Русский характер. 105 лет со дня рождения Алексея Маресьева

Школьникам Советского Союза было хорошо известно, какой подвиг совершил Алексей Маресьев. Но осознать, понять, как ему это удалось, было невозможно. Как и понять, откуда в этом человеке был такой запас душевных и физических сил.

О патриотизме, любви к Родине говорить не стану. Уместнее вспомнить слова Льва Толстого: «Да, вот они русские характеры: кажется прост человек, а придет суровая беда, и поднимется в нем великая сила – человеческая красота».

Дело было так. 4 апреля 1942 года в районе Новгородской области самолет лейтенанта Маресьева пробили осколки немецких снарядов. Машина рухнула наземь, сам пилот был тяжело ранен. Летчик оказался на территории, захваченной немцами, и ему пришлось лесами, болотами пробираться к своим.

Сначала летчик кое-как ковылял, потом, потеряв силы, уже полз по снегу. Время от времени погружался в забытье, его мучили галлюцинации. Однажды Маресьева чуть не задрал медведь-шатун. К счастью, выручил наган: он всадил всюду обойму в громадного зверя…

«Так я провел 18 суток, - рассказывал потом Маресьев. – Съел за это время горсть муравьев и пол-ящерицы. Причем, я отморозил ноги. Я летел в кожанке и унтах. Пока я ходил с места на место, в них попала вода, так как кругом уже все таяло, а ночью было холодно, мороз и ветер, а в унтах вода, и я, таким образом, отморозил себе ноги. Но я не догадался, что у меня ноги отморожены, я думал, что не могу идти от холода…»

Летчика, который уже был при последнем издыхании, заметили жители деревни Плав Кисловского сельсовета Валдайского района. Но близко не подошли. Решили, что ползет немец и от греха ушли прочь.

Вскоре на Маресьева наткнулись ребятишки из той же деревни - Сережа Малин и Саша Вихров. Они подошли к Маресьеву ближе, рассмотрели. Летчик исхудавший, обросший бородой, был страшен. Говорить уже не мог, только корчился и глухо стонал. Дети прибежали в деревню и все рассказали взрослым…

Поначалу выхаживали Маресьева деревенские жители. Но уж очень он был плох – обмороженный, истощенный. И его доставили в госпиталь. Там у летчика началась гангрена.

Маресьев умирал. И умер бы, если бы не профессор Николай Теребинский. Он спас летчика от смерти, но ампутировал обе ноги. Другого выхода не было…

Таких калек война наплодила миллионы. Отвоевались, бедолаги, отмучились. В эшелоны и – по домам. Сидите, лежите слепые, увечные, в стертых гимнастерках, бренчите медалями. Родина вас не забудет. А если забудет, не обессудьте - много вас, всех не упомнишь…

Но Маресьев не сдался. В госпитале ему попался на глаза старый, истрепанный журнал, где было рассказано про русского летчика Александра Прокофьева-Северского. Во время Первой мировой войны он был тяжело ранен, потерял правую ногу. Но все равно – рвался на фронт. Врачи, естественно, были против, но Прокофьев-Северский написал прошение самому царю. И Николай IIпозволил. Но прежде сам взглянул на мужественного пилота, а потом благословил.

Еще один герой Первой мировой – корнет Юрий Гильшер. Он попал в штопор, и ему оторвало стопу левой ноги. Но пилот вернулся в отряд истребителей - воевал уже с протезом. В 1917 году Гильшер принял последний бой против семи германских аэропланов…

Маресьев еще в госпитале начал ходить на протезах. Мучился, терпел страшную боль, но не отступал. Продолжил тренировки в санатории. В итоге выработал походку, как у здорового. Никто не мог предположить, что этот жизнерадостный молодой человек – инвалид.

Врачи сначала не пускали Маресьева на фронт. Он их уговаривал, но они не сдавались. Тогда летчик позвал их вечером в клуб: «Приходите, увидите, как я танцую». Пришла вся медкомиссия.

Летчик лихо пролетел мимо них в танце. Потом подошел, улыбаясь. Протестов у врачей уже не было, но сомнения оставались. Но в июле 1943 года Маресьев отправился на свое первое после операции боевое задание…

За время Великой Отечественной он совершил 86 боевых вылетов, сбил 11 самолетов врага: четыре - до ранения и семь - после. И был удостоен звезды Героя Советского Союза. Не только за бои с врагом, но и за сражение со смертью.

О летчике Маресьеве страна узнала после войны – после того, как в 1946 году вышла книга Бориса Полевого «Повесть о настоящем человеке». Народ читал ее взахлеб, но Маресьев был недоволен – за то, что писатель не дал ему прочитать рукопись, и книга вышла с фактическими ошибками. Так, во всяком случае, утверждала молва.

Однако ходили и другие разговоры – мол, Алексей Петрович вообще не читал книгу о себе. Мрачно шутил: «Не довелось». Не говорил, что его образ писатель приукрасил, но, возможно, так думал. Однако, автографы на книге Полевого подписывал.

Между прочим, в «Повести о настоящем человеке» автор изменил фамилию главного героя – Маресьев стал Мересьевым. Случайно или нет? Летчик шутил: «Может, Полевой боялся, что я сопьюсь, и книжку запретят. А так можно сказать, что книжка не про меня».

По словам сына Маресьева, Виктора Алексеевича, когда снимали фильм по книге Полевого, Алексей Петрович часто ездил на студию, где его обо всем расспрашивали. И даже предлагали сыграть самого себя!

Но Маресьев запротестовал: «Да вы что! Никогда в жизни!» Только после его отказа на главную роль утвердили актера Павла Кадочникова.

На премьеру фильма «Повесть о настоящем человеке» Алексей Петрович пришел. Но смотрел без эмоций. После просмотра его спросили: «Вам понравилось?» Он с сарказмом ответил: «Хорошо сымитирован звук мотора самолета». Все было понятно, хотя фильм, в общем, получился неплохой.

Но это – для зрителей, которые не прошли такие страшные испытания. Маресьев смотрел на экран другими глазами, и все казалось ему фальшивым. Ведь то, что он пережил, показать невозможно. Любое, самое сильное искусство бессильно…

В свое время в Большом театре поставили оперу на музыку Сергея Прокофьева «Повесть о настоящем человеке». Конечно, с Маресьевым никто не советовался. Может, и к лучшему, иначе бы он непременно бы вспылил. Потому что опера получилась странной, вызвавшей немало иронических и даже злых отзывов. Хотя музыка впечатляла…

Алексей Петрович морщился, когда слышал похвалы в свой адрес. Говорил: «Воевали все! Сколько на свете таких людей, на которых Полевой не нашелся!» Действительно, во время Великой Отечественной были летчики, которые летали с увечьями. По словам сына Маресьева, Виктора Алексеевича, возмущался: «Что вы из меня легенду делаете? Сумел я выжить, сумел полететь и все!».

Небольшое отступление. В истории Великой Отечественной было несколько случаев, когда летчики после тяжелейших испытаний возвращались в строй. Один из них - Герой Советского Союза Захар Сорокин. После того, как он совершил воздушный таран, его поврежденный самолет упал в тундре.

Летчик шесть суток добирался до своих. За это время он прополз около (!) семидесяти километров. Сильно обморозился, лишился обеих ступней. Но - продолжал сражаться в воздухе…

Другой летчик - Александр Грисенко был ранен в правую ногу, которую пришлось ампутировать. Однако, и он вернулся на фронт, поливал свинцом самолеты врага. Иван Леонов потерял руку, но продолжал летать. Еще один герой – Илья Маликов. Он лишился ноги, но это не помешало ему снова сесть за штурвал крылатой машины.

…После войны Маресьев продолжал летать – уже на учебных самолетах. Занимался спортом - бегал на лыжах, коньках, катался на велосипеде. Отменно плавал – без особого труда переплывал Волгу. Да и вообще, был такой, как все. И о войне не вспоминал.

Алексей Петрович поражал своей необыкновенной жаждой жизни, доброжелательностью и желанием помочь людям - особенно фронтовикам.Маресьева, активиста Комитета ветеранов войны, часто видели в президиумах различных съездов, на совещаниях. Все хотели к нему приблизиться, перемолвиться, прикоснуться – он был живой реликвией войны. И – настоящим человеком.