интервью RT: «Сыграл свою роль и некий безудержный оптимизм по поводу потепления и таяния льдов, особенно в последние два года. А он, в свою очередь, происходит из-за истерии вокруг изменения климата, которую раздувают ООН и другие мировые организации. Хотя ведь учёные – не те, которые рассказывают нам страсти про изменение климата, а серьёзные учёные, российские из Арктического и антарктического научно-исследовательского института, канадские – предупреждали, что вообще-то грядёт похолодание, а не потепление».
Напомним, что в 2007 г. бывший вице-президент США Альберт Гор, получивший Нобелевскую премию за борьбу с глобальным потеплением, называл два срока полного исчезновения полярных ледяных шапок – к 2015 и 2029 гг. Он, конечно, ссылался на научные исследования. Вот только 2015-й уже прошёл, и, к слову сказать, в тот год уровень ледяных шапок был выше среднего уровня предшествующих ему 35 лет.
Тема глобального потепления и спасения от него планеты стала, по сути, глобальной индустрией. Её раскручивают и политики, которые зарабатывают на ней политический капитал, и бюрократы из ООН, которые говорят о необходимости «энергоперехода», и сотни тысяч аналитических и исследовательских центров, международных экспертов, экологов и консультантов, которые оказывают услуги по подсчёту выбросов парниковых газов и разработке стратегий по их сокращению.
А есть ещё разработчики и производители технологий возобновляемой энергетики – ветряков и солнечных панелей. Им нужна господдержка, поскольку ВИЭ не могут на равных конкурировать с традиционной энергетикой. Нельзя забыть и журналистов ведущих международных изданий, которые должны бы были представлять читателям взвешенную информацию, но вместо этого лишают слова тех, кто высказывается против истории с глобальным потеплением.
Ценовые рекорды
Казалось бы, какое отношение вся эта индустрия имеет к нашим с вами деньгам? А самое непосредственное. Не думаете же вы, что эти люди работают исключительно за идею?
Температурные рекорды сопровождаются рекордами ценовыми: только этой осенью цены на газ и электричество в странах Прибалтики выросли в разы. В Эстонии премьер-министр предложила гражданам оплачивать счета за электроэнергию и коммунальные услуги в рассрочку. На этом фоне нарвские электростанции – вы не поверите – переводятся на дровяное отопление с использованием остатков от вырубки лесов. В соседней Латвии осенью этого года население платило за кубометр газа в 1,5 раза больше, чем в предыдущем году (59,4 руб.), за киловатт-час – в 6,5 раза больше (21,8 руб.). Для сравнения: в Москве кубометр газа стоит меньше 8 руб., а киловатт-час – меньше 6 руб.
В чём причина? Отчасти – в модном увлечении «зелёной» энергетикой, стремлении доказать этим свою «европейскость». Не зря же Международное энергетическое агентство почти каждый год заявляет о новом рекорде по темпам ввода мощностей ВИЭ. Но рекорды требуют денег, а результата не приносят – судя по наблюдающемуся с конца лета взлёту цен на нефть, газ и уголь.
Сначала резко упала выработка электроэнергии на ветряных станциях Северного моря, что привело к увеличению потребления традиционных энергоносителей – тех самых, от которых Европа так настойчиво пыталась отказаться.
Вряд ли сейчас британскому премьер-министру Борису Джонсону хочется вспоминать, как 3 месяца назад на Генассамблее ООН он говорил об успехах ветрогенерации, шутил, что возьмёт имя Борей в честь бога северного ветра, и обещал стать зеленее лягушонка Кермита... В итоге Великобритании пришлось запускать ранее законсервированную угольную ТЭС.
Кто был на Лене, тот видел
Пример стран Европы однозначно продемонстрировал, что вся риторика об отказе от нефти, газа и угля ведёт единственно к проблемам с энергоснабжением и росту цен на те самые энергоносители, от которых так стремились отказаться.
Такой результат вполне закономерен, если принять во внимание ряд факторов, которых радетели «зелёной» энергетики не замечают. Это нынешний уровень потребления энергоносителей, нехватка огромного количества критически важных для ВИЭ технологических решений, дефицит необходимых для этих решений полезных ископаемых, резкий рост добычи которых связан с экологическими рисками, а также нерешённость вопроса утилизации выводимых из эксплуатации ВИЭ.
Однако все эти вопросы стоят на повестке дня не только у наших соседей из Евросоюза. Тема энергоперехода активно продвигается и в России. Казалось бы, как можно всерьёз обсуждать отказ от традиционных энергоносителей в стране, во многих регионах которой отопительный сезон длится 9 месяцев в году? Тем более когда пример европейцев показывает нам, что «зелёная» энергетика не способна никого согреть, а, как подчеркнул вице-премьер Александр Новак на встрече со студентами российских вузов, «директивный переход на ВИЭ оборачивается ростом цен».
Логика рассуждений сторонников энергоперехода предельно проста: чтобы бороться с глобальным потеплением, нужно как можно скорее отказаться от нефти, угля и газа – всего того, что даёт выбросы парниковых газов. А поскольку угроза глобального потепления прямо-таки нависает над планетой, то необходимы меры государственной поддержки для «зелёной» энергетики.
Но что, если (как подсказывают нам погода и льды в Арктике) с глобальным потеплением всё не так просто? Давайте вспомним, что ещё в 2010 г. на экономическом форуме в Берлине Владимир Путин предупреждал европейцев, что им придётся топить дровами. А два года назад на заседании дискуссионного клуба «Валдай» говорил: «Я лично был на Лене, нашей реке, там огромные высокие берега, там отложения явно тропических млекопитающих, тропического происхождения, тропических морей – на Лене, это Крайний Север. Значит, там был такой климат. А что, тогда были какие-то антропогенные выбросы? Нет, конечно».
И вопросов про объективность наших представлений о климате много. Жаль только, что в средствах массовой информации США и стран Европы их и озвучить-то уже нельзя, хоть именно оттуда нас пытаются учить стандартам свободной журналистики.