Михаил ПОРЕЧЕНКОВ: хочется, чтобы дети избежали тех ошибок, которые совершил в жизни я

— Как вы решились на такую авантюру — провести реальный фестиваль, когда все ушли в онлайн?

— Мы действительно долго сомневались, но в итоге все-таки решили, что фестивалю быть. Это решение далось непросто, но нужно было показать людям, что жизнь продолжается и должна победить в любом случае. Мы с продюсером фестиваля Оксаной Михеевой смогли убедить губернатора Нижегородской области Глеба Сергеевича Никитина, что сможем соблюсти все правила безопасности. Во многом благодаря его поддержке все и случилось. Мы смогли собрать гостей, показать конкурсную программу, провести онлайн-трансляции, впервые организовали открытый кинотеатр на стадионе «Нижний Новгород», где люди смотрели кино прямо на газоне. Все это победа команды, которая делает «Горький fest».

— С вами в этом году приехал старший сын Володя, он тоже участвовал в работе?

— Да, сын помогал, был ведущим церемонии закрытия. Можно сказать, у него был дебют в этом качестве, поэтому волновался и переживал, а как иначе? Мои краткие наставления были: «Спокойно, иди по тексту и слушай, что говорит режиссер». Считаю, что на подобных фестивалях молодые ребята могут поднабраться опыта. Собираются кинематографисты, серьезные люди, и молодежь на них, конечно же, смотрит, слушает, впитывает. Я сам отсмотрел практически все картины, у меня есть свое мнение по поводу конкурса и отбора, которое я озвучиваю. В целом есть к чему стремиться и над чем работать.

— Володя рассказал мне, что недавно отказался от главной роли в фильме известного режиссера ради работы в театре…

— Я его поддержал, сказал: «Все пройдет, и будет еще другое интересное предложение, и не одно. А вы же хотите все сразу, прыгнуть туда, где еще и плавать-то не умеете, как следует. Но с теми навыками и той историей, которую ты наберешь сейчас, пропустив год в кино, ты приобретешь намного больше. А в кино ты только потратишь». Артисты не растут, если не работают в театре. В кино сразу начинают использовать актерские умения и амплуа, в то время как в театре можно все попробовать, каждый спектакль сыграть по-новому, расшатать свое актерское нутро. Только этим вы можете набрать то количество умений и тот инструментарий, который потом можете потратить. Я не видел ни одного артиста, который бы творчески вырос, работая только в кино. Даже не называйте имен, каждый раз смотрю и каждый раз убеждаюсь в своей правоте. Да, хорошие артисты, но все равно кино эксплуатирует амплуа и штампы артистов, которые уже наработаны.

— Предположу, что в Нижний Новгород вы приехали хорошо отдохнувшим после режима самоизоляции?

— Да вроде так. Провел три месяца безвылазно с семьей на Валдае, где у нас домик в деревне. Семья до сих пор там, а я их навещаю теперь наездами между работой. Занимался с детьми, работал в огороде, сажал яблони, помогал делать закрутки на зиму, варенья-соленья. Ну и, конечно, читал сценарии, которые присылали, а еще много интересного прочитал об истории Боровичей, где находится наш дом.

— Тяжело ли было столько времени находиться с домочадцами в одном пространстве?

— Конечно, тяжело, я же не привык долго находиться на одном месте, да еще без работы, без гастролей и репетиций. Хотя у нас все нормально прошло, все-таки мы не в квартире сидели, а на природу уехали. Тяжело было оттого, что не было работы, дико соскучился по друзьям, очень хотелось скорее в театр и на съемочную площадку. Слава богу, уже есть и работа, и предложения, снимаюсь сейчас в Санкт-Петербурге у режиссера Влада Фурмана в картине «Родитель». Это серьезная работа, где в центре истории два отца и их попытки разобраться в непростых взаимоотношениях с детьми и спасти их в очень сложной жизненной ситуации. Мой герой один из этих двоих, очень решительный, твердый и прекрасный человек.

— На карантине все родители обсуждают дистанционную учебу детей. Вас это коснулось?

— Конечно, но основные сложности выпали на долю супруги Ольги, которая контролировала весь этот процесс. Ей скоро еще и ЕГЭ предстоит сдавать. Для меня же эта система вообще непонятна. Наверное, какой-то процент обучения можно доверить дистанционному процессу, но в основной массе он не имеет под собой жизни, на мой взгляд. Может, в институте эта схема и сработает, где люди уже образованные и морально готовы к тому, чтобы заниматься самообразованием, когда у них есть к этому стремление и желание двигаться дальше. Но вот в школе «удаленки» не должно быть, это сводит на нет всю систему образования. Я вообще не представляю, как можно учиться без контакта с учителем, без настоящего общения и диалога. Конечно, мы планируем, что первого сентября дети пойдут в обычную школу, но как оно будет, это уже не от нас зависит.

— Вы на себе прочувствовали, что мир за последние полгода пандемии стал другим?

— Да, мир стал другим, и стали еще более явными те вещи, без которых мы не можем жить, — общение, дружеские посиделки, мы все стали объединяться. А наша страна вообще уникальная: чем нам тяжелее, тем больше мы начинаем кучковаться. У нас и в театре так произошло, мы с коллегами объединились и выпустили онлайн-проект «МХТ им. Чехова: Мужской хор творцов имени Гагарина». Костя Хабенский предложил снять серию роликов, сценарии к которым написал Игорь Верник. Мы распределяли между собой тексты, снимали, монтировали, выкладывали в интернет и собирали деньги, чтобы помочь старейшим артистам и работникам разных служб нашего театра, кто оказался в наиболее сложном положении. Награждали их денежной премией, чтобы помочь пережить период карантина.

— Какие дальнейшие планы в кино и в театре?

— 7 сентября ждем собрание труппы в МХТ им. Чехова, где будем обсуждать ближайшие планы и думать, как жить дальше в нынешних реалиях. Я очень надеюсь, что в новом сезоне будет интересная совместная работа с режиссером Виктором Крамером, в которой поучаствуем я, Костя Хабенский и Миша Трухин. Пока мы находимся в стадии первого драфта сценария, а дальше будем смотреть, как пойдет. Работа, безусловно, интересная, команда собирается очень достойная, и нам очень хочется скорее сесть, разобрать пьесу и начать репетировать.

— У вас всегда была и остается большая загруженность в работе, а при такой занятости неминуемо возникает эмоциональное выгорание. Как вы с ним справляетесь?

— Никакого выгорания нет, и в этом помогает опять же театр. Нон-стоп случается, когда снимаешь 16-серийный фильм и находишься в одной достаточно небольшой структуре, где тебе нужно снимать в день огромное количество полезных минут. Вот тогда очень тяжело, и физически, и морально. Да, бывает и такое творчество, но спасаешься всегда театром, потому что это дом и семья, там есть отдушина, общение со зрителем, обмен энергиями, возможность получать эмоции и находить себя снова и снова. Играем, например, тот же спектакль «Бег», и аплодисменты в конце каждый раз окрыляют по-новому.

— А случались у Михаила Пореченкова в жизни творческие кризисы?

— Только когда не было работы, когда ты сидишь и не понимаешь, что делать, начинаешь придумывать себе всякие развлекухи, занимать себя другими процессами. Так вот однажды четыре года назад и появился «Горький fest»… Была большая пауза в кино, театр присутствовал тогда скорее фрагментарно, ну и мы подумали-подумали и придумали фестиваль. И с каждым годом я все более гармонично ощущаю себя в качестве президента киносмотра. У меня появляется все больше обязанностей, и если поначалу я не понимал очень многого в процессе организации мероприятий, то сейчас все серьезнее начинаю рулить этим процессом вместе с продюсером фестиваля Оксаной Михеевой, которая у нас главный двигатель. Теперь мне уже даже нравится заниматься организацией процесса и руководить каким-то предприятием.

А внутренняя неудовлетворенность у актеров всегда существует, и я об этом говорю. Иногда я просто не соглашаюсь с каким-то мнением, и значит, мы не работаем. Или, бывает, мне говорят: «Михаил, мы посмотрели и решили, что нам Пореченков не подходит, как-то не цепляет». Тут я обычно отвечаю: «Да нет, ребята, это не я не цепляю, это вы не видите. Или у нас разный взгляд на произведение — у вас зашоренный, а у меня театрального опыта все же побольше».

— Может быть, есть мысли заняться каким-то серьезным бизнесом?

— Ну какие мы бизнесмены, где я и где экономика? Чтобы заниматься бизнесом, нужно иметь хотя бы базовое экономическое образование. Творческий человек — он и есть творческий человек, и ему не нужно пытаться объять необъятное — заниматься бизнесом, лечить людей и так далее. Нельзя лечить людей, если у вас нет медицинского образования. Я из тех людей, кто интересуется, оказавшись в обществе, где любят с умным видом порассуждать об искусстве, политике и прочих вещах: «Вы театровед, критик, режиссер?» И когда слышу в ответ: «Нет, я блогер!», то прошу не смешивать одно с другим и советую каждому заниматься своим делом. Я уважаю Сашу Гордона, который долгое время был кинокритиком, а потом взял и сам снял кино. Понял процесс и завязал со своей программой.

— А режиссура вас еще манит?

— Я не поставил тут точку, но и в приоритетах режиссуры нет. Вот случится в ближайшее время какой-нибудь застой, тогда и начнем что-то снимать.

— В прошлом году вам исполнилось 50 лет, говорят, время после этой даты начинает бежать с невероятной скоростью. Вы на себе это как-то ощущаете?

— Время действительно летит очень быстро, это правда, и уже начинаешь понимать, что просто физически что-то не тянешь. Я не заметил, как пролетели три месяца на карантине, вроде только приехали в деревню, а вот уже и лето в разгаре. И я понимаю, что дальше все будет еще быстрее… Хочется больше театра в жизни, мне там всегда интересно. Хочется уйти от широкой занятости и сфокусироваться на каком-то одном конкретном проекте. Но, к сожалению, мы зависим еще и от финансового наполнения нашей жизни, поэтому приходится немного расширять угол зрения. Хотя иногда время все же останавливается, как, например, на фестивале. Такое огромное количество работы проделано, столько встреч и коммуникаций, что, кажется, будто мы не неделю, а год в Нижнем Новгороде прожили.

— Хулиганство, которое вы практиковали в юности, делает вас более терпимым к шалостям детей или вы все-таки строгий отец?

— Да какой я хулиган, перестаньте. Попадал в юности в какие-то передряги, но злостным хулиганом никогда не был. И к выходкам детей я вовсе не терпим. Шалости — это одно, а серьезные ошибки всегда требуют разбора. Мне хочется, чтобы дети избежали тех ошибок, которые совершил в жизни я. Хочется, чтобы у них все было по-другому, чтобы они прошли более гладкий путь развития. Но не все в нашей воле, и ошибки иногда случаются. Дети растут, что-то в свое время мы упустили, а вдруг присмотрелись и поняли: «А вот тут мы проглядели, и что-то пошло не так». Наметился круг проблем, которые раньше я не замечал и которым теперь планирую уделить более пристальное внимание. Дети совершают свои ошибки, на которые мы терпеливо смотрим и ждем, когда они дойдут до всего своим умом. Благо, пока это маленькие ошибки, не ведущие к фатальным последствиям. Поэтому мы позволяем их совершать, тем более что дети уже взрослые — Мише 17 лет, Марии — скоро 16, Петру — 10. Дети незаметно выросли, у них есть свой взгляд на жизнь, что-то их волнует и интересует, а что-то вообще не заботит, а нам кажется, они должны бы обратить на это внимание.

— В каких ситуациях вы можете терять контроль над собой?

— Явное жесткое хамство и несправедливость — только эти моменты могут меня вывести из себя. К сожалению, в нашей жизни колоссальное количество неприкрытого хамства, и что с этим делать, непонятно. Тотальное хамство во всем — от падения нравов до бытового общения, и оно еще возводится в ранг добродетели. Нам открыли «ящик Пандоры» — интернет, и вот так мы теперь и живем, нет никаких границ и сдерживающих факторов. Можно делать все, и это будет находить одобрение и подключение все большего количества людей, ведущих себя так же безобразно.

— Вы в этом самом интернете какую часть своей жизни проводите?

— Никакую! Смотрю лишь по необходимости, что мне нужно, новостные ленты, но и то основные источники информации скорее друзья. Я могу посмотреть в YouTube спортивные соревнования: бокс, смешанные единоборства, хоккей, иногда что-то из тяжелой атлетики. Никаких соцсетей у меня нет, только Instagram, и то его веду не я сам. Я считаю, что приличный мужчина не должен вывалить в информационное пространство все о себе: где он находится, что делает, с кем встречается, фотографии свои выкладывать. Для меня это, мягко говоря, странно и неприемлемо. По мне, так даже поклонников с праздниками лучше в театре поздравить, порадовать своей новой работой. А вот это все: «Посмотрите, где я сегодня тусуюсь, какая у меня машина!» — ну что это такое? Раньше подобное поведение вообще было неприлично для мужика, а сейчас все поголовно в девичьем направлении двинулись.

— Как отец пятерых детей с большим жизненным опытом, дайте совет, как помочь ребенку найти себя?

— Сейчас мы в семье как раз бьемся над этим вопросом — как найти себя и свой жизненный путь. Сегодня такое поколение растет, которому ничего не интересно. Одна из картин, представленных у нас в конкурсе фестиваля, как раз говорила об этом, слоган нынешнего поколения: «Мы никогда не повзрослеем, мы сразу будем старыми». В наше время такое было невозможно, нужно было учиться, работать, найти себя в профессии. Считалось, окончил школу — значит, ты уже взрослый и сам должен отвечать за свои поступки, прежде подумать, а потом уже сделать. Мы своим детям так же говорим, но пока ничего не происходит. Бьемся, разговариваем, пытаемся мотивировать личным примером, давать больше свободы и возможность самим принимать решения.

— Сложно объективно оценивать таланты своих детей?

— Своих лучше вообще не оценивать, можно просто сказать им, что они молодцы, когда видишь, что реально прикладывают какие-то усилия. А оценивать должны учителя и мастера, у которых они учатся. Ты в любом случае будешь субъективен к своим детям, для тебя они всегда самые умные, самые талантливые и самые красивые. А на самом деле все может оказаться далеко не так. Но для меня самое главное, чтобы дети нашли себя в жизни. Потому что самая непонятная история, это когда у человека ничего не происходит, если у него нет цели и он не находит себе места в обществе. Бесцельно слоняющийся человек — самое худшее, что может быть. Для меня очень важно иметь вот это все — дом, хозяйство, потомство, корову… Такая олдскульная история, в которой мне комфортно и приятно жить.

— Сегодня что-то еще практикуете из экстремальных увлечений молодости?

— Самый экстремальный вид спорта на сегодня — кинофестиваль, круче ничего нет! Хотя на мотоцикле как катался, так и продолжаю, только времени на это все меньше и меньше. Ведь чтобы сесть на мотоцикл, нужно как-то выдохнуть, найти в себе настроение и поехать. Одно время мотоцикл был для меня постоянным транспортом, на котором я каждый день ездил на работу и с работы, что было очень удобно. Сейчас так не получается, семья в одном месте, съемки в другом, как-то не до мотоцикла. Стоит в гараже, греет душу, заведешь — порычишь, прокатишься кружок и поставишь обратно.

— Есть у вас места силы, где включается сердце, где чувствуете себя легко и в гармонии?

— Одно из таких мест, безусловно, театр. И есть такие удивительные природные места, куда уезжаешь с друзьями совсем узким семейным кругом. Так мы в Карелию уехали — сосны, камни, воздух! Или вот есть на Севере такое место Нягань, куда мы с друзьями периодически выбираемся на рыбалку. На самом деле, тут все просто и всегда связано с природой, только она дарит самые потрясающие впечатления и эмоции. И одно из главных мест силы для меня Псковская земля, где я провел свое детство. Когда даже просто фотографии оттуда смотрю, у меня сердце заходится от трепета. И когда в Оптину пустынь приезжаю, там тоже есть места силы и люди, с которыми мне хочется пообщаться. Вот во всем этом я и нахожу свои большие и маленькие житейские радости.

фото: Геннадий Авраменко/ Анна Темерина

Досье:

Родился: 2 марта 1969 года в Ленинграде

Семья: жена — Ольга, дети — Владимир (30 лет), Варвара (22 года), Михаил (17 лет), Мария (15 лет), Петр (10 лет)

Образование: окончил Санкт-Петербургскую государственную академию театрального искусства (курс В. Фильштинского)

Карьера: народный артист России, актер, режиссер, продюсер, телеведущий. С 2003 года актер МХТ им. Чехова. Снялся более чем в 120 фильмах и сериалах, среди которых «Бандитский Петербург», «9 рота», «Грозовые ворота», «Связь», «Ликвидация», «Реальный папа», «Доктор Тырса», «Небесный суд», «Марафон», «Поддубный», «Сердце Ангела», «Мост», «Гадалка», «Полярный» и др.