The Washington Post: Как основатель Telegram бросил Кремлю вызов — и выиграл
Издание заинтересовалась историей, как Telegram переиграл Роскомнадзор, — представляем перевод статьи о том, как всё это выглядело со стороны.
О человеке, который обыграл Кремль, известно немного: цифровой кочевник в добровольном изгнании, затворник, носящий полностью чёрную одежду в стиле «Матрицы». Два года назад Павел Дуров отказался предоставить российским спецслужбам доступ к зашифрованным сообщениям в популярном мессенджере Telegram, тогда любимом российскими оппозиционерами. Власти поставили ультиматум: либо доступ, либо исчезновение с цифровой карты страны.
Ни того, ни другого не случилось. Комбинируя хитрую тактику уклонения от блокировок и силу растущего охвата Telegram, 35-летний предприниматель российского происхождения унизил и перехитрил государственный телекоммуникационный регулятор Роскомнадзор.
Десятки сайтов, не имеющих к мессенджеру никакого отношения, пострадали во время игры Telegram и российских интернет-провайдеров в прятки. Но, несмотря на это, Telegram продолжал работать — настолько хорошо, что даже госорганы и чиновники, включая пресс-секретаря Кремля Дмитрия Пескова, продолжали его использовать.
После двух лет блокировки, которая была таковой только по названию, государство сдалось 18 июня 2020 года. Оно прекратило преследовать Telegram, у которого, по собственной информации, 400 млн пользователей по всему миру, включая примерно 30 млн активных пользователей в России ежемесячно.
.
Слава и критика
.
Эта победа только улучшила имидж Дурова как защитника цифровой конфиденциальности и дала ещё один толчок к развитию Telegram. Сейчас приложение функционирует как зашифрованный облачный частный мессенджер и является платформой для каналов, администраторы которых могут передавать подписчикам информацию мгновенно.
Дурова и Telegram часто критиковали. Например за то, что приложение использовали в ИГИЛ или сторонники расового превосходства. Но позиция Дурова в России могла бы стать образцом для других технологических компаний, противодействующим цифровым ограничениям со стороны правительства.
«Цифровое Сопротивление» Telegram — сообщество анонимных разработчиков — создало прокси-серверы по всему миру, чтобы сохранить приложение доступным для российских пользователей. Дуров призвал сообщество перенаправить свои силы на Китай и Иран, которые также заблокировали Telegram и другие сайты, в том числе Instagram и Facebook.
«Telegram выиграл. Это хорошо для бизнеса, и я думаю, станет примером для людей из других стран, которые сталкиваются с жёсткими диктаторами», — сказал Филип Н. Говард, директор Оксфордского института интернета.
.
Русский Цукерберг
.
В 2006 году Павел Дуров основал самую успешную в России социальную сеть «ВКонтакте», настолько похожую на Facebook, что Дурова постоянно называли русским Марком Цукербергом.
Несмотря на историю успеха молодых российских технологий, он быстро оказался под прицелом внимания Кремля. В 2011 году правительство потребовало от него закрыть страницы оппозиционных политиков во «ВКонтакте» после парламентских выборов, которые Европейский суд по правам человека позже назвал «несправедливыми» и «компрометирующими».
В ответ Дуров опубликовал в Twitter фотографию собаки с высунутым языком. Вскоре после этого в его петербургской квартире появилась полиция, но он не открыл дверь, и через час она ушла.
Затем, во время волны антипутинских протестов в начале 2012 года Дуров отказался закрывать группы сайта по организации маршей протеста.
В следующем году Дурова вызывали в полицию по делу о спорном наезде машиной на полицейского, который Дуров и его товарищи назвали политическим. Позже обвинения смягчили, но Дуров уже бежал из России. В настоящее время он является гражданином островного карибского государства Сент-Китс и Невис, хотя и передвигается по всему миру.
Примерно тогда, когда Дуров начал своё добровольное изгнание из родной страны, он узнал, что почти половина «ВКонтакте» продана дружественным Кремлю владельцам. В итоге он покинул компанию, которую основал вместе со своим братом, заявив, что «всё труднее и труднее придерживаться тех принципов, на которых основана наша социальная сеть».
Чтобы Telegram не постигла та же судьба, что и «Вконтакте», Дуров основал свою новую компанию в Берлине, «прикрыв» её разбросанными по миру подставными компаниями для защиты от вызовов в Россию. Он также пообещал никогда не продавать мессенджер никакому другому технологическому гиганту, несмотря на слухи о многомиллиардных предложениях. Дуров редко даёт интервью, предпочитая общаться напрямую с пользователями Telegram через собственный канал в приложении.
«Я думаю, что одной из причин, по которой он создал и сохранил Telegram, который, похоже, не приносит ему видимой прибыли, было то, что он хотел получить статус американского технологического предпринимателя», — сказал Александр Герасименко, исследователь проекта вычислительной пропаганды Оксфордского института интернета.
«В качестве технологического предпринимателя он получает особый статус в западных странах, куда приехал в основном как политический беженец. Но теперь он стал мировой знаменитостью в сфере технологий, что может использовать для привлечения денег от инвесторов для других своих проектов», — добавил Герасименко.
.
Цифровая маскировка
.
Роскомнадзор успешно заблокировал деловую соцсеть LinkedIn в 2016 году и онлайн-рацию Zello в 2017 году. Компании не особенно сопротивлялись, возможно, из-за небольшого числа пользователей в России.
Но Дуров и Telegram ушли в оборону. Приложение нашло умный путь для обхода файрволов Роскомнадзора. По сути, оно спрятало источники трафика за хостингами Google и Amazon, рассказал Андрей Солдатов, соавтор книги «The Red Web».
Telegram постоянно менял свои сетевые адреса, поэтому Роскомнадзор заблокировал все те, которые использовал мессенджер, загнав в ловушку миллионы IP-адресов. В результате Telegram продолжал работать, в то время как другие сайты — в их числе Twitter, Facebook и Вконтакте — терпели кратковременные отключения.
«Telegram эффективно создал большие платформы с большим количеством пользователей — на них размещались компании-заложники», — продолжает Солдатов, добавив, что цифровое возмущение повысило осведомлённость о ситуации обычных пользователей, которые, возможно, даже не были в Telegram.
«Мнения по поводу этичности такой тактики разделились, — отмечает Солдатов. — Если цифровые активисты хвалили его (повестка Telegram стала национальной и даже международной), то российские компании, размещённые на Amazon, были заблокированы из-за некомпетентности Роскомнадзора. И они обвиняли Telegram, а не российские власти».
Солдатов назвал механизм блокировки России примитивным и сказал, что подобная тактика вряд ли сработала бы в Иране или Китае, странах с более сложной и жёсткой интернет-цензурой.
.
«Я продолжаю им пользоваться»
.
Махса Алимардани, исследователь Оксфордского института интернета и британской правозащитной организации Article 19, сказал, что Telegram был центральной коммуникационной платформой Ирана с количеством пользователей большим, чем в России.
Попытки Москвы запретить Telegram получили весьма ироничное развитие: они неоднократно «подрывались» правительственными чиновниками, которые продолжали его использовать. В конце концов приложение превратилось в ещё один инструмент распространения новостей и пропаганды, спонсируемых государством.
Возможно, наиболее показательным стало адвокатирующее высказывание Маргариты Симоньян, главного редактора финансируемого государством телеканала RT. Она саркастически сострила в Twitter после официального снятия блокировки: «Оказывается, Telegram был заблокирован всё это время».
Роскомнадзор объяснил своё решение снять запрет заявлением Дурова о том, что Telegram усилил меры по противодействию экстремистской пропаганде.
Во время одной из панелей в дискуссионном клубе «Валдай» заместителя главы Минцифры России спросили, это изменилось мнение правительства о Telegram или от мессенджера просто невозможно было избавиться?
«Я пользуюсь Telegram, — пожал плечами Волин. — Я пользовался им раньше и продолжаю пользоваться».
.
.
.